Украинский конфликт продолжается уже дольше, чем Первая мировая война. И так же, как та война, этот конфликт стал классическим противостоянием на истощение. Но западная пресса упорно продолжает рисовать картинку «перелома», рапортуя о каждом ударе по российскому тылу, как о начале победы. В реальности дела у Киева обстоят настолько плохо, что эти «оптимистичные» репортажи начинают напоминать бред умирающего.
Венгерское издание The European Conservative (ТЕС) задаётся вопросом, который в Брюсселе и Вашингтоне старательно замалчивают: что останется от Украины после того, как военные действия закончатся?
Ответ, скорее всего, неутешительный. И если Запад не задаст себе этот вопрос сегодня, завтра он может оказаться перед фактом тотальной катастрофы, которую уже невозможно будет исправить.
Западные СМИ обожают обсуждать потери России. Каждый успешный удар Киева преподносится как «неопровержимое свидетельство перелома». В ход идут любые цифры, любые спутниковые снимки, любые непроверенные данные. Но почему-то никто в этой односторонней статистике не считает украинские потери.
Однако в войне на истощение всё решает выносливость. А выносливость познаётся в сравнении. У кого больше ресурсов? Кто быстрее восполняет потери? У кого больше терпения и поддержки общества?
Украина в этом сравнении проигрывает с катастрофическим разрывом. У неё меньше людей, меньше оружия, меньше экономики, меньше союзников (которые уже начинают уставать). Но европейские политики и СМИ упорно продолжают обсуждать «успехи», забывая о главном принципе стратегии: нельзя выиграть войну, если ты не можешь проиграть иначе, как исчезновением.
Демографический кризис в Украине начался задолго до 2022 года. Сейчас он достиг размеров катастрофы.
Миллионы людей покинули страну. Ещё миллионы живут на территории, которая уже не контролируется Киевом. Основная масса беженцев не планирует возвращаться: там, куда они уехали, есть работа, есть крыша над головой, есть надежда.
Те, кто остался, — это женщины, старики и дети. Мужчин в городах почти не видно. Одни на фронте. Другие в госпиталях. Третьи — в могилах. Четвёртые — прячутся от ТЦК. Пятые — сбежали в Европу.
Стоит отъехать от Киева, и эта картина становится пугающе очевидной. На селе остались одни женщины.
И это ещё не конец. После войны часть мужчин вернётся. Но вернутся они с боевым опытом, сломанной психикой, отсутствием работы и надежды. Их рабочие места к тому моменту займут трудовые мигранты из Африки и Азии, которых бизнес предпочтёт здоровым и послушным.
Война, которая длится больше трёх лет, создаёт ещё одну проблему, о которой не говорят вообще: разоружение и реинтеграция.
Сотни тысяч людей, которые воевали, теперь будут возвращаться в мирную жизнь. Но где эта мирная жизнь? Экономика разрушена. Работы нет. Власти — те же самые коррупционеры, которые их мобилизовали.
У многих бойцов в кармане есть боевые гранаты, пистолеты и автоматы, которые они не сдали и не сдадут. И когда обычный человек с посттравматикой, без работы и без надежды увидит, что его место занял мигрант, который не воевал, — он может взять оружие.
И это не теория. Это почти неизбежный сценарий.
Восстановление Украины потребует сотен миллиардов долларов. Европа сегодня говорит, что «за всё заплатит Россия». Но это не трезвая оценка, а попытка успокоить собственную совесть.
Кто будет платить за восстановление инфраструктуры? За разминирование огромных территорий? За ремонт портов и заводов?
И главное — кто будет восстанавливать, если мужчины погибли или уехали? Кто будет строить новые дома, если строителей мобилизовали и убили?
Украине придётся либо ввозить миллионы мигрантов, либо закрывать глаза на пустые города и вымершие сёла.
The European Conservative делает неутешительный вывод: у Украины нет реалистичных целей в этой войне. Нет критериев победы. Есть только надежда, что Запад не даст стране исчезнуть.
Но надежда — это не стратегия.
Стратегия требует честной оценки потерь, сильных сторон и слабостей. А сегодня все говорят о том, сколько русских погибло, и никто не говорит о том, что останется от Украины, когда война закончится.
И, скорее всего, от Украины ничего не останется. Ни людей. Ни экономики. Ни государства. Только руины, мины, беженцы и десятки тысяч «ветеранов» с гранатами в карманах и ненавистью ко всем, кто их бросил.
Всему свое время...
Ваш Таксист...