В "Мимино" многое держится на лёгкости. На интонации, на юморе, на обаянии Валико Мизандари, на той редкой мягкости, с которой Данелия умеет рассказывать о человеке. Но один из самых важных поворотов фильма устроен совсем не громко. Он начинается с разговора.
На первый взгляд может показаться, что это просто встреча с давним товарищем, один из эпизодов, после которых герой вдруг решает изменить свою жизнь. Но сцена работает глубже. Разговор важен не потому, что герой услышал нечто судьбоносное. Он важен потому, что попадает точно в уже существующую внутреннюю нехватку.
Валико не несчастен в своей жизни. Это принципиально. Он нужен людям, он на своём месте, он связан с родным миром, в котором его знают и любят. Но вместе с этим в нём давно живёт другое желание - желание большей авиации, большего пространства, другой высоты собственной жизни. И именно поэтому случайная, на первый взгляд, встреча оказывается для него такой болезненной и важной.
Разговор с товарищем возвращает герою чувство масштаба. Перед ним возникает не просто знакомый человек из прошлого, а как будто другой вариант собственной судьбы. Другая скорость, другой горизонт, другая версия того, кем он мог бы быть. До этого мечту можно было отодвигать, успокаивать, объяснять себе, что и так всё неплохо. После такого столкновения делать это уже гораздо труднее.
Здесь важно и то, что рядом с товарищем есть его спутницы. Они в этой сцене не просто фон и не только комедийная деталь. Через них эпизод получает дополнительный смысл. Это уже не просто мужской разговор о прошлом и настоящем. Это столкновение с целой средой, с другим типом жизни, в котором Мимино чувствует и притяжение, и дистанцию. Он видит не только человека, но и мир, к которому сам не принадлежит.
И вот тогда срабатывает самый точный психологический механизм фильма. Герой не получает новую мечту - он получает обратно остроту старой. То, что раньше жило где-то внутри в приглушённом виде, снова становится слишком заметным. И нынешний маршрут, который ещё недавно можно было принимать как естественный, начинает казаться тесным.
Данелия здесь очень точен. Большие перемены не всегда начинаются с катастрофы, подвига или громкого решения. Иногда достаточно разговора, который неожиданно совпадает с тем, что человек давно не решался сформулировать до конца. Внешне это может выглядеть как случайный эпизод. Внутри - как момент, после которого уже трудно вернуться к прежней внутренней мере.
Поэтому поворот в "Мимино" и выглядит таким живым. Он не навязан сюжетом и не выглядит искусственным толчком ради дальнейших событий. Разговор с давним товарищем не переворачивает героя волшебным образом. Он просто делает невозможным старый самообман. И в этом есть очень точная правда жизни: иногда весь маршрут меняет не большое событие, а вовремя случившаяся встреча, после которой уже нельзя делать вид, что тебе хватает меньшего.