Мы мечтали об этой поездке восемь месяцев. Собирали деньги, листали фотографии вилл в интернетах, смотрели ролики про закаты над рисовыми полями. Бали казался нам раем на земле. Он им и оказался — только с дьяволом в балаклаве.
Тот вечер начинался идеально. Мы вчетвером вернулись с пляжа около половины восьмого — солёные, счастливые, слегка обгоревшие. Солнце уже село, поэтому было темно. На море был штиль, волны шли низкие и тёплые, и мы задержались дольше, чем планировали, — просто не хотелось уходить. Вилла встретила нас тишиной, запахом франжипани и светом, который мы, уходя, забыли выключить в гостиной на первом этаже.
Двухэтажный дом с частным бассейном — такой, о каком пишут в рекламных буклетах. Деревянные ставни, плетёные кресла-качалки на террасе, маленький сад с бамбуком по периметру забора. Мы арендовали его на десять дней: по меркам балийской аренды — вполне приличное место, не самый дешёвый вариант.
Спальни находились на втором этаже. Рюкзаки, чемоданы, ноутбуки, документы, наличные — там, наверху. Мы же спустились на первый: Серёжа взялся жарить рис с овощами, Катя нарезала манго, я открыл бутылку Bintang. Через открытые окна тянул вечерний ветер. Снаружи стрекотали цикады.
«Слушайте, там кто-то у бассейна»
Первым заметил Рома. Он сидел ближе к стеклянной двери, выходящей на террасу с бассейном, и вдруг замолчал на полуслове — просто уставился куда-то за стекло. Мы все обернулись.
У дальнего края бассейна стоял мужчина. Невысокий, в тёмной одежде, он стоял совершенно неподвижно и смотрел в нашу сторону. Первая мысль у всех нас была одинаковой — персонал. На многих балийских виллах есть садовники, уборщики, охранники, которые приходят в любое время без предупреждения. Это норма. Никто особо не обеспокоился.
Рома встал, вышел на террасу и сказал «Halo» — стандартное балийское приветствие. Дружелюбно, как к соседу через забор.
Мужчина среагировал немедленно. Не ответил, не объяснился, не убежал трусцой — он рванул. С места в карьер, как будто его ударило током. Пролетел через узкий газон, оттолкнулся ногами от каменного забора и перемахнул через него так легко, словно делал это каждый день. Потому что, скорее всего, делал.
Рома застыл посреди террасы с открытым ртом.
И в этот момент со второго этажа раздался звук.
Не крик, не стук — именно звук. Короткий, тяжёлый удар о землю снаружи виллы. Как будто что-то большое и мягкое упало с высоты. Мы все посмотрели вверх — на потолок гостиной, под которым находились наши спальни, — и сразу всё поняли.
Они были наверху всё это время
Пока мы готовили ужин и делились впечатлениями о проведенном дне в гостинуй — они уже были на втором этаже и шерстили по нашим чемоданам.
Второй грабитель выпрыгнул из окна спальни прямо за периметр виллы. Мы потом посчитали: примерно два с половиной метра до земли снаружи, через кусты. Он приземлился и исчез в темноте раньше, чем мы успели добежать до лестницы.
На второй этаж мы поднимались медленно — честно говоря, не очень понимая, что там найдём и не остался ли кто-то третий. Я толкнул дверь своей спальни.
Чемодан был открыт и перевёрнут. Вещи лежали везде — на кровати, на полу, в углу у окна. Джинсы, футболки, зарядки — всё разбросано по комнате методично и быстро, как умеет только человек, который точно знает, что ищет. Они проверяли каждый карман, каждый внутренний отдел, каждую подкладку. Матрас был сдвинут. Тумбочка открыта и опустошена. Даже подушки — подушки! — лежали не там, где я их оставил утром.
В комнате Ромы и Серёжи картина была такая же. Хуже даже: там стояли два чемодана, и оба были выпотрошены с хирургической точностью.
Что они взяли — и что не нашли
Итог оказался неприятным, но не катастрофическим — по меркам ситуации. У Серёжи пропал ноутбук. У Ромы — тоже. Оба стояли на столах в спальнях, оба исчезли. У Кати забрали 800 долларов — она хранила их в косметичке во внешнем кармане чемодана, что, как выяснилось, почти то же самое, что положить наличные на подоконник.
Мои деньги — около 200 долларов — они не нашли.
Я прячу наличные так с тех пор, как один раз потерял кошелёк в аэропорту. Пакет с грязным бельём, туда — несколько пар носков, давно просящих на выброс. Деньги — в один из носков, плотно свёрнутый. Запах там стоял такой, что сам я нос воротил, когда открывал сумку. Грабители, видимо, тоже побрезговали копаться в этой куче. Или просто не успели.
Ноутбуки жалко. Деньги жалко. Но больше всего давило ощущение, которое трудно описать словами: они были здесь. В наших вещах. Трогали всё, что нам принадлежит. Пока мы смеялись внизу и нарезали манго.
Хозяин виллы, камеры и балийская философия «ничего не поделать»
Хозяин приехал примерно через сорок минут. Спокойный балийский мужчина лет пятидесяти, в мягких домашних тапочках, с телефоном в руке. Он выслушал нас, покачал головой с видом человека, которому это рассказывают не в первый раз. И не в десятый.
«Это здесь случается», — сказал он. — «Они знают, что туристы возвращаются с пляжа вечером. Знают, что ценности наверху».
Мы спросили про полицию. Он помолчал секунду. «Полиция... не очень быстрая здесь. Можно подать заявление, но они вряд ли найдут».
Единственное, что он реально сделал — прислал нам фотографии с камер видеонаблюдения. Четыре кадра, зернистые, зеленоватые, в стиле девяностых. На них хорошо видны двое: как они перелезают через забор, как один стоит у бассейна, как второй двигается вдоль дома. На обоих — балаклавы. Лиц нет. Совсем. Ни угла, ни ракурса, на котором можно было бы различить хоть что-то.
Он извинился. Предложил скидку на следующую ночь. Мы вежливо отказались.
Что осталось после
Формально отпуск продолжился. Мы ещё пять дней ездили на мотоциклах, ходили на рисовые террасы Тегалаланг, видели храм Улуватту над обрывом. Бали действительно красив — с этим не поспоришь.
Но что-то сломалось. Возвращаясь на виллу каждый вечер, мы первым делом поднимались на второй этаж и проверяли комнаты. Засыпали с телефонами под подушкой. Рома купил маленький замок и вешал его на ручку двери изнутри — ложась спать. Серёжа перестал брать с собой наличные вообще и ходил в магазин с картой, хотя половина мест карт не принимает.
Это не страх в привычном смысле. Это постоянное фоновое напряжение, от которого невозможно отдохнуть. А отпуск — он же про то, чтобы расслабиться.
Стоит ли ехать?
Мы все четверо до сих пор спорим об этом. Бали — невероятное место. Храмы, джунгли, серфинг, рис с курицей за два доллара у придорожной варунги. Люди — добродушные, медленные, улыбчивые.
Но туристическая инфраструктура здесь устроена так, что вы всегда немного на виду. Все знают, что вы приехали на неделю, что у вас с собой техника и наличные, что днём вас дома нет. Это не паранойя — это просто местная реальность, которую вам никто не расскажет в туристическом агентстве.
Прячьте деньги туда, куда никто не полезет. Забудьте про сейф - его спилят и унесут в первую очередь. Проявите фантазию. Пусть это будет самый грязный носок в вашем чемодане.
И помните: местная полиция работает на своей скорости. Красивые кадры с камер видеонаблюдения останутся у вас в телефоне навсегда — как память о том, как двое незнакомцев в балаклавах перевернули ваш отпуск вверх дном и растворились в балийской ночи.