Упругие злые капли дождя били по стеклу. Где-то вдали были слышны глухие раскаты грома, а зигзаги ярких вспышек молнии периодически освещали помещение, в котором находилась Дина.
Она устала сидеть на холодном бетонном полу и стучать зубами от того, что промёрзла до самых костей.
Ещё недавно в маленькое окошко светила жёлтая луна, а сейчас, по всей видимости, погода резко испортилась.
Голова Дины раскалывалась от всех этих мыслей. Хоть бы Артур избавил её от Ковалёва.
Она не может больше выносить его присутствие в своей жизни. Ей было страшно подумать о том, что Сармат проиграет, и она до конца своей жизни будет вынуждена жить в этой золотой клетке под неусыпным надзором Германа.
Она имела представление о том, как именно он превратит её жизнь в ад.
Тонкий слух Дины сквозь шум в голове уловил еле слышные шаги. Кто-то идёт сюда!
Сердце Дины стало отбивать гулкие удары в такт приближающимся шагам. Девушка мгновенно покрылась холодной испариной.
Хоть бы это был Артур! Зажмурившись, Дина ждала. Секунда, две, три!...
— Крошка моя, ты здесь? — проворковал пьяный вдрызг ... Герман. Щёлкнув зажигалкой, он осветил пространство вокруг и, заметив Дину, сжавшуюся в углу, медленно стал приближаться к ней.
— Не подходи ко мне! — крикнула девушка, резко вскочив на ноги. Голова тут же закружилась, к горлу подступила тошнота. Видимо, перенервничала сильно, пока сидела взаперти.
Но что с Артуром? Раз Герман здесь, то они ... Они проиграли?
— Не бойся меня, козочка моя. Это я твой законный муж — ласково произнёс Ковалёв и, перехватив собравшуюся было проскочить мимо него Дину за талию, крепко прижал её к себе.
Его глаза блестели, зубы белели в полумраке кладовой.
— Куда же ты бежишь, дорогая? Не к кому больше тебе бежать и некуда. Я устранил проблему, которая мешала мне спокойно спать по ночам. А вот то, что ты к этой проблеме имеешь непосредственное отношение, меня очень сильно огорчило. Но ничего. И это решаемо. Готов простить тебя, любовь моя, если ты ...
— Ненавижу тебя! — Дина плюнула Герману прямо в лицо и, уперев ладони в его грудь, коленкой поддала ему чуть ниже.
Хватка ослабла, и девушка смогла отскочить в сторону.
— **** — яростно прошипел Герман, согнувшись пополам. Гримасса боли исказила его лицо.
— Ненавижу — громко повторила Дина. Она была уже возле двери, собираясь вырваться из тягостного мрака ледяного холода на свободу.
Зубами и когтями она намерена была выбраться из этого плена. Неважно куда, как и к кому. Раз Сармата нет, то и её не будет. Вопрос времени.
Её не будет. Но не от рук гнусного Германа Ковалёва. Она сама решит, как ей исчезнуть.
Грудь Дины сдавливало от подступающих рыданий. Она не могла пока до конца осознать, что Артура больше нет.
Ведь Герман явно дал понять, что избавился от него.
— Дина Георгиевна, куда же вы?
Виталик Колобок крепко схватил девушку за руку. Будто железными тисками перетянуло запястье Дины.
— Пусти — прорычала она, чувствуя, что стены начинают с бешеной скоростью вращаться вокруг неё, а лицо Виталика расплывается в какое-то непонятное пятно.
— Давай её в спальню — Герман с искажённым от ярости лицом запирал дверь кладовой и, развернувшись, было собрался отравиться следом за Виталиком. Тот подхватил Дину, потерявшую сознание, на руки, намереваясь немедленно исполнить приказ хозяина.
Внутри у него не было жалости. Он просто выполнял свою работу. И за неё ему хорошо платили. Так хорошо, что любое проявление сочувствия он подавлял в зародыше.
Сорвав с шеи галстук, пиджак, отшвырнув в сторону и закатав рукава рубашки, Герман собирался преподать юной дурочке такой урок, что она на всю оставшуюся жизнь запомнит.
На кого посмела взбрыкнуть? На него! Да он её пришлёпнуть должен был в тот же день, когда узнал, кто она на самом деле такая.
Кретинка.
— На кровать. Руки свяжи — коротко отдал следующий приказ Герман.
Девка от страха даже сознание потеряла либо притворяется. Сейчас, сейчас он ей покажет.
Наполнив стакан до краёв, Герман тут же опрокинул его содержимое внутрь.
Желудок нещадно обжгло крепким напитком. Разобрал кашель.
— Иди теперь, я сам тут дальше разберусь с ней — просипел Герман, прокашлявшись. Он достал из позолоченного портсигара папиросу и прикурил.
По комнате поплыл чуть сладковатый приторный аромат.
— Шеф, если что, я на стрёме — Виталик с сомнением бросил взгляд на Дину, которая начала приходить в себя. Что с ней будет? Зря она быковать начала. С Ковалёвым если по-нормальному, то он не обидит.
— Вали отсюда — повторил Герман расслабленно. Он пристально наблюдал за девушкой, упиваясь её страхом.
Дина окончательно пришла в сознание и распахнула глаза. Руки её были крепко-накрепко связаны. Что этот ненормальный задумал?
Дверь за Виталиком захлопнулась, и в комнате воцарилась тишина.
— Что? Страшно? — притворно-тихим голосом спросил Герман.
— Нет. Мне уже нечего бояться — с вызовом ответила Дина. Герман на это лишь издевательски расхохотался. Всё его поведение, движения стали какими-то неадекватными.
— Каждый чего-то боится. Бесстрашных не существует, дорогая, к твоему сведению. Ты сейчас просто блефуешь, чем очень меня смешишь.
Герман замер возле кровати. Его взгляд стал холодным и каким-то жутким, пугающим. Дина ещё ни разу его таким не видела.
— Сейчас я буду тебя наказывать, любовь моя, и учить правильному поведению перед своим законным мужем. Теперь я твой хозяин. Сармат, идиот, раз пустил тебя прямо в моё логово.
Дина будто дышать перестала. Скорее бы закончилась эта пытка. Ей казалось, что стоит Герману только дотронуться до неё, как её сердце просто перестанет биться.
— Герман Юрьевич! — громко постучала в дверь Мария Филипповна — вас к телефону. Артур Смолин. Просил вас позвать как можно скорее. Срочное что-то у него.
Ковалёв выругался сквозь зубы и, опалив Дину яростным взглядом, зло произнёс:
— Наказание откладывается, но ненадолго. Скоро я вернусь к тебе, и больше никто не посмеет меня отвлечь. Жди.
Влажные липкие губы Ковалёва скользнули по пересохшим губам Дины. Её чуть не стошнило от его мерзкого поцелуя.
«Хоть бы ты не вернулся!» — мысленно пронеслось у неё в голове.
Потянулись томительные минуты ожидания ...
Продолжение следует
Автор: Ирина Шестакова