Глава 6
Глава 7
— Кто ты? — дрожащий голос выдал смятение и страх.
Кот прикрыл глаза, будто обдумывал, достоин ли этот человек ответа, а потом распахнул их во всю ширь, обдав Марка золотым огнём.
— Я тот, кто управляет тобой, — заговорил он низким, обволакивающим голосом. Звуки заструились, как дорогой китайский шёлк, мягко и чуть мурлычуще.
Марк упрямо мотнул головой: — Мной никто не управляет. Я сам по себе.
— Правда? — кошачий нос дрогнул. — Тогда почему ты здесь? Почему ноги привели тебя в мой сад, когда ты должен спать на постоялом дворе? И почему ты сжимаешь в руке вещь, которая ведёт тебя, как пса на поводке?
Марк открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле.
— Ты думаешь, что ты хозяин своей судьбы, но ты гость в чужом мире, в чужом времени. Ты и сам это знаешь, просто не хочешь признать.
Шкатулка резко дёрнулась, вырвалась из руки и перелетела точно под лапу коту. Крышка слегка приоткрылась, оттуда вновь вырвался красный луч, упал на белый песок, дрогнул и побежал.
— Что за… — начал Марк, но луч уже метнулся в сторону, за камень, под сосну и вылетел с другой стороны. Марк сорвался с места, бросился за ним, споткнулся о корень, едва не упав, но луч уже нырял между камнями, огибал бонсай, вился по песку. Марк бежал за ним, тяжело дыша, и путаясь в собственном кимоно -- как щенок за лазерной указкой.
Два роскошных пушистых хвоста затеяли между собой причудливый танец, розовый нос сморщился от удовольствия, белоснежная лапа едва касалась шкатулки -- кот забавлялся. Он смотрел, как человек мечется по его саду, как пот заливает ему глаза, как он хватает ртом воздух, пытаясь догнать неуловимый огонёк.
— Видишь, — мурлыкнул он, когда Марк, обессиленный, рухнул на колени. — Ты думал, что управляешь собой, а ты — игрушка, просто игрушка. Я могу сделать с тобой всё что угодно, например, лишить тебя тени.
-- Зачем?
-- Потому что без тени ты запутаешься в своих сомнениях и не сможешь отличить правду от лжи. А ещё потому, что это позабавит меня.
Марк заозирался вокруг в поисках своего силуэта на песке, но не нашёл.
— Иди сюда, — вздохнул кот. — Садись и слушай. И не вздумай перебивать, а то превращу тебя в мышь.
На дрожащих ногах Марк дошёл до лежащего напротив лежанки камня и устроился на нём.
— Ты спросил кто я? Я расскажу, чтобы ты понял, почему ты здесь.
Золотые глаза поднялись к небу, где над кронами сосен разливался лунный свет, и голос полился неторопливо и плавно, как течение реки.
— Вначале не было ничего — только тьма и пустота, а потом небо отделилось от земли, и между ними осталась граница, место, где ни один из миров не имеет власти. Его нужно было охранять, чтобы ни один из миров не уничтожил другой.
Я родился пятьсот лет назад. Моя мать была смертной девушкой по имени Кагуя. Она была дочерью простого дровосека, но Бэндзайтэн – богиня счастья и любви наделила её неземной красотой — её кожа была белоснежной и гладкой, как лист лотоса, а волосы струились до пят, как самый драгоценный шёлк, её тело было тонким и гибким, как ствол молодого бамбука, а из глаз лился лунный свет. Когда она пела и танцевала, земные вельможи бросали дары к её ногам. К ней сватались многие, даже сёгун одарил своим вниманием, но она всем отказывала. Однажды Кагуя увидел сам Сусаноо – великий бог, подчиняющий стихии природы и человеческую ярость. Он не смог пройти мимо такой красоты и я родился. Она умерла, когда я был ребёнком, я так и не узнал, отчего — может, от тоски, а может, потому, что человеческое тело не может вынести тяжесть любви божества. Отец не мог оставить меня в мире людей и не мог забрать в свой, поэтому он превратил меня в Стража -- существо, которое стоит на границе миров.
Кот замолк и один из его хвостов немного задрожал. Марку показалось, что в этом движении была боль.
— Я видел, как появлялись и исчезали легенды, -- продолжил кот. -- Как Урасима ушёл под воду, как вернулся и умер, а его пустая душа осталась в шкатулке на сотни лет, пока не пришёл ты. Шкатулка привела сюда тебя, но я тот, кто отправил её на поиски.
Марк уставился на него, пытаясь переварить услышанное: — Получается, я просто инструмент и от меня ничего не зависит?
Кот усмехнулся и оба его хвоста мягко качнулись: — Ты недооцениваешь себя, человек. Да, ты инструмент, но в твоём мире инструменты перестали быть просто вещами; они обучаются, приобретают интеллект и собственную волю. Ты — именно такой инструмент. Ты можешь принимать решения, и от твоих решений зависит, чем закончится эта история для тебя и для Урасимы.
— А как мне к тебе обращаться? У тебя есть имя?
— Я — Нэкомата-гонгэн, хранитель границы между мирами. Так называют меня те, кто приходит за советом. Можешь звать меня Сэнсэй Гонгэн.
Марк помедлил, собираясь с мыслями: — Урасима сын труса. Его отец опозорил род, и я слышал, что единственный способ смыть позор — это сэппуку, но я не хочу, чтобы мой друг закончил так. Есть другие способы?
— Ты задал правильный вопрос, — с достоинством качнул головой кот. — Сэппуку — для слабых духом. Для тех, кто не смог победить судьбу. Твой друг должен совершить великий подвиг, который не смогут не заметить, спасти жизнь того, от кого зависит судьба многих — тогда честь вернётся, и никто не вспомнит о позоре отца. А ты поможешь ему.