8 августа около пяти часов утра ефрейтор воинской части 5573 Денис Яковлев бежал свою обычную утреннюю пробежку по набережной реки Ишим в Астане. Раннее утро, никого на улице — ровно тот режим тренировки, в котором военнослужащие обычно и поддерживают форму.
И тут к нему обратился случайный прохожий. С конкретной просьбой: позвонить в полицию и сообщить об утопленнике. По словам прохожего, в реке плавает мёртвое тело — он его видел и хотел, чтобы об этом узнали те, кому положено заниматься такими находками. Бежавший мимо военный с телефоном — самый удобный человек для звонка.
Денис вызвал полицию. Сразу же позвонил и в скорую помощь. А потом сделал то, что отличило его от прохожего, который к этому моменту, видимо, считал свою часть работы выполненной. Подошёл к воде и присмотрелся к тому самому «утопленнику».
И увидел то, чего прохожий с расстояния не заметил. Мужчине в воде, кажется, ещё подавал признаки жизни. Может быть, едва. Может быть, на пределе. Но в данном случае разница между «утопленник» и «человек, который ещё жив» — это и есть граница между «звонить в полицию» и «прыгать спасать».
И вот тут начинается часть истории, которой её обычно и помнят. То, что для одного человека было поводом «вызовите полицию», для другого стало поводом броситься в воду самому.
Денис, не раздумывая, прыгнул в Ишим. Доплыл до утопающего. Вытащил его на берег. И уже на суше — оказал первую медицинскую помощь, тем навыкам обучают любого военнослужащего. Дождался скорой и передал мужчину врачам.
В этой истории та самая разница и есть смысловой стержень. Один человек посмотрел в воду и решил, что там покойник. Другой человек посмотрел туда же и решил, что там, может быть, ещё живой. Денис Яковлев посмотрел и решил так — и оказался прав.
Читайте также:
— Все стояли на берегу и искали опустившегося на дно. Он просто взял маску и нырнул
