Осенний парк встретил их хмурым небом и пронизывающим ветром, но для маленькой Лизы этот день всё равно должен был стать праздником — они с мамой наконец-то выбрались на долгожданную прогулку. Девочка сжимала в ладошке поводок, на другом конце которого от нетерпения перебирала лапками её рыжая Ириска, и на её лице появилась улыбка, которая постепенно оттесняла привычную тоску. Мама, увлечённая разговором по телефону с врачом, на минуту отвернулась, и именно в это мгновение всё пошло не по плану.
— Стой! Куда?! Держи её!
Маленькая рыжая собачка, скорее похожая на мягкую игрушку, чем на живое существо, улепётывала от погони со всех лап, отчаянно семеня по лужам и ни разу не оглядываясь. Где-то там, на аллее парка, осталась её маленькая хозяйка, у которой какой-то незнакомый мужчина, резко схватив за поводок, вырвал его из ослабевших от испуга рук и попытался украсть собаку. Девочка закричала, прохожие начали оборачиваться, и кто-то даже бросился на помощь, но Ириску уже было не остановить. Она вцепилась зубами в лодыжку похитителя, после чего рванула прочь, испуганно поскуливая на бегу, но не сбавляя скорости.
Ей было жутко страшно! С самого рождения Ириска не знала ничего, кроме уютного дома, заботливых хозяйских рук и безграничной любви.
Её любили без меры: баловали, носили на руках и не давали прохода. Маленькая хозяйка, которой Ириску подарили на день рождения, больше двух лет мечтала о собственной собаке. Когда ей вручили крошечного щенка, она так разрыдалась от счастья, что ни мать, ни отец долго не могли её успокоить. С этим пришлось справляться самой Ириске. Она принялась слизывать солёную влагу со щёк девочки и недоумённо тявкала.
«Если это настолько невкусно, то зачем же плакать? И вообще, почему люди пускают слёзы?»
Маленькую хозяйку звали Лизой. Именно она придумала кличку для Ириски, наотрез отказалась называть её тем именем, которое значилось в документах с забавным названием — «щенячья карточка».
— Это слишком длинно и сложно, мам! Посмотри, какая она хорошенькая! Настоящая ириска! Такая же рыженькая! Помнишь, бабушка мне такие конфеты привозила?
Тут Лиза снова расплакалась, но уже по-другому. И Ириска на этот раз не залаяла, а просто закружилась вокруг девочки, словно чувствуя, что маленькой хозяйке сейчас невыносимо больно.
Ириска, конечно, не могла знать, что Лизиной бабушки не стало за полгода до того, как в доме появился щенок. Бабушка, которая обожала свою внучку, хотя и не питала особой любви к собакам. Лиза проводила с ней очень много времени, и когда бабушки не стало, девочка замкнулась в себе и почти перестала разговаривать. Она не хотела играть с детьми в садике, часто плакала и даже однажды, когда мама привела её в храм, попросила Бога вернуть ей бабушку.
— Это невозможно, малыш. Но бабушка тебя видит и всегда будет рядом, помогать тебе, — мама тоже не сдерживала слёз, вытирая глаза уголком лёгкого шарфа, накинутого на её пышные кудри, такие же, как у Лизы. — Папа тоже очень скучает по ней.
— Она была его мамой?
— Да. Она была его мамой. И замечательным, добрым человеком. Если бы ты знала, маленькая, как твоя бабушка поддержала меня, когда ушла моя мама... Она всё время была со мной. Нянчилась с тобой, ведь ты тогда была совсем крошкой. Кормила меня с ложечки, представляешь? Я ревела, не могла остановиться, а она вдруг принесла простыню. И говорит: «Вот тебе платочек, как раз такого размера!» А потом обняла меня и пообещала, что никогда не оставит одну. Что бы ни случилось. И я точно знаю: она сдержала бы слово.
— Получается, она не сдержала?
— Ну что ты, Лизонька! Сдержала, конечно! Я знаю, что она всегда со мной. Пока мы помним её — она жива! Твоя бабушка столько нам дала, столько любви оставила после себя, что нам должно хватить надолго. Как же можно говорить, что её нет? Ты ведь знаешь, как она тебя любила?
— Да...
— Ну вот видишь...
Лиза немного успокоилась, но грусть из её глаз так и не ушла. И только когда в доме появилась Ириска, на щеках девочки снова заиграли ямочки, а в детской комнате вновь зазвенел её смех — пока ещё робкий, но уже настоящий.
А потом наступил тот самый день, когда мама Лизы отвлеклась всего на минуту в парке, разговаривая по телефону с врачом. И какой-то человек решил, что Ириска нужна ему больше, чем Лизе. Был ли он вором, промышлявшим кражами собак ради выкупа, или просто бездумным хулиганом, решившим обидеть ребёнка, — теперь это не имело значения. Ириска убежала, а Лиза чуть не сошла с ума от случившегося. Мало того что она до смерти перепугалась, когда незнакомец схватил её за руку и вырвал поводок, — теперь ещё и любимица пропала!
Найти собачку Лиза с мамой и добровольцами, которые вызвались помочь, так и не сумели. До глубокой ночи по району ходили люди и выкрикивали:
— Ириска! Иди сюда, девочка! Пора домой!
Но Ириска их не слышала. Её, мокрую и продрогшую, уже поздним вечером подобрал парень, работавший в кофейне. Он вышел после смены на улицу и чуть не расшибил себе нос, споткнувшись о рыжий комок, который дрожал у дверей заведения.
— Эй, собака! Ты чья такая?
Парень присел на корточки и осторожно протянул руку, но Ириска была слишком измотана и перепугана, чтобы сопротивляться неожиданной ласке.
— Маленькая совсем... Ты же замёрзла! Неудивительно, осень в этом году холодная. Идём-ка со мной!
Он подхватил Ириску и сунул её к себе за пазуху. Под курткой было так тепло, что Ириска даже не сразу поняла, что произошло. Она просто затихла, уткнувшись носом в толстовку спасителя, и не обратила внимания на его слова:
— А где же твои хозяева? Давай поищем?
Откуда ему было знать, что Ириска с перепугу удрала так далеко, что оказалась в соседнем районе города! Побродив немного по улицам, парень осторожно коснулся носа Ириски:
— Холодно. И домой мне пора, мама ждёт. Придётся взять тебя с собой. Не оставлять же на улице! Ничего, не грусти! Мы обязательно найдём твоих хозяев. Только уже другим способом. Подключим технологии! Должна же быть от них какая-то польза, а, собака? — он ускорил шаг. — Единственное, что меня удивляет, — это почему у тебя нет ошейника. Куда он подевался?
Как могла Ириска объяснить, что ошейник, который Лиза никогда не затягивала туго, просто соскользнул с шеи, когда тот страшный человек дёрнул за поводок? Она тогда вообще решила, что он оторвёт ей голову! Поэтому она каким-то невероятным образом вывернулась и бросилась наутёк. Поводок и ошейник так и остались в руках похитителя.
В небольшой полутемной квартире, куда парень принёс Ириску, пахло чем-то тяжёлым: лекарствами, болью и... страхом.
И ещё надеждой. Ириска почувствовала это сразу, как только услышала слабый голос, зовущий её спасителя:
— Денис, это ты?
— Я, мам!
— Хорошо! А то я уже начала волноваться. Что-то сегодня ты задержался...
— Вот причина моей задержки! — Денис, скинув в коридоре кроссовки, прямо в куртке прошёл в комнату и выудил из-за пазухи дрожащую Ириску.
— Где ты взял это чудо?! — тонкая, почти прозрачная рука коснулась головы Ириски. — Какая кроха... Денис, она же вся мокрая! На улице дождь?
— Да, мам. И мне кажется, она сильно замёрзла. Пока я нёс её домой, она почти не двигалась. Сидела тихо и даже нос из-под куртки не высовывала.
— Давай-ка её сюда! — голос женщины неожиданно окреп, и Денис послушался. — Дай какое-нибудь старое полотенце, на нижней полке в моём шкафу есть. И принеси воды, бедняге. Намаялась девочка.
— Почему ты решила, что это девочка?
— А что, не видно, что ли? — её смех был лёгким, почти невесомым. — Жаль, что мы не знаем, как зовут эту красавицу.
— Надеюсь, скоро узнаем.
— Ты что-то придумал?
— Объявления сейчас распечатаю и в интернете размещу, в местных группах. Может, кто-то откликнется. Но сначала мы с тобой нашими делами займёмся.
— Не нужно. Тётя Света приходила. Я обещала, что ты забежишь вечером. У неё там что-то сломалось, надо помочь.
— Без проблем! — Денис накинул на Ириску полотенце и принялся вытирать её мокрую шерсть. — Мам, а почему она нам помогает? Сиделка стоит дорого, а тётя Света денег не берёт.
— Она хорошо знала мою маму. Они дружили. Я тебе расскажу, но только ты ни-ни об этом тёте Свете! Понял? Не хочу, чтобы она на меня обижалась. Но тебе будет полезно знать, что хорошие люди всегда оказываются рядом. Даже если мы их не сразу замечаем.
Ириску снова погладили тонкие пальцы, и тихий голос женщины продолжил свой рассказ:
— Всколыхнула воспоминания эта рыжая девочка... Знаешь, именно из-за такой собачки когда-то и началась дружба между моей мамой и тётей Светой. Странно, правда? Конечно, когда я говорю, что собачка была такой же, я имею в виду только то, что она была маленькой и рыженькой. Эта — породистая, а та была обычной дворняжкой. Мама подобрала её однажды на улице, когда забирала меня из детского сада. Зима, морозы стояли лютые, а я была похожа на колобок в своей цигейковой шубке и с шарфиком, которым мама зачем-то закрывала мне рот. Чтобы холодным воздухом не надышалась, как она говорила. Тогда так все делали. И вот, катимся мы домой. Я на санках, а мама в сапогах на каблуке пытается удержаться и не грохнуться, чтобы не расквасить себе нос. Тогда обувь не покупали, а доставали — по великой удаче. И маме повезло: она раздобыла те самые сапоги. Французские, жутко модные, на высоченном каблуке, но ужасно неудобные! Попробуй в таких по гололёду пробежаться — не обрадуешься. Но она носила. Придумывала какие-то набойки, что-то там колдовала и щеголяла. Красивой хотела быть. В общем, идём мы вот так, и мама всё-таки падает. Прямо возле дома, чудом не приложившись головой о скамейку у подъезда. И что ты думаешь? Видит под скамейкой собачку. А та уже почти замёрзла! Окоченела так, что, когда мама её вытащила, она даже гавкнуть не смогла. И лапками не шевелила. Мама схватила её, меня с санками — и бегом домой! Откуда только силы взялись! Я в тот день впервые раздевалась сама. Мама просто поставила меня посреди прихожей и скомандовала снимать шубку и сапожки. А я даже из шарфика выпутаться не могла. Ныла, канючила, а потом вдруг поняла, что это здорово! Мама до этого после сада мне почти ничего не давала делать. Она так скучала, не видя меня целый день, что возилась со мной, будто с куклой. Одевала, раздевала, кормила чуть ли не с ложки, хотя я уже прекрасно умела есть сама. В саду с нами не церемонились — там вырабатывали нужные навыки. А с появлением собачки в доме мама стала куда спокойнее. Ведь теперь ей нужно было не только меня вечером забрать, но ещё и собаку выгулять.
— Здорово! Я не знал, что бабушка была такой. Меня она приучала к самостоятельности.
— Пересмотрела свои приоритеты.
— А собака? Почему ты говоришь, что благодаря ей бабушка подружилась с тётей Светой?
— Да потому что у нас эта собачка прожила всего ничего. Пару месяцев. А потом мама отдала её тёте Свете.
— Зачем?
— Не зачем, а почему! Была причина. Тётя Света тогда жила со своим первым мужем. А он изменял ей. Не в открытую, но все знали. А когда и Света узнала, муж решил её проучить и дать понять, что не её дело — нос в его «личную жизнь» совать.
— Он её бил?
— Всего раз. Второго она не позволила. Вернее, они с мамой не позволили. Когда это случилось впервые, тётя Света прибежала к маме. Не специально к нам шла — просто мы, как соседи, оказались ближе всех. Постучалась к нам ночью, перепугала всех. Но мама у меня не робкого десятка. Сковородкой её муженька так приложила, что тот даже очухался не сразу, а когда уже наряд приехал. Забрали его. А тётя Света наревелась и рассказала маме всё как есть. Вот тогда-то мама ей собачку и отдала. Сказала, что лучше жить с ней, чем с таким мужем.
— И что тётя Света?
— А что она? На развод подала. Уже собиралась в родной город возвращаться, но её муж как-то вечером с работы не вернулся. Выпил крепко и с моста в речку упал. Сразу не заметили люди, а когда достали, уже поздно было. Вот так бывает, сынок...
— А тётя Света ведь замужем, мам?
— Это её второй муж. Она с ним как раз благодаря Кнопке своей познакомилась. Так собачку звали. Тётя Света вывела её гулять на собачью площадку. Вот там своего второго мужа и встретила. У него был дог, представляешь? Огромная махина. И не поверишь! Нежный, как фиалка. Кнопку обожал. Они спали вместе на одном коврике.
— А тётя Света?
— Она счастлива. Говорит, что только во втором браке поняла, что такое настоящая любовь.
— А ты, мам? Ты сразу поняла, что любишь отца?
— Нет, Денис. Не сразу. Он любил меня, а я позволяла себя любить. А когда поняла, что ближе и дороже у меня человека нет, нам уже было так мало отмерено, что я даже прочувствовать это толком не успела. Папа болел, а я ночами стояла на коленях у его кровати и молила небо оставить его нам. Говорила Богу, что не смогу без любви. Не выдержу!
— Ты и не выдержала...
— Ты про инсульт, сынок? Может, ты и прав... Ничего. Погоди немного! Я встану!
— Я в этом даже не сомневаюсь, мам! — Денис взял на руки пригревшуюся Ириску. — Ужинать пора. Я к тёте Свете сбегаю, а потом поедим. Как думаешь, этому волкодаву можно дать котлету?
— Думаю, эта красавица сейчас и слона бы съела, но не станет.
— Почему?
— Потому что собака, Денис. Она будет скучать по своему хозяину. И нам надо постараться поскорее его найти. Как бы не заболела девочка.
— Я попробую!
Объявление, которое Денис разместил в городских пабликах, не принесло результатов, зато сработал другой способ — он потратил целый вечер на то, чтобы расклеить объявления по району. И уже на следующее утро их увидела Лиза, которую мама привезла в детский центр на день рождения подружки. Идти туда Лиза не хотела, но родители настояли, видя, как сильно девочка тоскует по пропавшей Ириске.
— Мама! Это же она! Моя Ириска! — Лиза, увидев фото своей собаки, закричала так громко, что все прохожие обернулись.
— Похожа... Лиз, давай будем надеяться, что это она, но не расстроимся, если окажется, что это другая собачка?
— Нет, мам! Как ты не понимаешь! Это точно она! Я знаю! Поехали!
— Погоди! Обязательно поедем, но через минуточку. Поздравим именинницу, подарим подарок и извинимся. Так будет правильно. А потом уже поедем. Согласна?
— Да. Только скорее!
Большеглазая кудрявая девчонка, которая влетела в кофейню, чуть не сбив с ног выходивших посетителей, каким-то непостижимым образом безошибочно определила, кто был автором объявления. Хотя, кроме Дениса, в кофейне работали ещё трое, девочка подбежала именно к нему и, подпрыгивая на месте от нетерпения, спросила:
— Это вы нашли мою Ириску?
Денис ничуть не удивился. Он присел на корточки, заглянул в наполненные слезами и надеждой голубые глаза и кивнул:
— Я. С твоей Ириской всё хорошо.
— А где она?
— Дома. С моей мамой.
— А вы отдадите мне Ириску?
— Почему ты спрашиваешь? Это же твоя собака!
— Просто... — Лиза всё-таки не выдержала и разревелась.
А Денис стянул с себя фартук, кивнул напарнику, попросив подменить его, и крепко взял Лизу за руку.
— Идём. Твоя Ириска тебя уже заждалась.
Лиза даже не раздумывала ни минуты. Только оглянулась на маму и помахала ей рукой, зовя за собой.
Войдя в квартиру Дениса, Лиза, так же, как когда-то Ириска, сразу поняла: в этом доме всё не просто.
— Мам, я не один!
Денис не успел ничего больше сказать. В коридор вылетела Ириска, и Лиза упала на колени:
— Ириска! Девочка моя!
Обнимая свою любимицу, она подняла глаза на женщину в кресле и, немного придя в себя, тихо спросила:
— А вы... вы та самая мама Дениса?
— Я, милая, я, — Евгения улыбнулась, глядя на эту трогательную картину.
Лиза заглянула в комнату, перевела взгляд на свою маму и добавила, уже обращаясь к ней:
— Мам, а мой папа — доктор. Хороший доктор.
Евгения и Денис переглянулись, и в этой короткой детской фразе вдруг зародилась та самая надежда, которая ещё полгода назад казалась им такой недосягаемой.
У тёти Светы за это время тоже появилась новая собака — они назвали её Клепой, и та стала лучшей подругой Ириски.
А спустя год по дорожке парка осторожно ступала женщина, которую поддерживал под локоть молодой высокий парень:
— Мам, осторожнее!
— Ох, Денис, ну хватит! Я же не хрустальная! Иди лучше с Клепой поиграй! А то сидит целый день дома. Хоть побегаете!
— Она в субботу с Лизой и Ириской побегает. А я тебя целый день не видел!
— Было бы на что смотреть! — Евгения рассмеялась и сама взяла сына под руку. — Вот поставит меня Лизин отец на ноги окончательно, тогда и будешь любоваться.
— Мам, а тебе не кажется это странным?
— Что, сынок?
— Ну, то, что Ириска попала именно к нам? То, что Лизин отец оказался врачом и так помог тебе? То, что мы теперь общаемся с этой семьёй и они нам уже как родные.
— Нет, Денис. Не кажется. Судьба порой и не такие чудеса людям дарит. У неё не бывает случайностей — только закономерности. Главное — не пройти мимо своего чуда. Разглядеть его, взять в ладони и отдать тому, кому это чудо нужно так же, как и тебе самому.
— Думаешь?
— Знаю.