Лила в тот день проснулась раньше всех. За окном стоял странный рассвет: небо было не розовым и не золотым, а переливалось фиолетовыми и серебряными полосами, как разлитые чернила.
Лила выглянула наружу и тихо прошептала:
— Как будто кто-то перепутал краски…
Ей показалось, что в углу комнаты что-то блеснуло. Лила увидела круглое зеркало, которого там раньше точно не было. По краю шли резные узоры — деревья, птицы, звёзды. Лила подошла к зеркалу и увидела в нём не своё отражение, а лес: тёмный, глубоко-фиолетовый, с туманом между стволами.
— Что за чудеса… — Лила протёрла глаза. — Эй… это сон?
В ответ из зеркальца донёсся шёпот, тихий, но ласковый:
— Пора, Лила. Пора узнать то, что ты давно чувствуешь…
Волнение и любопытство столкнулись внутри Лилы, как две волны. Любопытство победило.
Она осторожно дотронулась до поверхности зеркала — и в тот же миг пол ушёл из‑под ног. Девочка полетела в холодный, пахнущий свежей землёй ветер. Вокруг — туман, искры, кусочки звёзд и чьи‑то забытые сны.
Когда Лила опустилась на землю, её уже обнимал лес: высокие ели, корни, выступающие из земли, голубоватый туман. Где‑то ухнула сова, а далеко-далеко глухо скрипнуло что‑то деревянное.
— Ну вот, — тихо сказала Лила, поднимаясь. — Кажется, очередное приключение.
Она двинулась вперёд по едва заметной тропинке. Воздух был плотным, как шерстяное одеяло, и казалось, будто весь лес за ней наблюдает.
Через какое-то время Лила услышала скрип — протяжный, старый, как будто кто‑то поворачивал гигантский ключ в замке. Скрип повторился, к нему добавился тихий стук — «тук-тук… тук».
Лила раздвинула ветки — и замерла.
Перед ней стояла избушка на курьих ножках. Она переступала с ноги на ногу, как большая птица, и при этом… тяжело вздыхала.
— Избушка на курьих ножках… — прошептала Лила. — Как в сказке. Значит, здесь и…
— Баба Яга, — догадалаь она вслух.
В животе у неё слегка похолодело. Про Бабу Ягу Лиле рассказывали разные истории: кто‑то говорил, что она ест детей, кто‑то — что помогает храбрым, а кто‑то — что она сторожит границу между мирами. Но все обязательно добавляли: «Страшная, старющая, злющая…»
Избушка наклонилась в её сторону, постучала одной «ногой» по земле и хрипло проговорила:
— Не стой снаружи, девочка. Миры не любят открытых дверей.
Дверь сама собой распахнулась. Изнутри пахнуло травами, дымом от печи и чем-то очень знакомым — тёплым, домашним, как мамина кухня по вечерам.
Лила вздохнула, сжала кулак, чтобы не было так страшно, и шагнула внутрь.
Внутри избушка выглядела совсем не так, как в страшных сказках. Да, в углу стояла большая печь, но возле неё сушились травы, висели пучки лаванды и мяты. На полках вместо черепов были банки с надписями: «Память дождя», «Смех утра», «Отвага для тех, кто сомневается».
За столом сидела женщина. Не старуха с кривым носом, не злая колдунья, а высокая, стройная, с тёмными волосами и глазами цвета ночного неба. На голове — капюшон с вышитыми звёздами, которые будто слегка шевелились.
Она подняла голову и посмотрела на Лилу так внимательно и мягко, как смотрят на тех, кого очень долго ждали.
— Здравствуй, Лила, — сказала женщина. — Наконец‑то ты дошла.
Лила уставилась на неё. В груди всё куда‑то провалилось, потому что в этих глазах… было что‑то до боли знакомое. Как будто она уже тысячу раз видела этот взгляд — когда засыпала, плакала, смеялась, но не могла вспомнить, где именно.
— Ты… ты Баба Яга? — спросила Лила, с трудом проглатывая воздух.
На лице женщины промелькнула тень улыбки.
— Для одних — Баба Яга, для других — Ягиня, для третьих — просто Хранительница, — тихо ответила она. — Для тебя… всё сложнее.
Она встала и подошла ближе. Лила увидела, что возле печи, в углу, стоит ступа, рядом — метла, но у двери висит ещё и знакомый с детства платок с мелкими васильками. Такой был у её мамы, только… Лила точно знала, что платок пропал много лет назад.
— Я пришла узнать, как отсюда выбраться, — упрямо сказала Лила, хотя внутри всё шептало: «Спроси другое. Другое, главное». — Мне домой нужно.
— Дом — это не только то место, где твоя кровать, — улыбнулась женщина. — Иногда дом — там, где знают тебя настоящую.
Лила почувствовала, как к горлу подступает ком.
— А вы… вы меня знаете? — тихо спросила она.
— Я знаю, как ты боишься темноты, но делаешь вид, что нет. — Женщина наклонила голову. — И что каждый раз, когда тебе плохо, ты сжимаешь руками край одеяла вот так… — Она повторила точное движение Лилы, то самое, которое девочка никогда никому не показывала.
Этого не могла знать никакая Баба Яга.
— Кто вы?.. — выдохнула она почти шёпотом.
Хотите знать, какие дальше приключения ждут Лилу и её близких? - жмите «Подписаться»✨👌!
Каждый ваш лайк для канала сказок – как плюс одна звёздочка на ночном небе.
Увидели историю, от которой потеплело на душе? - Поставьте лайк👍 – пусть волшебства в ленте станет больше🙌💫🌈