В Екатеринбурге вновь бурно обсуждают будущее «Коляда-театра». Идет судебный процесс, параллельно открыто наследственное дело Коляды. И юридические обстоятельства пока складываются не в пользу театра.
Поводом для обсуждения стало обращение зрителей на имя министра культуры РФ Ольги Любимовой. Письмо, направленное на имя министра, опубликовала в своем телеграм-канале Ксения Собчак. Зрители просят помочь в утверждении директором театра Эки Вашакидзе, которая была заместителем Николая Коляды.
«Просим с помощью юристов министерства культуры РФ оказать содействие в кратчайшем рассмотрении данного вопроса и прохождения судебных процедур с целью передачи управления театром в пользу Эки Вашакидзе», — говорится в письме.
Судебный процесс по иску Вашакидзе стартовал в начале июня 2026 года. Замдиректора театра, долгие годы проработавшая с Николаем Колядой и занимавшаяся административной работой, просит наделить ее правом учредителя АНО «Коляда-театр».
Проблема с юридическим статусом театра достаточно серьезная. Николай Коляда был единственным учредителем и гендиректором АНО, причем его права учредителя после смерти прекращаются и никому не передаются. То есть, сейчас у театра учредителя нет, а без учредителя некому назначить нового директора. Без директора, соответственно, невозможно вести хозяйственную деятельность, распоряжаться деньгами и имуществом организации. В суде представители театра говорили, что не могут даже оформить отпуска артистам.
Обращение в Минкульт было похоже на жест отчаяния. Дело в том, что у министерства нет никаких рычагов и полномочий, чтобы повлиять на ход судебного процесса. Просьба к министру направить в суд своих юристов может быть расценена как признание театра в том, что его собственные юристы могут и не добиться положительного решения. Если суд откажется признать Вашакидзе учредителем, то АНО будет ликвидировано, а его имущество перейдет государству.
Впрочем, надежда на то, что суд спасет театр, пока еще есть — все-таки ситуация не конфликтная, против назначения Вашакидзе директором не выступает ни государство, ни коллектив театра. Проблема в том, что даже победа в суде еще не будет означать, что театр спасен.
Одновременно с судебным процессом стало известно, что у нотариуса было открыто наследственное дело Николая Коляды. Кто подал заявление об открытии дела, не уточняется. Но вот что важно: представитель театра заявил, что завещание Коляды пока никто не нашел, в театре его нет. То есть завещания вообще могло и не быть.
Речь о завещании зашла потому, что Коляда при жизни обещал завещать все свое имущество театру — это должно было стать гарантией его выживания. Тут нужно понимать, что речь идет о довольно серьезных материальных и нематериальных активах.
Во-первых, Коляда был известен тем, что активно покупал квартиры в Екатеринбурге, чтобы селить туда своих артистов. Это был один из способов удержать коллектив театра, и конечно, существенная поддержка для актеров, которые зарабатывают не очень много и часто не могут позволить себе купить жилье. Соответственно, возникает вопрос: если эти квартиры были оформлены в собственность самого Коляды, то что будет с ними теперь? Не лишатся ли артисты своего жилья?
Во-вторых, Коляда получал немалые деньги за счет авторских отчислений за постановку собственных пьес по всему миру. Эти деньги он тратил на содержание театра, а также на покупку уже упомянутых квартир. И это порождает второй вопрос, даже более важный, чем «квартирный»: кому теперь достанутся авторские права на пьесы Коляды?
В случае с авторскими правами дело не только в отчислениях, которых может лишиться театр. Часть репертуара «Коляда-театра» составляют пьесы самого Коляды, но если театр не получит прав на постановку, то может возникнуть абсурдная ситуация, когда он потеряет право ставить пьесы своего основателя.
У Николая Коляды не было жены и детей (наследников первой очереди). И если он не оставил завещание, то его ближайшими родственниками и наследниками будут два его брата и сестра. Впрочем, если завещание и было, то родственники теоретически могут его оспорить, и это может привести к долгим судебным разбирательствам. Как бы то ни было, мы пока не знаем, как потенциальные наследники захотят распоряжаться имуществом Коляды и правами на его творчество. Будет прекрасно, если они безвозмездно передадут это все театру. А если нет? Все знают, какими сложными бывают споры о наследстве.
Как бы кому ни хотелось, все эти юридические сложности и проблемы не исчезнут, не рассосутся сами собой. Любовь зрителей к «Коляда-театру», увы, сама по себе не гарантирует его выживания. Желая театру всего лучшего, екатеринбуржцам нужно быть морально готовыми к тому, что через пару лет его может уже не быть. Это горькая правда, но лучше сказать ее сейчас, чем верить в чудо и жестоко обмануться потом.
«Политсовет»