Листаешь иногда ленту, смотришь на современных подростков, уткнувшихся в экраны, и невольно думаешь, что мир куда-то катится. Но стоит только заглянуть в американские штаты Пенсильвания или Огайо, как реальность резко меняется. Там, среди полей и аккуратных фермерских домиков, живут люди, которые будто застряли в семнадцатом веке. Пока наши алтайские староверы ведут уединенный быт в тайге, их американские коллеги по консерватизму построили огромную систему. Амиши не пользуются автомобилями, игнорируют смартфоны и воспитывают своих детей так, что у рядового городского жителя волосы на голове зашевелятся. Пристегните ремни, мы отправляемся в мир, где детство заканчивается невероятно рано.
Труд вместо школы и куклы без лиц
Представьте обычное утро нашего школьника: долгие уговоры встать с кровати, залипание в телефоне за завтраком и ленивый поход на уроки. У амишей все устроено принципиально иначе. Ребенок здесь просыпается в четыре или пять утра, причем без всяких будильников, и сразу отправляется в хлев кормить скотину или на кухню помогать матери. К четырнадцати годам эти ребята уже умеют делать абсолютно все по хозяйству и работают в поле наравне со взрослыми.
Учеба в общине - штука сугубо прикладная и заканчивается строго в восьмом классе. Дальше учиться запрещено, ведь высшее образование, по мнению старейшин, развивает гордыню и отдаляет от Бога. Зато практических навыков местным подросткам не занимать: парень к шестнадцати годам может в одиночку построить добротный сарай, а девушка - приготовить обед на тридцать человек.
С игрушками в общинах тоже связана весьма пугающая история. Маленьким девочкам мамы шьют тряпичных кукол, но у этих игрушек никогда не бывает лиц. Ни глаз, ни носа, ни улыбки - сплошное белое полотно. Сами подумайте, какая глубокая философия в этом заложена: амиши верят, что все люди равны перед Творцом, а создание индивидуального лица у куклы порождает тщеславие. К тому же, это считается нарушением библейской заповеди о сотворении кумиров.
Тотальный запрет на индивидуальность и документы
В мире, где каждый пытается выделиться через одежду, прическу или новый гаджет, правила амишей выглядят настоящим концлагерем для эго. Здесь нет места личному пространству и собственному мнению. Одежда у всех абсолютно одинаковая, домотканая, приглушенных темных тонов. Никаких пуговиц, молний или пряжек - все это считается излишним украшательством, поэтому используются только простые крючки и булавки. Мужчины в большинстве общин после свадьбы обязаны отпускать бороды, но усы при этом сбривают, так как исторически усы ассоциировались с военными, а община исповедует строгий пацифизм.
Технологический бойкот - это не просто прихоть, а осознанная защита семьи от внешнего влияния. Компьютеры, телевизоры и смартфоны находятся под строжайшим табу. Зачем нужен интернет, если он приносит в дом чуждые ценности? По этой же причине у амишей нет привычных нам паспортов или ID-карт. Библия запрещает делать изображения человека, поэтому любые фотографии для них - табу. Они обходятся простыми бумажными свидетельствами без снимков, существуя для государства как призраки. Дети растут в абсолютном информационном вакууме, общаясь исключительно с членами своей общины и близкими родственниками.
Румспринга: время греха перед вечным выбором
Самый парадоксальный элемент воспитания начинается, когда подростку исполняется шестнадцать лет. Этот период называется румспринга, что буквально переводится как "беготня вокруг". Старейшины временно снимают с молодого человека религиозные запреты. Подростку разрешают примерить мирскую одежду, купить телефон, водить машину, попробовать алкоголь и фастфуд.
Вот представьте ситуацию: ребенок, который всю жизнь видел только плуг, лошадей и молился по несколько раз в день, получает легальное право тусоваться. Они не уезжают в неоновые мегаполисы, а остаются жить в родительских домах, но сбиваются в группки с такой же молодежью. Они покупают ушатанные подержанные иномарки, врубают рэпчик и устраивают дикие вечеринки на задворках соседних городков, пока родители испуганно закрывают на это глаза. Зачем община идет на такой риск? Все просто. Амиши считают, что вера должна быть осознанной. По окончании румспринги парень или девушка должны принять решение: креститься и остаться в общине или уйти в мир.
Цена этого выбора невероятно высока. Если подросток решает не креститься и уйти, семья будет грустить, но связь не оборвет. А вот если он сначала примет крещение, поклянется перед Богом, а потом сбежит в цивилизацию - община объявиет ему жесточайший бойкот. Родные больше никогда не сядут с ним за один стол и не пустят на порог. Ты буквально стираешься из памяти семьи навсегда.
Удивительно, но после всех прелестей свободы около девяноста процентов подростков все равно возвращаются обратно к тяжелому крестьянскому труду. Правда, скептики уверены: дело тут не в праведности, а в банальной безысходности. С восьмилетним образованием, без нормальных документов и без малейшего понимания, как платить налоги в современном мире, выжить за пределами фермы чертовски сложно.