В лавке диковин царит полумрак,
Здесь время застыло на пыльных страницах.
Я здесь продавец, а скорее — вожак
Для духов забытых в старых вещицах.
Он пришёл не за книгой, не за амулетом,
Не искал оберегов от сглаза и зла.
Его взгляд был прикован к браслетам,
Что я для себя из агата плела.
Каждый вечер он молча стоял у витрины,
Смотрел сквозь стекло мне на тонкие руки.
И улыбка текла как свеча с парафином,
Оставляя осадок как от яда гадюки.
Мне надоело быть лишь декорацией,
Этот взгляд выжигал мою волю дотла.
Я отбросила страх, подошла со всей храбростью:
«Вам что подсказать? Я помочь вам могла б?»
Он поднял глаза. В них не было дна.
Он сказал: «Продай мне вот этот браслет».
Я ответила тихо: «Но это моя...
Это мой талисман. Я вложила в него свою душу и свет».
Он усмехнулся. И голос его зазвучал,
Как шёпот сотен потерянных душ:
«Тем ценнее товар». — На браслет указал.
«Назови свою цену. Я тебе заплачу».
И я назвала... Что-то жалкое, мелочь.
А может, весь мир. Я уже не пойму.
Замок резко щёлкнул, рука опустела.
Я браслет отдала этому... Никому.
Он ушёл, растворился в ночной тишине.
Я осталась среди безделушек пустых.
Сначала исчезли все звуки извне,
А затем цвет поблек в глазах сонных моих.
Нет ни радости больше, ни боли, ни слёз.
Лишь сквозняк ледяной гуляет по венам.
Покупатель вернулся. Всё это всерьёз?
Или это я стала ходячим поленом?
Он подходит ко мне, надевает трофей.
Улыбается снова жуткой улыбкой.
Мир вокруг — лишь рисунок, чернил он черней.
Я смотрю. Он берёт мою руку своей рукой липкой.
А я не чувствую ничего...
Кроме вечного, мёртвого холода... Глубоко...