Признайтесь честно: вы ведь хотя бы раз что-то да смотрели на Netflix. Или хотя бы слышали про «Игру в кальмара», «Очень странные дела», «Карточный домик». Даже если сами ни одной серии не включили, вы точно знаете, что это за компания.
И дело не только в сериалах. Netflix — это та самая компания, с оглядкой на которую появились вообще все стриминги, которыми мы пользуемся сегодня. Кинопоиск, Окко, Иви, Premier, START, Wink — все они в той или иной степени списаны с одного образца. Без Netflix не было бы и самой манеры смотреть не по серии в неделю, как было с телевизором, а запоем, целым сезоном за вечер, когда удобно именно тебе.
Эта компания буквально изменила то, как весь мир смотрит кино. И при этом начинала она с занятия, которое в конце девяностых казалось полным безумием.
В общем, давайте разбираться, как вообще появилась компания и почему в последние годы фильмы и сериалы Netflix стали, скажем прямо, очень посредственными. Подписчики уходят, критики хоронят, а зрители жалуются, что смотреть нечего.
С чего все началось
Есть красивая легенда о том, как родился Netflix. Будто бы в конце девяностых будущий основатель компании Рид Хэстингс взял в прокате кассету с фильмом «Аполлон-13», забыл вовремя ее вернуть и попал на штраф в 40 долларов. Денег было жалко, обидно, неловко — он даже жене постеснялся признаться. И вот по дороге в спортзал ему якобы пришла мысль: а что если сделать прокат фильмов вообще без всяких штрафов?
История отличная. Одна беда — она выдумана. Немного позже второй основатель компании, Марк Рэндольф, проговорился, что никакого штрафа не было, а эту красивую байку Хэстингс сочинил уже потом, для журналистов. Настоящая история немного другая.
А на самом деле было так. В 1997 году Хэстингсу было под сорок. Он только что продал свою компанию по разработке софта, оказался с приличной суммой на руках и желанием затеять что-то новое. Знакомый рассказал ему про новый тогда формат — DVD. Сегодня в это трудно поверить, но в конце девяностых почти все фильмы в мире выпускались на видеокассетах. Диски только-только появились, да и то сперва в Японии, и смотреть их по большому счету было почти не на чем.
И вот в этот самый момент Хэстингс с Рэндольфом решают строить бизнес на прокате кино на DVD. Идея была в том, чтобы сдавать их в аренду через интернет и присылать клиенту по почте. А интернет в 1997 году тоже был далеко не в каждом доме. С точки зрения здравого смысла — чистое безумие.
То есть два человека сделали ставку сразу на две технологии, которыми тогда почти никто не пользовался, но которым предстояло вот-вот захватить мир. И угадали с обеими.
Поначалу все работало по привычной схеме: хочешь фильм — плати за каждый отдельно, примерно по четыре доллара. Ровно так брали деньги все обычные прокаты, и ничего нового в этом не было. Бизнес шел туго. Диск ехал к клиенту хоть и быстро, но все равно не мгновенно, человек попробовал разок — и пропал. А чтобы каждый купленный диск себя окупил, его нужно было сдать в аренду много-много раз. Деньги утекали быстрее, чем приходили.
И тогда Хэстингс сделал ход, который в итоге и определил всю судьбу компании. В 1999 году Netflix отказался от платы за каждый фильм и предложил подписку: платишь фиксированную сумму в месяц — и заказываешь сколько угодно дисков. Никаких штрафов за просрочку. Хочешь — держи фильм у себя хоть месяц, никто слова не скажет. Захотел новый — просто верни старый, и тебе тут же вышлют следующий из твоего списка.
Звучит как мелочь, но это перевернуло всю логику проката. Раньше прокат зарабатывал в том числе на том, что клиент опаздывал с возвратом и платил штраф. По сути, бизнес был заинтересован, чтобы вы оплошали. А Netflix перевернул это с ног на голову: тут вы возвращали диск не из-под палки, а потому что сами хотели поскорее получить следующий. Клиент и компания впервые оказались на одной стороне.
Заодно решилась и вторая проблема. Раз все гонятся за свежими новинками, как заставить людей брать и старое доброе кино из каталога? Netflix придумал систему, которая сама подсказывала зрителю, что посмотреть, опираясь на его вкусы. Эта штука с годами превратится в легендарный алгоритм рекомендаций, ради которого половина подписчиков потом и будет включать Netflix. Но это произойдет позже. А пока простой совет «вам, скорее всего, понравится вот это» помогал размазать спрос по всей библиотеке, а не только по десятку громких новинок.
Отказ, о котором потом пожалели
К началу нулевых у Netflix было одно очень слабое место: компания упорно не приносила прибыли. Подписка спасала, удерживала клиентов, но расходы на закупку дисков и почту съедали все. И в 2000 году Хэстингс отправился к главному монстру индустрии — сети видеопрокатов Blockbuster.
Чтобы вы понимали масштаб: Blockbuster тогда был абсолютным королем. Тысячи точек, миллионы клиентов. Рядом с этой махиной Netflix смотрелся как мелкая выскочка. И вот эта выскочка приходит к королю и предлагает сделку: выкупите почти половину нашей компании, а мы за это сделаем вам онлайн-направление, заберем интернет на себя, пока вы царствуете в своих магазинах.
Blockbuster ответил отказом. Руководству идея показалась несерьезной: какой-то убыточный нишевой бизнес, диски по почте, кому это вообще нужно, когда у нас тысячи магазинов и люди сами приходят за кассетами. Зачем платить за то, что и так вот-вот загнется.
Это был один из самых дорогих отказов в истории бизнеса. Пройдет несколько лет — и все перевернется с ног на голову. Netflix вырастет в мирового гиганта, а Blockbuster со всеми своими тысячами магазинов попросту исчезнет, не сумев вовремя понять, куда катится индустрия.
К слову, отказ Blockbuster пришелся на тяжелое время. Как раз тогда лопнул так называемый пузырь доткомов. Доверие к любым онлайн-проектам резко рухнуло, и Netflix, чтобы лишний раз не отпугивать людей, даже убрал из названия приставку «.com», с которой начинал.
В 2002 году Netflix все-таки вышел на биржу. Шаг смелый, если вспомнить, что компания все еще работала в минус — прибыли как не было, так и нет. Но инвесторов подкупило другое: число подписчиков росло как на дрожжах, а это и есть главный признак того, что в бизнес стоит вкладываться. Деньги от размещения акций помогли расплатиться с частью долгов и наконец-то почувствовать почву под ногами.
А уже через год случилось то, чего ждали долго: Netflix впервые вышел в плюс. Маленькая контора по рассылке дисков начала приносить прибыль.
Сам Хэстингс к выходу на биржу относился спокойно, без придыхания. Он как-то обронил мысль в духе: для некоторых людей школьный выпускной — это главное событие в жизни, и это довольно грустно. С компанией так же. Если выход на биржу стал для нее вершиной, это печально, потому что все самое интересное должно начинаться уже после.
И он как в воду глядел. Потому что дальше началось действительно самое интересное.
Уже в начале нулевых Хэстингс понимал простую вещь: рано или поздно диски по почте умрут. Если уж кассеты уступили место DVD, то и сами диски однажды уступят чему-то новому. Вопрос был только в том, чему именно.
Сначала в компании думали так: раз будущее за интернетом, надо научиться доставлять фильмы через сеть напрямую. Сказано — сделано, начали пробовать. Но интернет в те годы был медленным до слез. Двухчасовой фильм по тогдашним каналам скачивался часов 16. Представьте: вы хотите вечером посмотреть кино, ставите его на загрузку утром и надеетесь, что к завтрашнему вечеру оно докачается. Понятно, что так это работать не могло.
А потом, в середине нулевых, появился YouTube. И он подсказал верное направление. На YouTube не нужно было ничего скачивать и ждать — ты просто нажимал на кнопку, и видео начинало играть прямо в браузере. Вот оно. Не качать фильм целиком, а смотреть его потоком, прямо во время загрузки. То, что сегодня мы называем простым словом «стриминг». Идея созревала не один день, и понадобилась еще пара лет, чтобы из нее вышел готовый сервис.
В 2007 году Netflix запустил свой стриминговый сервис. Поначалу очень осторожно: фильмов в онлайне была всего тысяча против десятков тысяч на дисках, и работал он как бесплатное приложение к обычной почтовой подписке. Компания не стала рубить сплеча и переводить всех разом — наоборот, выкатывала новинку потихоньку, обкатывая на ходу. И снова та самая фирменная черта: пока весь мир только-только пересаживался с кассет на диски, Netflix уже грузил кино из этих дисков прямиком в интернет.
Как Netflix зарабатывал на чужом кино
Когда стриминг встал на ноги, появился вопрос: а что, собственно, на нем показывать? Своего кино у Netflix тогда еще не было, поэтому компания пошла скупать права на чужое — фильмы и сериалы у студий и телеканалов.
И тут произошла любопытная штука. Телеканалы поначалу отдавали Netflix только старые сезоны своих сериалов, придерживая свежие серии для себя. Логика была такая: пусть новенькое люди смотрят у нас по телевизору, а старье отдадим стримингу, не жалко. Но вышло неожиданно. Зрители заходили на Netflix, залпом проглатывали старые сезоны какого-нибудь сериала, втягивались — и бежали досматривать новые серии уже по телевизору. Получалось, что Netflix не отбирал у каналов зрителей, а наоборот, приводил им новых.
Именно так, кстати, выстрелили культовые «Во все тяжкие» и «Безумцы». Люди открывали их для себя на Netflix с первых сезонов, подсаживались и превращались в преданных фанатов. К финалу «Во все тяжкие» собирали у экранов в разы больше зрителей, чем в начале, и во многом благодаря той аудитории, которую сериалу нагнал стриминг. Сам создатель шоу потом признавал: по старым правилам, когда сериал живет только на телеканале, такого размаха было бы не достичь. Без Netflix часть этих историй так и осталась бы нишевыми вещами для своих.
И вот здесь начала складываться та самая привычка, которую Netflix подарил всему миру, — смотреть запоем. Не ждать неделю до новой серии, как было заведено на телевидении, а проглатывать сезон целиком за пару вечеров. Сначала это была просто особенность сервиса. А очень скоро она изменит вообще все, но об этом чуть позже.
Как Netflix чуть сам себя не похоронил
К 2011 году Netflix чувствовал себя прекрасно. Стриминг рос, подписчиков становилось все больше, будущее казалось безоблачным. И вот на этом подъеме компания приняла, пожалуй, самое провальное решение за всю свою историю.
Хэстингс твердо верил, что будущее за интернетом, а диски по почте — это уходящая натура. Мысль, в общем-то, верная. Но воплотил он ее так, что чуть не обрушил всю компанию. Netflix решил разделить два своих направления — стриминг и рассылку дисков — на две отдельные услуги, за каждую из которых надо платить отдельно. Раньше человек платил одну сумму и получал все сразу. Теперь, чтобы пользоваться и тем и другим, приходилось раскошеливаться заметно больше. По сути, для многих это означало резкое повышение цены на ровном месте.
Мало того, рассылку дисков вообще решили вынести в отдельную компанию с отдельным неуклюжим названием Qwikster и отдельным сайтом. То есть зрителю, который привык заходить в одно место и получать все удобно, теперь предлагали разорваться между двумя сервисами с разными счетами и логинами.
Реакция была мгновенной и беспощадной. От Netflix за считаные месяцы ушло около 800 тысяч подписчиков — цифра по тем временам оглушительная. Акции компании рухнули в несколько раз. Журналисты наперебой спрашивали Хэстингса, когда он подаст в отставку. Вчерашний баловень судьбы за пару месяцев превратился в человека, погубившего собственное детище.
К чести компании, она быстро поняла, что натворила. От затеи с Qwikster отказались, рассылку дисков вернули обратно под крыло Netflix, а Хэстингс публично извинился перед клиентами.
Сам он потом говорил об этой истории без прикрас: это было катастрофически плохое решение, которое едва их не убило. Но добавлял важную вещь. Та самая смелость, что чуть не похоронила компанию, — это ровно та же смелость, которая позволяет ей рисковать и придумывать то, до чего не додумался никто. Без готовности ошибаться не было бы и прорывов.
И, как покажет совсем скорое будущее, главный прорыв был уже на пороге.
«Карточный домик», который все изменил
К 2013 году Netflix подошел к развилке. Скупать чужое кино было можно, но с этим была одна проблема: студии в любой момент могли поднять цену, забрать свои фильмы или вовсе уйти к конкурентам. Netflix зависел от чужого доброго настроения. И компания решила: хватит. Будем снимать свое.
Первой большой ставкой стал сериал «Карточный домик» — политическая драма с Кевином Спейси в главной роли, история про циничного политика, который плетет интриги и рвется к вершине власти. Но почему именно он?
Компания залезла в свои данные — кто что смотрит, что досматривает до конца, что пересматривает — и сложила картину из нескольких кусочков. Во-первых, ее зрители любят истории про политику, власть и закулисные интриги, такие сериалы шли на ура. Во-вторых, в каталоге явно прослеживалась любовь к фильмам режиссера Дэвида Финчера и к ролям Кевина Спейси. А теперь сложите все это вместе — и нужный рецепт оказывается прямо перед глазами: политическая драма, снятая Финчером, со Спейси в главной роли. Промахнуться почти невозможно.
Поэтому Netflix не стал заморачиваться с пробной серией. Он сразу заказал два полных сезона, вложив в них сумму, от которой у телевизионщиков того времени глаза лезли на лоб. Это была дерзкая ставка вслепую — точнее, ставка по данным, которым тогда мало кто доверял.
И она сыграла. «Карточный домик» стал хитом, собрал ворох престижных наград и сделал ровно то, на что рассчитывали: люди подписывались на Netflix просто чтобы посмотреть сериал, которого больше нигде не было. С этого момента стало понятно — свой контент работает.
А еще Netflix сделал то, чего до него не делал никто. Все серии первого сезона он выложил разом, в один день. Не по серии в неделю, как принято, а весь сезон сразу — смотри хоть залпом за выходные. Помните ту самую привычку смотреть запоем, которая складывалась раньше как бы сама собой? Вот теперь Netflix возвел ее в принцип.
И это изменило даже то, как сериалы устроены внутри. На телевидении серию всегда надо было обрывать на крючке, чтобы зритель промучился неделю и непременно вернулся. А еще каждую серию начинали с напоминания «в предыдущих сериях». Когда весь сезон лежит перед тобой целиком, ничего этого не нужно. История может литься свободно, как длинный фильм на десять часов. Сценаристы получили совсем новый инструмент.
За ставкой на собственное кино стоял человек, отвечавший за весь контент, — Тед Сарандос. И ему принадлежит фраза, которая отлично объясняет, зачем все это затевалось.
В те годы эталоном качественного сериала считался телеканал HBO — те самые «Игра престолов», «Клан Сопрано», «Настоящий детектив». HBO был знаком качества, к которому все тянулись. И Сарандос сформулировал цель Netflix так: нужно стать как HBO раньше, чем HBO научится делать то же, что и мы. Иными словами — обогнать признанного мастера на его же поле, пока тот не опомнился и не пришел в интернет сам.
Звучало дерзко, почти нагло. Но именно по этому пути Netflix и пошел. Именно в эти годы Netflix дал работу целому пласту сценарисов и авторов, которым в Голливуде места не находилось. Режиссеры, уставшие пилить блокбастеры под чужую указку, уходили на стриминг и делали там свои самые смелые вещи. Деталь, к которой мы еще вернемся: пройдет время — и Netflix начнет поступать ровно наоборот.
Золотые годы
Дальше для Netflix настала пора, которую иначе как золотой не назовешь. «Карточный домик» доказал, что свое кино работает, и компания принялась выдавать хит за хитом. Причем хиты эти были разные, ни на что не похожие и совершенно самостоятельные.
Вышли «Очень странные дела» — ностальгическое приключение про детей, монстров и восьмидесятые, которое посмотрели буквально все. Вышла «Корона» — дорогая, обстоятельная драма про британскую королевскую семью. Грянул испанский «Бумажный дом» — история про ограбление в красных комбинезонах и масках, которую растащили на косплеи по всему миру.
Подоспел «Ведьмак» с Генри Кавиллом, за которым потянулись все, кто любит фэнтези. «Ход королевы» заставил миллионы людей внезапно полюбить шахматы. А немецкая «Тьма» закрутила такую головоломку со временем, что зрители смотрели ее с блокнотом.
И вот что важно: все эти вещи ни капли не походили друг на друга. У каждого проекта было свое лицо, свой характер, свой почерк. Именно в эти годы Netflix окончательно превратился из конторы, перепродающей чужое кино, в того, кто задает моду. На него начали равняться все.
А кульминацией всего этого триумфа стал 2021 год и корейский сериал «Игра в кальмара». Если вы вдруг пропустили — это жесткая история про людей в отчаянном долговом тупике, которых заманивают на смертельные игры в детские забавы ради огромного денежного приза.
«Игра в кальмара» рванула так, что и сравнить не с чем. За один только первый месяц ее посмотрели полтора миллиарда часов. Сериал занял первое место разом во всех странах, где вообще есть Netflix, без исключений. Корейская история про долги и выживание внезапно стала понятна и близка всем на планете, от Москвы до Бразилии. Костюмы из сериала расхватали на Хэллоуин, мемы разлетелись по всему интернету, а саму игру в «тише едешь — дальше будешь» узнал даже тот, кто ни одной серии не видел.
Это была вершина. Netflix добрался до самого верха — компания, которая когда-то рассылала диски в красных конвертах, теперь диктовала вкусы всей планете. Казалось бы, живи и радуйся. Но, как это обычно и бывает, ровно с этой высшей точки и начался спуск.
Когда на твое поле выходят все
Долгие годы Netflix был на своей поляне один. Один рассылал диски, первым ушел в интернет, один начал снимать сериалы для стриминга. Конкурентов в его нише по сути не было — он сам ее и придумал. И вот к концу 2010-х большие студии наконец очнулись и сообразили: будущее и правда за интернетом, а они все проспали.
И тут началось. Один за другим открылись Disney со своим Disney+, Apple, Amazon, HBO и прочие. У каждого за спиной горы денег и собственные легендарные франшизы, которые они тут же забрали с Netflix к себе. Disney увел своих супергероев и принцесс, остальные — кто что. То чужое кино, которым Netflix наполнял каталог в первые годы, начало утекать обратно к хозяевам. А заодно эти хозяева принялись агрессивно снимать свое, заливая производство деньгами.
Для Netflix это была совершенно новая ситуация. Раньше ему не приходилось ни с кем драться за зрителя — он просто был лучшим, потому что был единственным. А теперь на его поле вышли все разом, и каждый норовил перетянуть подписчика к себе. И вот здесь Netflix совершил роковую ошибку, которая аукается ему до сих пор.
Чтобы не отстать в этой гонке, Netflix начал играть по чужим правилам — по правилам того самого Голливуда, который он когда-то обошел. И постепенно превратился ровно в то, против чего сам же когда-то восстал.
Помните, как десять лет назад Netflix спасал авторов, которым большие студии отказывали? Тех режиссеров, что хотели снимать умное, смелое, ни на что не похожее кино? Так вот, теперь Netflix начал делать наоборот. Вместо ставки на талантливых постановщиков он сделал ставку на громкие имена и беспроигрышные названия. Зачем рисковать с чем-то новым, когда можно взять звезду побольше, франшизу попопулярнее — и собрать просмотры наверняка?
Раньше Netflix звал в проект Кевина Спейси, но вместе с ним приходил большой режиссер Дэвид Финчер. Теперь же фильмы стали строить вокруг одной только звезды. Дуэйн «Скала» Джонсон, Райан Рейнольдс, Галь Гадот — крупные имена на афише, а вот серьезного режиссера за ними обычно уже нет. Кино превратилось в витрину знакомых лиц. А вместо свежих идей в ход пошли продолжения уже выстреливших хитов и экранизации того, что и так у всех на слуху.
Конвейер. Вот точное слово, описывающее, чем стал Netflix. Если раньше каждый его проект был самостоятельной штучной вещью со своим лицом, то теперь все они будто сошли с одной ленты.
Сериалы и фильмы Netflix действительно стали выглядеть похоже один на другой — и, что самое удивительное, во многом так задумано нарочно.
Суть в том, чтобы намеренно делать картинку проще, ярче и понятнее. Тени почти убирают, цвета вытягивают поядовитее, всякие тонкие игры со светом сводят к минимуму. Зачем? Затем, что Netflix давно понял, как мы на самом деле его смотрим. А смотрим мы все чаще краем глаза — уткнувшись параллельно в телефон, занимаясь делами, держа сериал фоном. На маленьком экране, да еще вполглаза, тонкую операторскую работу все равно никто не разглядит. Так зачем стараться?
Netflix раздает съемочным группам подробные требования: на какие камеры снимать, какими должны быть цвет и свет, чтобы материал везде смотрелся одинаково ровно и хорошо читался с экрана. Даже диалоги просят писать попроще — чтобы зритель, отвлекшийся на переписку, не потерял нить. В итоге герои вместо живой речи частенько просто проговаривают вслух то, что и так происходит на экране. А ведь слова — главный инструмент любого персонажа.
И самое тревожное, что эту манеру подхватил не только Netflix. Просто оглянитесь. Профессионалы из индустрии давно бьют тревогу: из-за такого подхода кино как искусство потихоньку выхолащивается, превращаясь в красивые движущиеся обои.
И цифры это отчасти подтверждают. Еще в 2017 году восемь из десяти самых популярных сериалов в мире были сделаны Netflix. А к 2024 таких осталось всего два. Каталог при этом раздулся до самого большого в мире — фильмов и сериалов там теперь без счета. А вот с подписчиками пошли качели: то компания впервые за всю историю теряет аудиторию и хватается за голову, то снова отыгрывает потерянное. Но устойчивое ощущение у зрителя осталось одно: контента стало больше, чем когда-либо, а смотреть будто нечего.
А что на самом деле работает
Тут история делает неожиданный поворот. Потому что, если присмотреться к тому, что у Netflix реально выстреливает, открывается любопытная вещь.
Самые дорогие проекты Netflix последних лет — те, в которые вбухали больше всего денег и звезд, — чаще всего проваливаются в безвестность. Назову несколько: «Атлас», «Тройная граница», «Дневная смена», «Красное уведомление». Слышали хоть про один? Вот и большинство зрителей не слышали. Деньги потрачены огромные, звезды на афишах громкие, а в памяти не осталось ровным счетом ничего.
А теперь те, что выстрелили по-настоящему: «Уэнсдей», «Аркейн», «Олененок», «Рипли». И вот тут начинается самое интересное. Все эти вещи объединяет не бюджет и не звезда на обложке, а смелость и свой почерк. «Аркейн» — это рисованный сериал по мотивам видеоигры, выглядящий как ожившая картина. «Олененок» — маленькая, неуютная, очень личная британская драма без единой суперзвезды. «Уэнсдей» строился вокруг молодой актрисы Дженны Ортеги, но снимал его Тим Бертон со своим фирменным мрачным юмором — и обошелся он в разы дешевле тех самых забытых блокбастеров. А по просмотрам разнес их в пух и прах.
Вывод напрашивается сам собой, и он почти ироничный. Зрителя приводят не деньги и не знакомое лицо на афише. Зрителя приводит то, что сделано с азартом, со своим взглядом, чего раньше никто не делал. Ровно то, на чем Netflix когда-то и поднялся. Получается, ответ на свой же кризис компания держит прямо перед глазами — нужно только захотеть его увидеть.
Основатель уходит
Весной 2026 года появилась новость, которой когда-то было не миновать: Рид Хэстингс, основатель и многолетний лидер Netflix, летом покидает совет директоров компании. Тихо, без скандала и громких заявлений — просто решил, что главное дело сделано, и пора заняться чем-то новым.
Любопытно, что незадолго до его ухода закрылась и последняя страница, с которой когда-то начиналась вся компания. В 2023 году Netflix разослал последние диски в фирменных красных конвертах и полностью свернул почтовый сервис. За более чем четверть века он отправил подписчикам свыше пяти миллиардов дисков. Мир давно жил в стриминге, но красные конверты до самого конца возили горстке самых верных клиентов, которым так было привычнее. Та самая идея из девяностых дотянула почти до наших дней.
А сама компания продолжает работать. Ею руководят двое: Тед Сарандос, который когда-то настоял на ставке на собственное кино, и Грег Питерс. Марк Рэндольф, второй сооснователь и тот самый человек, что раскрыл секрет про несуществующий штраф за «Аполлон-13», отошел от дел еще на заре компании и давно занимается своим: пишет книги, выступает и вкладывается в чужие проекты.
А Рид Хэстингс из управления выходит, но не из дела целиком: за ним пока еще остается пакет акций, так что в судьбе Netflix он по-прежнему заинтересован. Да и уходит он не из последней конторы — сегодня Netflix стоит сотни миллиардов долларов, заметно дороже Disney, того самого Голливуда, который он когда-то обошел на повороте.
Но остается главный вопрос: сумеет ли Netflix снова начать удивлять — или так и будет штамповать дорогое, но пустое кино, мимо которого зритель проходит не глядя.
Как Netflix появился в России
Ну и напоследок пару слов о том, как Netflix распространялся по миру и пришел в Россию.
К началу 2010-х Netflix уперся в потолок у себя дома, в Америке. Рынок там был почти выбран, расти стало особо некуда. Значит, оставалось одно — идти в остальной мир.
Сначала Netflix расширялся аккуратно, страна за страной, регион за регионом. Где-то получалось сразу, где-то нет. В Латинской Америке, например, поначалу шло туго: быстрый интернет был не у всех, кино на местные языки переведено не было, да и платить за подписку через интернет люди просто не привыкли. Netflix не сдался — постепенно перевел фильмы, подключил местные способы оплаты, докупил местное кино, и дело пошло. Компания вынесла из этого важный урок: по-настоящему понять страну можно, только уже зайдя в нее, а не разглядывая издалека.
А потом, в начале 2016 года, Netflix сделал то, чего от него никто не ждал. Вместо привычного «по стране за раз» он в один день включился сразу больше чем в 130 странах. Практически весь мир разом, за единственным крупным исключением — Китаем, куда пробиться так и не вышло из-за местных порядков. Для самого Хэстингса этот день стал, по его собственному признанию, любимым моментом за все годы в компании: почти вся планета в одночасье получила доступ к сервису.
В число этих стран попала и Россия. Вот только вышло забавно. Netflix, который своей моделью по сути и породил саму идею современных онлайн-кинотеатров, приехал в Россию едва ли не последним — и обнаружил, что место уже занято. Пока он годами завоевывал остальной мир, у нас успели подняться свои сервисы.
Многие популярные сериалы Netflix россияне уже хорошо знали и без официального сервиса — они попадали к нам заранее через другие платформы и интернет. Поэтому запуск в 2016 году вышел, мягко говоря, символическим: просто открыли доступ к сайту, на который раньше из России было не зайти. Интерфейс остался на английском, российских способов оплаты не было. Неудивительно, что особого восторга это не вызвало.
Со временем компания взялась за локализацию всерьез: к 2020 году появился русский интерфейс, привычные способы оплаты и заметно вырос каталог. У сервиса начала формироваться аудитория. Но надолго этого не хватило — весной 2022 года Netflix полностью свернул работу в России. Формально сервис не заблокирован, но полноценно пользоваться им без подписки не получится, а с ее оформлением возникают проблемы.
Впрочем, это почти не повлияло на доступ к контенту. Практически все сериалы и фильмы Netflix (включая новые сезоны, которые продолжают появляться) по-прежнему легко найти на российских онлайн-кинотеатрах, да еще и в торрентах — VOKINO, NUM, Zona, Кинотренд и многих других. Они никуда не делись.
А на чем все это смотреть
Ну и раз уж зашла речь о том, где смотреть, скажу пару слов и о том, на чем смотреть. Потому что половина удовольствия от хорошего сериала — это экран. Всю ту красоту, ради которой все и затевалось, — неоновые «Очень странные дела», ледяную «Тьму», нарисованный как картина «Аркейн» — на старом тусклом телевизоре толком и не разглядеть. Хороший контент заслуживает хорошего экрана.
Вот несколько телевизоров, которые раскроют любой сериал и фильм на полную:
А если хотите присмотреться к технике спокойно и с выбором, загляните в «Технопарк». Там реально огромный ассортимент телевизоров. Есть прошлогодние модели по очень приятным ценам — отличный вариант, если не хочется переплачивать за свежий год выпуска. А есть и самые новые телевизоры, включая всеми любимые TCL на Google TV. Эта штука важная: именно на Google TV проще всего поставить любые сторонние кинотеатры и приложения — то, с чем у многих других телевизоров вечная морока. Так что хоть VOKINO, хоть что угодно еще ставится в пару касаний.
Реклама. Информация о рекламодателе по ссылке.
А вы смотрите сериалы Netflix? Какой ваш самый любимый — может, как раз тот, что я тут вспомнил, или что-то совсем другое? И была ли у вас когда-нибудь подписка на сам сервис, или вам и так хватает других приложений? Расскажите в комментариях, интересно почитать.