В России хотят усилить работу на базе гибкого управления факторами медицинских рисков
На полях ПМЭФ-2026 участники сессии «Прагматичный подход в здоровьесбережении: лучшие российские и зарубежные практики работы с профилактикой» обсудили мировой и российский опыт в области модификации рисков. Эксперты сошлись во мнении, что фундаментом этой работы должны стать совместные усилия, где профилактика станет отправной точкой в здоровьесбережении нации.
«В конце 2025 года президент РФ Владимир Путин подписал указ № 896 «О стратегии развития здравоохранения до 2030 года, — говорит директор Ассоциации медицинских специалистов по модификации рисков (АМСМР) Александр Розанов. — Ключевой фокус новой стратегии — профилактика хронических заболеваний, которая во многом зависит от образа жизни и вредных привычек. Одними запретительными мерами проблему нездорового поведения не решить: нужны «умные», комплексные подходы, основанные на прагматичной модели здоровьесбережения».
По данным заместителя руководителя Правительства России Татьяны Голиковой, общая выявляемость заболеваемости в 2025 году выросла на 3%. «Сегодня только более 11% россиян ведут ЗОЖ, при этом, по данным ВЦИОМ, 88% опрошенных уверены, что являются его строгими приверженцами», — говорит она. Но ЗОЖ — это сложная система, которая должна прививаться с детства. И если специалист работает с человеком, давно ведущим нездоровый образ жизни, то имеет смысл подобрать персональные решения для каждого из факторов риска и модифицировать их, отмечает Розанов.
«По данным Финансового университета при Правительстве РФ, ежегодно из-за преждевременной смертности населения Россия теряет до 24 трлн рублей — это в 3 раза больше бюджета на здравоохранение», — рассказывает директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Лариса Попович. Как сообщила эксперт, менее 10% граждан не имеют ни одного из 5 базовых факторов риска: курения, избыточного потребления алкоголя, лишнего веса, гипертонии и гиподинамии. Их распространенность растет, при этом изменение образа жизни людей — это очень сложная задача, хотя изменение их распространенности всего лишь на 10% могло бы принести выгоду российской экономике до 1,7 трлн рублей. «Нам нужны лучшие практики гибкого регулирования. Нельзя заниматься только запретами — это не работает, особенно в молодой среде. Необходимо искать инструменты, которые позволят хотя бы частично снижать распространенность факторов риска и уменьшать ущерб для здоровья», — говорит Попович.
Особое место среди факторов риска занимает курение как крайне агрессивный фактор риска развития хронических неинфекционных заболеваний. Распространенность курения снижается, однако, остается значительное число курильщиков, не мотивированных на отказ, для которых запретительные меры неэффективны.
«По поручению правительства мы проводили исследование в Казанском федеральном университете, посвященное переходу взрослых курильщиков с обычных сигарет на сертифицированные системы нагревания табака, — рассказывает директор Института фундаментальной медицины и биологии Казанского федерального университета Андрей Киясов. — Полученные результаты показали значительное снижение воздействия ряда токсичных и канцерогенных веществ у тех, кто использовал нагреваемый табак, по сравнению с традиционным курением». Такие инструменты могут подойти людям с высокой степенью зависимости, когда другие методы не работают. При этом эксперты подчеркнули: если речь идет о контрафактной несертифицированной продукции и несовершеннолетних — запреты должны быть максимально жесткими. В то же время важно предоставить возможность тем, кто не может избавиться от вредной привычки, модифицировать риск.
Подобные инструменты снижения вреда являются важной частью прагматичного подхода в здравоохранении и должны распространяться на все факторы риска, уверены эксперты.