Являются ли эти два механизма защиты: проективная и идентификационная редупликация патологическими феноменами?
Или же, наоборот, они являются составной частью нормального психического функционирования, необходимого для его структурирования?
Один из возможных ответов напрашивается из сравнения этих механизмов защиты со сновидениями [кошмарными] при травматическом неврозе: не являются ли подобные сновидения, повторяющие травму, собственно травматическим неврозом?
Если мы ответим утвердительно, наш подход окажется таким же, что и основной психиатрический, при котором видеть во сне травматическое событие считается патологическим явлением. И тогда с ним следует бороться. Психиатр должен сделать все возможное для его полного исчезновения, используя для этого все средства, включая химические, приводящие к стиранию психической деятельности и к неврологическим последствиям.
В психоанализе же, помимо того, что повторяющиеся сновидения, на первый взгляд противоречащие фройдовскому утверждению, что сновидение является исполнением желаний, мы можем задать себе вопрос, не являются ли эти сны, повторяющие травму, его проработкой, не можем ли мы их считать процессом проработки. А еще точнее, подумать, не являются ли они процессом исцеления от травматического опыта, поскольку травме свойственно являться опытом, не способным становиться репрезентированным воспоминанием, то есть связанным психическим элементом.
Сезар Ботелла об известном в психосоматике механизме защиты - проективной редупликации
