В российский прокат выходит «Колония» — новый корейский зомби-хоррор от режиссера «Поезда в Пусан» Ён Сан-хо. По сюжету группа людей оказывается заперта в торговом центре посреди полчища медленно эволюционирующих мертвецов. Влад Шуравин поговорил с режиссером о моллах, ИИ и страхе перед тем, что люди станут одинаковыми.
— Начнем с очевидного вопроса: как вы пришли к идее эволюционирующих зомби?
— Зомби-фильмы всегда так или иначе отражали социальные проблемы — вспомнить ту же «Ночь живых мертвецов». Мы вместе с соавтором сценария Чхве Гю-соком подумали: что если взять современное общество, где у всех людей ярко выражена индивидуальность, и столкнуть его с армией зомби, у которых появился коллективный разум? Так и родился сюжет «Колонии».
— Вы снова привлекли для съемок танцора Чон Ёна. Какое задание вы дали ему для движений зомби? В фильме их хореография не такая, как мы привыкли обычно видеть в хоррорах.
— Чон Ён как хореограф уже работал со мной и над «Поездом в Пусан», и над «Полуостровом». Но в случае двух этих историй у него были совершенно разные задачи. В «Поезде в Пусан» мы хотели подчеркнуть индивидуальность движений каждого зомби, поэтому звали танцоров разных стилей, даже брейк-дансеров. А вот при создании «Колонии» все было иначе.
Мы работали с тремя современными танцевальными коллективами. Запрос был такой: у всех зомби одна цель, но это не значит, что они одинаково двигаются.
В пример я привел десять пальцев, которые играют на фортепиано: они вроде бы исполняют одну мелодию, но динамика совершенно разная.
— Торговый центр, где разворачивается действие, — это реальная локация?
— Изначально я хотел снимать в действующем торговом центре. Но из-за особенностей зомби вроде белой жидкости, которую они распыляют по зданию, было невозможно работать на объекте. Поэтому специально для фильма мы построили павильоны.
— Серьезно? А выглядит как настоящий ТЦ. Поразительная работа художественного отдела!
— Да, художники отлично поработали, спасибо! Самым сложным для нас было наполнить магазины разными товарами. Мы же все-таки снимаем кино в торговом центре, так что окружение должно выглядеть естественно. Многие компании все-таки пошли нам навстречу и предоставили свою продукцию, чтобы мы ей заполнили прилавки.
— Образ торгового центра — это ведь тоже про стандартизацию и глобализацию. Потому что для меня ваш корейский молл казался пугающе родным.
— Верно. Каждый раз, когда я бываю за границей и захожу в торговые центры, мне кажется, что я перенесся в молл со своего района. Странное ощущение.
— Расскажите о своей работе с Чхве Гю-соком. Как образовался ваш тандем? Ведь до этого все свои фильмы вы писали в одиночку, а теперь в дуэте.
— Мы дружим с университетской скамьи! По сути, это наш второй полноценный совместный проект — первым был «Зов ада». И, кстати говоря, он тоже на похожую тему, религиозную. Через две эти истории мы хотели показать опасности, которые угрожают нашему обществу. Риск, что человечество станет ординарным и предсказуемыми. Что люди начнут вырезать из себя свою же личность, которая делает их такими уникальными и неповторимыми.
— Вы сказали о религиозности. Это интересно, потому что не только «Зов ада» и «Колония», но и другие ваши фильмы на самом деле в основном о вере.
— Да, это так. В последнее время люди отходят от великой общей идеологии, как это было раньше. Теперь у каждого своя идеология, своя религия. Об этом, кстати, я рассказываю в другом своем фильме, он называется «Откровение» и вышел на Netflix.
— «Поезд в Пусан» вышел 10 лет назад. Кажется, что «Колония» — это способ вернуться к той же истории, но уже с другой перспективы. Что изменилось?
— Не думаю, что я сам как-то сильно изменился, зато мир точно стал другим. Давайте вспомним «Поезд в Пусан»: с помощью образа скоростного локомотива я показывал, по сути, одну из движущих сил капиталистической Кореи. Это было кино о страхах времени.
В «Колонии» мы хотели уже через зомби показать реалии 2020-х — от ИИ до социальных сетей. Благодаря этим новшествам информация передается с огромной скоростью, и именно благодаря этим же новшествам она у всех одинаковая.
Десять лет назад такой динамики не было. А сегодня мы не знаем, что нас ждет через пять лет. И, наверное, это потенциально главный страх современного человека — жить с ощущением, что ты даже не представляешь, что будет завтра утром.
— О страхах понял, теперь давайте о героях. Я был удивлен, когда пересмотрел ваши фильмы и осознал, как много мрака во всех персонажах, даже в героине «Колонии». Откуда любовь к таким угловатым протагонистам?
— Наверное, эти герои могут выглядеть сложными, но только потому, что выражают страхи, желания и недостатки других людей, которые остальные боятся выражать. Мне банально интересно наблюдать за персонажами, которые ведут себя не как принято, не прячут свои эмоции, ведь в них можно увидеть свое отражение. И тем самым герои, какими бы противоречивыми они ни были, вызывают сочувствие.
— Вас называют отцом K-зомби. Помогает ли этот образ, этот ярлык или мешает?
— «Поезд в Пусан», конечно, моя самая известная работа. Но есть много людей, которые помнят, например, «Короля свиней» — первую корейскую анимацию в Каннах. Мне приятно, когда обо мне вспоминают по любой моей картине. Хотя, буду честен, любому художнику хочется ассоциироваться не с одним его творением, а со многими.
— Справедливости ради у вас в резюме полно самых разных картин. От детектива и хоррора до драмы и супергеройской комедии. Чего не хватает для бинго?
— Мне очень интересна научная фантастика! В конце этого года ждите новостей о моей новой работе Paradise Lost. Проект малобюджетный, но, мне кажется, очень интересный.
— Вы ведь пробовали себя не только в разных жанрах, но и в форматах. Снимали сериалы и фильмы, делали анимацию, рисовали вебтуны. Что дальше?
— Логическим продолжением «Колонии» будет видеоигра, но об этом вы узнаете чуть позже. Мне очень нравится кино, но это формат для более узкой прослойки людей. А вот формат вебтуна, наоборот, кажется самым демократичным. Вы можете в кратчайшие сроки создать историю и привлечь к ней максимум аудитории.
— Мы с вами много говорим про разные медиа. Пользуетесь ли вы сами ИИ?
— Нейросети всегда приводят к ординарным, усредненным заключениям, поэтому особой нужды у меня в них нет. В университете я изучал западное искусство, и моими любимыми работами были реди-мейды Марселя Дюшана. Знаете почему? По сути, вы наделяете вещи именами. Такой индивидуальности я и жду от искусства.
— К слову, об индивидуальности. Не хочу просить раскладывать «Колонию» на смыслы, но какую бы эмоцию вы хотели этим фильмом передать зрителю?
— Всего одну? Эта картина посвящена одиночкам. Поэтому я хочу, чтобы все аутсайдеры и одиночки после просмотра почувствовали, что у них всё впереди, они свое покажут.
Купите билеты на этот фильм на Кинопоискеatomic:embed 0
Вернем до 30% баллами Плюса за покупку билетов с Яндекс Пэй. Акция до 31.12.26, условия.
Автор: Влад Шуравин (@vladshuravin)
Фото: Gareth Cattermole / Getty Images for IMDb