Один из главных аргументов звучит почти религиозно:
«Христос был за всех нас распят, Пушкин за всех нас убит на дуэли, а Маяковский за всех нас застрелился. Теперь нам можно этого не делать».
Его биография- это великий текст, ориентированный на образ Дон Кихота,например, культ любви, презрение к прагматизму, бездомность, одиночество, гордое противостояние насмешкам.
Биография Маяковского задаёт главный вопрос эпохи, что делать поэту, когда писать дальше равносильно предательству? Его судьба - не просто история жизни, а модель поведения в условиях, когда любое сопротивление обречено. Это делает её вечно актуальной.
Есть и парадокс наследия ,это его сатира формально устарела, но то, против чего он боролся -грязь, бюрократизм, пошлость-
стало нормой. Изучать его биографию значит понять, откуда эта норма взялась и почему когда-то казалась недопустимой.
Маяковский -явление, ознаменовавшее начало новой эпохи развития русской и мировой поэзии. Его биография неотделима от истории революции, авангарда, советского проекта. Понять русскую культуру 20 века без него невозможно.
Горький, услышав «Облако в штанах», сравнивал его с Уитменом, добавляя:
- «Маяковский гораздо трагичнее и несёт в себе ярко выраженное русское национальное начало».
Биография Маяковского ставит и пытается решить один из самых трудных вопросов, какие вообще существуют: что делать человеку, когда писать дальше стало равносильно предательству? Когда революция, которой он служил, превратилась в то, против чего он боролся. Когда система, которую он строил словом, начала его же пожирать.
Его судьба - не просто история одного поэта, а модель поведения в условиях, когда любое сопротивление кажется обречённым, а любое молчание - сдачей позиций.
К тридцатым годам он понимал, что стал образцовым кандидатом на уничтожение -и ещё сам до него не дожил.
«У меня выходов нет»
- это не лирическое преувеличение, это трезвая оценка ситуации.
Творчество Маяковского -это не просто поэзия, это начало новой эпохи развития русской и мировой поэзии. Его биография неотделима от революции, авангарда, советского проекта, от истории того, как искусство пытается слиться с жизнью и что из этого выходит. Горький, один из первых крупных писателей, оценивший его юный талант, сравнивал его с Уитменом и добавлял:
«Маяковский гораздо трагичнее и несёт в себе ярко выраженное русское национальное начало».
Понять русскую культуру 20 века без него - невозможно.
Его биография охватывает почти всё: футуризм и революцию, пропаганду и лирику, любовные треугольники и политические доносы, мировые турне и провалы на советских сценах. Он объездил всю Россию с выступлениями, жил в Нью-Йорке и Париже, рисовал плакаты РОСТА, писал рекламные стихи для галош и государственных займов - и при этом создавал вещи, которые Горький называл лучшим разговором с Богом после Книги Иова.
На какие стихи/поэмы и пьесы обратить внимание?
«Облако в штанах» (1915) -начать отсюда.
Это главная поэма и точка входа. Сам Маяковский назвал её «катехизисом сегодняшнего искусства». Четыре части -четыре крика: «долой вашу любовь», «долой ваше искусство», «долой ваш строй», «долой вашу религию». Поэма возникла из личной любовной катастрофы, переросла в революционный манифест и стала первым произведением, которое вывело его на авансцену русской поэзии.
Горький, услышав поэму впервые, расчувствовавшись, обплакал весь жилет.Позже говорил,такого разговора с богом он не читал нигде, кроме Книги Иова. Критики пытались объявить автора сумасшедшим - заманили в дом, собрали консилиум психиатров, но те диагноза не подтвердили.
Писалась в Куоккале, где Маяковский ежедневно выхаживал по берегу 12–15 вёрст. Чуковский, наблюдавший это, вспоминал:
«Это продолжалось часов пять или шесть ежедневно. Подошвы его стерлись от камней, нанковый синеватый костюм от морского ветра и солнца стал голубым, а он всё не прекращал своей безумной ходьбы».
«Флейта-позвоночник» (1915) -самое личное.
Продолжение «Облако в штанах», но более интимное и автобиографическое. Поэма о любви, начинающаяся трагическим зачином:
«Я сегодня буду играть на флейте. На собственном - позвоночнике».
Здесь боль претворяется в стихи с такой степенью физической точности, что метафора перестаёт быть метафорой. Посвящена Лиле Брик - женщине, которую он любил и которая его никогда по-настоящему не согревала.
«Нате!» (1913) - точка отсчёта.
Первое стихотворение, в котором он открыто бросил вызов обществу. Читал его в кабаре «Розовый фонарь» перед разомлевшей буржуазной публикой:
«А если сегодня мне, грубому гунну, кривляться перед вами не захочется - и вот я захохочу и радостно плюну, плюну в лицо вам…».
Зал взорвался свистом, кому-то из женщин сделалось дурно. По Москве потом рассказывали преувеличивая, что дело дошло до битья графинов и полиции. Двадцатилетний поэт с этого вечера стал известен.
Именно тогда он приобрёл право сказать:
«Капиталистический нос чуял в нас динамитчиков».
«Послушайте!» (1914) - неожиданная нежность.
Стихотворение, разительно непохожее на образ Маяковского-трибуна. Один из лучших примеров того, каким он умел быть - не громовым, а почти умоляющим. Свободный стих, ритм предельно прозаизирован, и при этом - огромный эффект. Вопрос о том, зачем зажигают звёзды, вырастает в вопрос о смысле существования вообще.
«Про это» (1923)- любовь как катастрофа.
Поэма о любви, написанная во время двухмесячного добровольного заточения - он решил не видеться с Лилей Брик и не выходить из дома, чтобы понять, способен ли жить без неё. Вышло, что не способен. Самое исповедальное, самое беспощадное его произведение о себе. Любовная лирика здесь достигает той степени обнажённости, которая делает чтение почти неловким.
«Хорошо!» (1927) -ответ Блоку.
Большая поэма об Октябрьской революции. Её название дал Блок - именно так ответил на вопрос Маяковского о происходящем в ноябре 1917 года на Дворцовой площади. Это предсмертное благословение революции- поэма написана, когда поэт ещё верил, что всё идёт правильно, но уже чувствовал, что что-то не так. Прямой ответ на «Двенадцать» Блока - радостный там, где Блок тревожен.
«Клоп» и «Баня» (1928–1930) - сатира на грани отчаяния.
Две пьесы последних лет, где сатира достигает максимума. «Клоп» - про мещанина, замороженного и размороженного в будущем, где он оказывается экспонатом зоопарка как единственный сохранившийся представитель вида. «Баня» - про бюрократа, который не может проехать в будущее, потому что машина времени его отвергает. Обе провалились при жизни автора. Обе оказались пророческими.
«Во весь голос» (1930) - завещание.
Последнее законченное произведение, написанное за несколько месяцев до смерти. Монолог, обращённый в будущее,-поэт разговаривает с потомками на равных, подводит итог, не приукрашивая ни себя, ни своего времени.
«Я, ассенизатор и водовоз, революцией мобилизованный и призванный»-
нарочитое огрубление, за которым стоит гигантская гордость. Финал — один из самых мощных в русской поэзии.
Стихотворение «Сергею Есенину» (1926)-урок о смерти.
Маяковский написал его как противоядие от обаяния есенинской смерти -после того, как предсмертные стихи Есенина начали толкать молодых людей к петле и револьверу.
«В этой жизни умирать не ново, но и жить, конечно, не новей»
- эти строки он хотел перефразировать и обезвредить. Ирония судьбы в том, что четыре года спустя он сам застрелился. Читать это стихотворение после знакомства с биографией -особый опыт.
Последовательность чтения, которую подсказывают обе книги: начать с «Нате!» и «Послушайте!», чтобы почувствовать раннего Маяковского - дерзкого и нежного одновременно. Затем «Облако в штанах» - как главный текст. Потом «Флейта-позвоночник» и «Про это» - как два полюса любовной темы. И закончить «Во весь голос» - последним словом поэта.