Очередной грандиозный скандал в мире фигурного катания начался после интервью Этери Тутберидзе. Тренер была сдержана, когда заметила, что Евгений Плющенко не проявил себя в качестве тренера. Такая позиция вызвала ярость у его супруги Яны Рудковской, которая пригрозила Тутберидзе достать всех селетов из всех шкафов.
Хореограф группы Тутберидзе Алексей Железняков, человек, известный своей бескомпромиссной прямотой, не стал ходить вокруг да около. Его заявление прозвучало: «Пусть она лучше скажет, что Женя Плющенко сделал в качестве тренера, а не спортсмена. Дело в том, что каких-то успехов у него нет, а Рудковская открывает рот».
«Она всех уже задолбала. У неё одна цель — бизнес. Рудковская хочет деньги зарабатывать. Именно поэтому она позволяет себе говорить такое про Этери Георгиевну».
Это не просто эмоциональная вспышка. За резкими словами хореографа стоит системная критика академии «Ангелы Плющенко», которую Железняков называет коммерческим проектом, где спортивные результаты — лишь приятное дополнение к финансовым потокам.
«Очень многие родители, которые приводят ко мне детей, говорят, что в школе Плющенко всё на порядок хуже. Дети, пришедшие оттуда, в плане танцев не умеют ничего. Всё там завязано исключительно на деньгах».
Великое противостояние: от Трусовой до Сарновских
Чтобы понять глубину конфликта, нужно окунуться в его историю. Точкой невозврата стал переход Александры Трусовой и Алены Косторной из группы Тутберидзе в академию Плющенко. Тогда Этери Георгиевна обвинила Рудковскую в умышленном «хантингe» — целенаправленной охоте на готовых фигуристок. В качестве доказательств тренер опубликовала скриншоты тайной переписки Яны с Алиной Загитовой, которые разлетелись по всем СМИ.
С тех пор противостояние только нарастало. Каждый переход спортсмена, каждое интервью, каждое публичное выступление становилось новым полем боя. И вот — новый виток. Тутберидзе в редком для себя откровенном интервью в шоу «ALEKÓ In My Bag» не стала сглаживать углы. Она говорила о переманивании спортсменов, о методах работы коллег и, конечно, о Яне Рудковской.
«Если вы еще раз тронете мою семью, все ваши скелеты, коих у вас очень много, посыпятся из всех ваших шкафов», - вспылила Рудковская.
Позже она дополнила: «Вы дернули тигра за усы, имея своё собственное "рыльце в пушку"». Жена Плющенко перешла в наступление, обвинив Тутберидзе в переманивании Никиты и Софии Сарновских - и заявив, что подопечные её мужа конкурируют с учениками Этери Георгиевны на всех крупных стартах.
Тренерские успехи: есть ли они у Плющенко?
Вопрос, который задал Железняков, — действительно ли Плющенко добился чего-то как тренер? — не так прост, как может показаться. Евгений Плющенко — двукратный олимпийский чемпион, трёхкратный победитель первенства мира, обладатель семи золотых наград первенства Европы. Его спортивная карьера — это эталон успеха. Но тренерская?
В 2017 году, объявив о завершении карьеры, он практически сразу открыл академию «Ангелы Плющенко». Первой именитой ученицей школы стала олимпийская чемпионка Сочи-2014 Аделина Сотникова. Однако к чемпионским титулам учеников Плющенко пока не привёл. И это — главный аргумент его критиков.
Рудковская, защищая мужа, приводит конкретные результаты. Она упоминает победу Александры Трусовой на этапе Гран-при, её бронзовые медали на чемпионате России и чемпионате мира. Говорит о серебре и бронзе Софьи Муравьёвой на чемпионате России, о серебре Вероники Жилиной на юниорском чемпионате России и победах в финале Гран-при. Отдельно она выделяет Елену Костылёву: «Два года подряд вы не берете золото ЧР у девочек в юниорах — два года его выигрывает Костылёва с Евгением».
Но здесь кроется важный нюанс. Большинство этих успехов — результат работы со спортсменками, которые пришли в академию уже сформировавшимися фигуристками. Трусова, Косторная, Муравьёва — все они были воспитаны в других школах. Вопрос о том, может ли Плющенко вырастить чемпионку с нуля, пока остаётся открытым.
Инцидент с Глейхенгаузом: когда слова переходят в действия
Особое место в этом противостоянии занимает история, которую Тутберидзе рассказала в интервью. Речь идёт об инциденте, когда Рудковская, по словам тренера, схватила за грудки хореографа Даниила Глейхенгауза.
«Там были камеры, я очень надеялась, что это видео выйдет, но оно, к сожалению, не вышло. Я просто сказала: женщина, отойдите, пожалуйста».
Рудковская, разумеется, дала свою версию. «Сама формулировка "взять за грудки" не соответствует действительности. Вы знаете, какая там была ситуация. Я шла и вдруг ни с того, ни с сего взяла за грудки здорового мужчину-тренера? Вы серьезно?» По её словам, она услышала вслед оскорбительное высказывание в адрес своей команды от тренера-хореографа, развернулась и ответила. «Это была провокация с вашей стороны в мой адрес».
Железняков: человек, который говорит то, что другие молчат
Алексей Железняков в этом скандале занимает особую позицию. Он не просто хореограф группы Тутберидзе — он человек, который всегда выделялся прямолинейностью, из-за которой часто попадал в публичные скандалы. В ноябре 2023 года стало известно, что сотрудничество Железнякова с Тутберидзе окончено, но это не помешало ему высказаться по поводу Рудковской.
Интересно, что у Железнякова есть и личный конфликт с Плющенко. Фигуристка Анастасия Зинина заявляла, что Плющенко просил её не заниматься с хореографом Алексеем Железняковым. Сам Железняков говорил, что не хотел бы работать в академии Плющенко, потому что у него «осадочек остался».
Его критика в адрес Рудковской — это не просто защита Тутберидзе. Это голос профессионала, который видит, как коммерциализация уничтожает спорт.
«Школа "Ангелы Плющенко" в первую очередь про бизнес» — это не пустые слова. По данным открытых источников, в академии действуют три программы обучения: минимальная (3 часа занятий на льду, час хореографии и 3 часа ОФП в неделю), средняя и для спортсменов. Стоимость занятий, по некоторым данным, достигает 60 тысяч рублей. Рудковская, в свою очередь, заявляет, что в двух академиях Плющенко занимаются более 250 спортсменов. Это огромный бизнес с миллионными оборотами.
Тутберидзе: система или жесткость?
Отдельного внимания заслуживает позиция самой Этери Тутберидзе. В интервью она категорически отвергла обвинения в жёстких методах работы: «Нет у нас никаких жёстких методов! Ты приходишь – есть система». Она проводит параллель со школой: «Вот в школу ты пришел, у тебя контрольная работа. Ты говоришь: "Я не буду писать". И тебе поставили "два" за это. И, что у тебя сразу психологическая травма?»
На вопрос, почему Рудковская высказывается о жёстких методах, Тутберидзе отвечает с ледяным спокойствием: «Ну потому что она человек из шоу-бизнеса, она привыкла всё комментировать, всё высказывать. Все очень шумно должно быть». И добавляет: «Нет, ничего не влияет, ничего она не расшатывает. Абсолютно. Никакую статистику она не портит. Наша статистика – это наши результаты».
Это принципиальное отличие двух подходов. Тутберидзе — о результатах. Рудковская — о шуме, о внимании, о публичности. Одна строит систему, которая работает десятилетиями. Вторая — строит бизнес, который приносит деньги.
Конфликт между Тутберидзе и командой Плющенко — это не просто ссора двух амбициозных людей. Это столкновение двух мировоззрений, двух моделей существования в спорте. С одной стороны — советская школа с её дисциплиной, системой и требовательностью, где результат важнее всего. С другой — новый спортивный бизнес, где важны не только медали, но и медийность, контракты, шоу.
Железняков своим заявлением лишь обнажил ту пропасть, которая давно разделяет эти два лагеря. Но вопрос в том, кто в итоге окажется прав? Та система, которая воспитывает чемпионов, но теряет часть спортсменов по пути? Или та, что даёт шанс каждому, но не всегда может довести до вершины?
Пока стороны обмениваются угрозами — Рудковская обещает вытащить «скелеты из шкафов», Железняков называет её бизнес-проект пустышкой, а Тутберидзе с высоты своего положения просто не замечает шума. Но за этим шумом теряется главное — сами спортсмены, дети, для которых фигурное катание должно быть прежде всего спортом, а не полем битвы взрослых амбиций.
И пока взрослые делят деньги и славу, кто-то продолжает платить 60 тысяч рублей за надежду, которая, возможно, так и останется надеждой.