Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Степан Каширин."Окно в детство".(30x40см.) холст, масло.

Таким был вид из окна нашей кухни в 1980-м году. О картине "Окно в детство".
Cмотрю на картину и не думаю о том, что её написал я, ощущение словно сижу дома на кухне, вижу кусочек родного крыльца. За забором вдалеке мой детский сад № 409. Его не видно из-за деревьев, но детские голоса как будто слышны. Кажется, что открою сейчас форточку и в кухню польётся холодный осенний воздух, такой какой есть только в нашем районе.
Всё, что изображено на данной картине, теперь осталось только в памяти и на холсте. Дом сломали, деревья срубили, равно как и забор с сеткой. Теперь эта работа - не просто история моей жизни, но и часть истории района.
Как я уже написал выше, это вид из окна нашей кухни. Все времена года показывало мне вот это окно, ощущение было всегда, что живёшь в частном доме, потому, что под окнами не было дорог и людей, всё было обнесено забором и высокой трёхметровой сеткой. Можно сравнить с дачей или своей усадьбой. С обратной стороны дома было восемь подъездов, а с этой, с наше

Таким был вид из окна нашей кухни в 1980-м году.

О картине "Окно в детство".
Cмотрю на картину и не думаю о том, что её написал я, ощущение словно сижу дома на кухне, вижу кусочек родного крыльца. За забором вдалеке мой детский сад № 409. Его не видно из-за деревьев, но детские голоса как будто слышны. Кажется, что открою сейчас форточку и в кухню польётся холодный осенний воздух, такой какой есть только в нашем районе.
Всё, что изображено на данной картине, теперь осталось только в памяти и на холсте. Дом сломали, деревья срубили, равно как и забор с сеткой. Теперь эта работа - не просто история моей жизни, но и часть истории района.
Как я уже написал выше, это вид из окна нашей кухни. Все времена года показывало мне вот это окно, ощущение было всегда, что живёшь в частном доме, потому, что под окнами не было дорог и людей, всё было обнесено забором и высокой трёхметровой сеткой. Можно сравнить с дачей или своей усадьбой. С обратной стороны дома было восемь подъездов, а с этой, с нашей стороны, только один подъезд, но был он закрытый, а ключи от дверей были только у нас. Это облагороженный запасной выход.
Я по сути рос на природе и всё, что прилетало и приходило из Рублёвского леса, всё это я видел под окнами своими глазами. Сколько было птиц и зверей, а так же земляники, лисичек и белых грибов, валуи и дождевики я увидел впервые в жизни в пяти метрах от своего дома, мухоморы росли в трёх метрах от нашего дома. Для ребёнка это было счастьем.
Для меня это самое дорогое место в мире. Картина как машина времени, как будто время остановилось. Осенью опадали все листья, шумели холодные дожди, а поскольку мы жили тут на первом этаже, то я не просто природу видел, но и хорошо слышал. Ночью за окном шумел ливень и пахло опавшими листьями (их под окном было очень много). Поэтому я и люблю осень больше всего. Всегда ассоциации с детством. Холод, дожди, запах мокрой листвы. До сих пор, когда закрываю глаза, всё это вижу, словно видел и чувствовал вчера и прошло лишь несколько часов, а ведь прошёл уже 41 год!
Что касается самой картины, то скажу откровенно, натуры не было, так-как фотографии тех лет полностью отсутствуют, поэтому написано тут всё только по памяти, а помню я каждую деталь, каждую веточку и каждую травинку.
Очень скучаю по дому и Родине, но прошлого не вернуть, единственный способ приехать домой это изобразить маслом всё так как в детстве видел своими глазами. Так вот и родилась эта картина.
Москва, улица Академика Павлова, мой родной дом №40.