Когда Дональд Трамп возвращался в Белый дом, многие были уверены, что по вопросам Ирана внутри новой администрации споров не будет. Ошиблись.
Сейчас самые жёсткие претензии к готовящемуся соглашению с Тегераном звучат вовсе не из Конгресса и не от европейских союзников. Недовольство растёт внутри самой администрации.
По данным американских источников, против сделки выступают госсекретарь Марко Рубио, министр обороны Пит Хегсет и директор ЦРУ Джон Рэтклифф. Компания для любого компромисса с Ираном, прямо скажем, не самая удобная.
Именно эти люди долгие годы представляли в Вашингтоне лагерь сторонников максимально жёсткой линии в отношении Тегерана. Теперь им предлагают поддержать соглашение, предусматривающее смягчение санкций, разморозку иранских активов и выплату репараций на сумму 300 миллиардов долларов.
Для многих американских политиков такая цена выглядит слишком высокой.
Сторонники сделки отвечают, что альтернатива может оказаться ещё дороже. Главными лоббистами переговорного процесса считаются вице-президент Джей Ди Вэнс и спецпредставитель Стив Уиткофф. Они делают ставку на снижение напряжённости вокруг Ирана и рассчитывают, что договорённости помогут стабилизировать ситуацию в регионе.
Но именно они первыми окажутся под ударом, если соглашение начнёт трещать по швам.
Отдельный спор вызывает Ормузский пролив. Его открытие считается одним из ключевых результатов переговоров. Однако критики сделки уверены, что Вашингтон слишком много отдаёт заранее, получая взамен лишь обещания продолжить диалог по ядерной программе.
В эту дискуссию неожиданно включился и Барак Обама.
Бывший президент заявил, что нынешние договорённости напоминают соглашение 2015 года. Для демократов это комплимент. Для Трампа — скорее раздражитель. Слишком уж много лет он потратил на критику той самой сделки, чтобы теперь спокойно выслушивать подобные сравнения.
Скептически настроены и некоторые европейские союзники США. В частности, без особого энтузиазма в Европе встретили предложения Вашингтона подключиться к вопросам безопасности судоходства в Ормузском проливе.
При этом главный риск для Белого дома находится вовсе не за пределами страны.
Если цены на топливо действительно снизятся, администрация сможет записать это себе в актив. Если же Иран воспользуется соглашением для затягивания переговоров, оппоненты Трампа быстро напомнят, кто именно подписал документ.
Поэтому борьба вокруг сделки только начинается.
Переговоры с Тегераном, возможно, подходят к финалу. А вот политическая война вокруг них в Вашингтоне — наоборот, только набирает обороты.