Девушка, которая когда-то плакала на Первом канале, теперь сидит в четырёх стенах без права голоса. Суд выписал ей такую изоляцию, что любой психолог схватился бы за голову. Мы посмотрели на эти запреты и поняли, что блогерская жизнь для Дианы Шурыгиной закончилась так же резко, как когда-то началась. Теперь она не может делать ничего из того, что приносило ей славу и деньги. По данным ТАСС, суд запретил Шурыгиной пользоваться интернетом, звонить по телефону и получать или отправлять почту. Вообще. Представьте себе: ни тебе соцсетей, ни мессенджеров, ни банальной эсэмэски. Единственное, что ей оставили — возможность позвонить в экстренные службы. То есть 112, пожарные, скорая. Всё. Это даже не домашний арест, это какая-то цифровая смерть. Мы понимаем, зачем это сделано. Следствие боится, что она может скоординироваться с другими фигурантами или что-то стереть из сети. Но со стороны это выглядит как возвращение в XIX век. Можно общаться только с адвокатом и близкими родственниками. И т