История Иманбека — это сюжет, достойный голливудского сценария. Бруклинский рэпер SAINt JHN (настоящее имя — Карлос Сент-Джон) выпустил композицию Roses в далеком 2016-м. Тогда он, разумеется, грезил о мировой славе, но вряд ли мог предположить, что через пять лет его трек принесет статуэтку «Грэмми» двадцатилетнему парню из казахстанской глубинки.
Сам Иманбек Зейкенов, работавший сигналистом на железнодорожной станции в городе Аксу (население — всего 70 тысяч человек) и получавший около 25 тысяч рублей в пересчете на наши деньги, тоже не строил грандиозных планов. В начале 2019 года он набросал дома танцевальную версию Roses — скорее для души, чем для славы. Первыми слушателями стали от силы десять человек во «ВКонтакте», поставивших лайк. Однако уже через пару месяцев композиция неожиданно рванула вверх: ремикс оккупировал чарты России, Украины и Белоруссии, а затем возглавил мировой рейтинг Shazam — его искали через приложение чаще любых других треков. Дальше — больше: казахская версия ворвалась в топ-25 американского Billboard, что для независимого ремикса — случай почти уникальный. А когда официальный аккаунт Emporio Armani вдруг сделал репост этой записи, стало ясно: происходит нечто невероятное.
На сегодняшний день у ремикса 146 миллионов просмотров на YouTube, более 22 миллионов распознаваний в Shazam и свыше миллиарда прослушиваний на Spotify. Трек побывал на вершине британского хит-парада и в десятке Apple Music. А теперь с Иманбеком записываются мировые звёзды — Рита Ора (та самая, из «Пятидесяти оттенков серого») и сам Дэвид Гетта.
15 марта 2021 года на 63-й церемонии «Грэмми» в Лос-Анджелесе 20-летний Зейкенов одержал победу в номинации «Лучшая ремикшированная запись» — именно за тот самый Roses. Сам он, по собственному признанию, был в полнейшем шоке.
Путь к этому триумфу был далёк от музыкальных академий. Иманбек окончил всего 10 классов, затем поступил в Павлодарский колледж транспорта и коммуникаций, а на производственной практике устроился на станцию Аксу-1. В его обязанности входило обслуживание грузовых составов: по команде из рации он брал тормозной башмак, закреплял вагоны, чтобы локомотив мог отцепиться, и докладывал дежурному. Зарплата — всё те же 20–25 тысяч рублей в месяц. Оттуда он уволился только под Новый год — из-за нехватки сменщиков.
В свободное время парень осваивал азы сведения и аранжировки по интернету. Профессиональных учителей не было — только канал Beatmaking Guru на YouTube. Самые базовые приёмы, методом проб и ошибок, дома, без продюсеров, менеджеров и дорогого оборудования. И это, пожалуй, главная революция его истории: никаких вложений в рекламу, никаких связей — просто талант и трудолюбие.
— Успех моего ремикса — чистая удача, я отношусь к этому трезво, — говорит Иманбек. — Первое, что я купил на роялти с четвёртого квартала 2019 года, — белую «Приору». Остальные деньги пока не трачу, чтобы иметь возможность не работать.
Отец Иманбека — пожарный, мама — организатор праздников. И уезжать из родного Аксу молодой диджей не планирует. Зачем, если в XXI веке слушатели могут сделать звездой кого угодно, независимо от географии?
— Я буду продолжать писать музыку, потому что получаю от этого кайф, — подчёркивает Зейкенов. — Я ведь не стремился стать известным. Возможно, этот успех, который пришёл так легко, так же легко и уйдёт. С этим ничего не поделаешь. Хит невозможно предугадать. Но я буду пробовать.
История Иманбека — ярчайшее доказательство того, что большая мечта не требует ни столичного статуса, ни продюсерского бюджета. Иногда достаточно одного ремикса, десяти лайков и веры в своё дело.