В департаменте социального развития Тюменской области заявили, что в этом году 11 родителей добровольно отдали детей в детский дом из-за материальных и жилищных проблем и потом не забрали их обратно в семью. Дети, у которых есть родители, не лишенные родительских прав, по словам экспертов, составляют около половины всех подопечных детдомов в России. Несмотря на то что в официальной статистике их общее число не называется, внимание им нужно уделять особое: это потенциальные, а иногда «скрытые» сироты. Как в России помогают семьям, которые вынуждены временно передавать детей в интернатные учреждения, разбирались «Известия».
Сколько родительских детей в детдомах
В 2025 году 43 ребенка были оставлены родителями в организациях для детей-сирот по окончании срока временного пребывания, рассказали в департаменте соцразвития Тюменской области.
«В 2026 году таких детей на данный момент 11. Основные причины — трудная жизненная ситуация, материальные и жилищные проблемы», — цитируют СМИ чиновников.
Программный директор фонда «Дети наши» Светлана Строганова сказала «Известиям», что, по ее данным, по всей России «родительских» детей в детдомах около 25–30 тыс. Речь идет о детях, которые попадают в организации для детей-сирот по заявлению родителей. Их размещают в детдомах временно, поэтому и количество таких детей постоянно меняется. В заявлении чиновников Тюменской области говорится о ребятах, которых разместили в учреждениях временно, но потом так и не забрали.
Официальной открытой статистики по детям, которые попали в сиротские учреждения по заявлению родителей, нет, однако эти цифры можно подтвердить, сопоставляя другие данные. Уполномоченная по правам ребенка при президенте РФ Мария Львова-Белова отмечала, что на 1 октября 2025 года количество детей, живущих в российских детских домах, домах ребенка, приютах и т.д., составило 49 061 человек. Согласно данным ежегодного документа Минпросвещения «Сведения о выявлении и устройстве детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», на конец 2025 года около 26,5 тыс. детей имели официальный статус «оставшихся без попечения родителей». Вероятнее всего, остальные — это как раз дети, временно помещенные в сиротские учреждения по заявлению родителей. Президент фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская подтвердила «Известиям», что получившееся число в 22–23 тыс. детей близко к реальному положению вещей.
Открытая статистика есть на уровне регионов. Так, президент МОО «Аистенок» (Екатеринбург) Лариса Лазарева со ссылкой на данные министерства социальной политики Свердловской области рассказала, что в этом регионе общая численность детей, которые одномоментно находятся в организациях соцобслуживания, составила 1976 на конец 2025 года. При этом число детей, которые не являются сиротами и не относятся к категории детей, оставшихся без попечения родителей, но постоянно пребывают в государственных учреждениях, составило 754 человек, то есть около 38%. Статистически это близко к данным, приведенным выше.
В статистике Минпросвещения дети, которых отдали в интернаты сами родители, фигурируют лишь в одной строке: это те, кто оставлен родителями в организациях по окончании срока пребывания. То есть те самые ребята, о которых рассказали в Тюменской области. В 2025 году по всей России таких случаев было 1224. Из них 786 до конца года всё же были переданы в семью, но 384 пришлось переместить под надзор в организации для детей-сирот.
В момент помещения ребенка в детский дом по заявлению родителей обязательно заключается трехстороннее соглашение между родителем, органом опеки и организацией для детей-сирот. Там прописаны в том числе срок пребывания ребенка и меры, которые будут предприниматься, если родитель не заберет ребенка по его истечении. Как правило, в этом случае руководство детского дома обращается в органы опеки, и уже те принимают решение о подаче иска о лишении родительских прав и переводе ребенка в новый статус.
Елена Альшанская замечает, что и эта статистика не полная. Устройство детей возможно в двух параллельных системах: дети по заявлению родителей попадают не только в детские дома, но и в социально-реабилитационные центры (СРЦ), которые часто называют приютами, хотя они теперь совершенно по-разному называются в зависимости от региона.
— Те же самые приюты вообще не считают детей — они считают так называемую проходимость. В общую статистику эти дети не попадают. Там тоже довольно много детей, и мы уже давно призываем их считать, — сказала она.
Юрист правовой группы региональной благотворительной общественной организации «Центр лечебной педагогики» Павел Кантор замечает, что некоторые дети могут находиться в медорганизациях без явных для того показаний — «по социальным показаниям». Они в эту статистику также не попадают.
Как долго родительские дети живут в интернатах
Сроки пребывания детей в интернатах в законодательстве четко не прописаны. В постановлении правительства РФ № 481, которое касается деятельности организаций для детей-сирот, фактически говорится «до окончания оснований» — то есть пока сохраняется проблема, из-за которой ребенок оказался в интернате.
Лариса Лазарева поясняет, что ситуации могут быть самыми разными: потеря жилья в результате пожара, развод с дележом имущества, когда мать с ребенком остается на улице, зависимость самих родителей либо членов семьи, когда невозможно проживать с детьми на одной территории и т.д.
— Детей помещают на период до разрешения трудной жизненной ситуации, для этого пишут заявление в органы опеки и попечительства. Временное помещение ребенка в организацию для детей-сирот не прекращает прав и обязанностей родителей в отношении этого ребенка. По окончании срока, если ничего этому не препятствует, ребенка отдают обратно в семью, — сказала она.
При этом формулировка «трудная жизненная ситуация», по которой помещают детей в приюты и детдома, не дает понимания, что на самом деле произошло, отметила Елена Альшанская. Очень часто это действительно ситуация, когда семье просто не помогли справиться с проблемами, а иногда это сильно пьющие родители, у которых не отобрали родительские права, чтобы не портить статистику региона, а убедили написать заявление о добровольном помещении ребенка в сиротское учреждение.
Светлана Строганова отмечает, что есть случаи, когда «родительские» дети годами живут в таких учреждениях. Фактически до совершеннолетия. Обычно это дети с тяжелыми множественными нарушениями здоровья — после детдома они часто оказываются в ПНИ. Павел Кантор также рассказывает о случаях, когда такого ребенка постоянно содержали в медорганизации: после месяца пребывания его выписывали, а на следующий день снова туда помещали. Фактически он находился там непрерывно, но с точки зрения статистики ни в какой момент не находился в организации больше одного месяца.
По его словам, «родительские» дети, у которых нет инвалидности, но которые живут в организациях для детей-сирот годами, часто имеют семью лишь формально.
Как предотвращать попадание детей в интернаты
В июне прошлого года Мария Львова-Белова заявляла, что 25% детей находятся в детских домах необоснованно — можно было оказать помощь без разлучения, «поработать с семьей». Светлана Строганова также подчеркнула, что детей не всегда нужно отдавать в учреждение, хотя всё зависит от ситуации.
При возникновении серьезных проблем она советует предпринять несколько мер: во-первых, поискать благотворительные фонды помощи семьям с детьми, которые работают на территории региона; во-вторых, поискать центры помощи семье и детям — иногда у них бывают услуги по размещению детей с родителями; в-третьих, найти бесплатную социальную, психологическую и юридическую онлайн-помощь; в-четвертых, попросить совета у органов опеки, объяснив, что с ребенком разлучаться совсем не хочется.
— Поверьте, органы опеки сами заинтересованы в сохранении детей в семьях, это один из их KPI. Если у родителей есть желание сохранить детей в семье, помощь найти можно, — подчеркнула она.
При этом, замечает Светлана Строганова, у органов опеки совсем не много ресурсов для работы с такой семьей: она может «поставить на вид», провести беседу, посоветовать сходить на биржу труда. Но не решить проблему с жильем: это задача соцзащиты или других организаций.
Она призывает расширять государственно-некоммерческое партнерство, чтобы органы опеки осуществляли контроль и координацию, а НКО могли взять на себя функцию непосредственно помощи: гуманитарной, социальной, юридической, психологической. Тем более, говорит она, сейчас появляется всё больше проектов, которые, например, позволяют принимать ребенка временно в гостевой семье, пока в кровной решаются проблемы. У фонда «Дети наши» есть такой пилотный проект в Ярославле.
Елена Альшанская замечает, что большую часть сложных ситуаций, когда дети попадают в приюты или детдома по заявлению родителей, разрешили бы комплексное сопровождение, лечение зависимостей и предоставление хотя бы временного жилья — однако три этих пункта довольно редко представлены в регионах.
Однако систему в стране начали выстраивать — в первую очередь вокруг института уполномоченного по правам ребенка. Так, в ряде регионов появляются проекты, направленные на помощь кризисным семьям, оказавшимся на грани отказа от ребенка, отметила Елена Альшанская. В субъектах появляются социальные кураторы семьи, прописывается координация разных ведомств, которые могут помочь родителям ребенка решить проблему.
— Многие изменения происходят в рамках проекта «Вызов», которые реализуются в 14 регионах по инициативе уполномоченной по правам ребенка. Я очень надеюсь, что эти пилотные проекты покажут эффективность, и это в конечном счете убедит федеральный центр, что надо что-то менять на общероссийском уровне, — сказала Елена Альшанская.
Проект, запущенный аппаратом уполномоченной, предполагает внедрение семейно-ориентированного подхода и комплексную работу с семьями в Алтайском, Забайкальском, Красноярском, Пермском, Приморском, Хабаровском краях, Архангельской, Иркутской, Кемеровской, Оренбургской, Самарской, Свердловской, Тверской, Челябинской областях. Мария Львова-Белова предполагает, что к концу 2026 года число детей в интернатных учреждениях этих регионов сократится на 25%.
Депутат Госдумы Татьяна Буцкая также напомнила о еще одном проекте уполномоченного: весной Львова-Белова возглавила Фонд защиты детей, который будет помогать семьям в сложных жизненных ситуациях: починить печку, привезти дрова, заняться лечением родителей от алкоголизма — и так далее.
— Семьи должны понимать, что у нас в стране тысячи мер поддержки. И если вы видите, что вам тяжело и вы не справляетесь, то всегда можно найти службу соцподдержки в администрации вашего региона либо обратиться в семейный МФЦ. Если вдруг в соцучреждении вам сказали, что помощи нет, обращайтесь к НКО. Например, в наш Совет матерей, где тоже могут помочь в тяжелой жизненной ситуации, — сказала депутат.
«Известия» также направили запросы в Минпросвещения и аппарат уполномоченного по правам человека.