Обиженно засопев, Миша отвернулся к стене. Опять. Она опять. Снова как вчера, позавчера и три дня назад, и четыре. Нет, это уже форменное безобразие, с которым нужно срочно разбираться. Сегодня - еще ладно, но это уж последний раз. Больше он терпеть не намерен.
Увы. Как и предполагал Миша, все прошло по тому же сценарию, что и всю прошлую неделю. Сначала Юля долго гремела посудой на кухне, потом чуть ли не час сидела в комнате Матвея, а потом и вовсе ушла с ноутбуком на кухню, где сидела... Впрочем, Миша даже не знал, сколько она там сидела - заснул.
Вот так проходили их вечера последнее время, и Мише это очень не нравилось. Сначала он изъяснялся намеками, потом - открытым текстом. Мол, милая моя дорогая жена, не забыла ли ты кое-что важное? Самое важное? То, для чего, собственно, люди и женятся?.. А в ответ получал оскорбленное молчание, словно не требовал своего, а предлагал что-то постыдное.
Миша пытался действовать решительно, как настоящий мужик, берущий то, что ему принадлежит, но Юля толкнула его с такой силой, что он чуть не свалился с кровати. А потом и вовсе стала находить предлоги для того, чтобы лечь спать тогда, когда муж уже спит. В час, в два, может, и еще позднее.
Нет, конечно, он пытался и по-хорошему объяснить ей, что она ведет себя неправильно, однако Юля так выразительно посмотрела на него, что Миша споткнулся на полуслове и умолк. Что же... Можно и похитрее быть. Раз вечером она такая уставшая, у нее так много важных дел - пусть. Так-то еще и утро есть. И Миша поставил будильник на половину шестого утра.
Каково же было его удивление, когда, проснувшись по сигналу, он не обнаружил Юлю рядом с собой. «Юль? - тихо спросил он у тишины. Ответа нет. - Юль?» - повысил он голос. – «Ну что?» - жена появилась на пороге комнаты. - "Ты где?" - "У Матвея. Все, он засыпает, не шуми," - и снова ушла.
Замечательно. Просто изумительно. На все, буквально на все у нее находятся силы и время. Только не на мужа. Уже вторая неделя пошла, как Юля игнорирует свои основные обязанности. И злится. Нет, не кричит, не ругается, только, разве что, сквозь зубы что-то прошипит не слишком приятное, но смотрит... У Миши порой холодок пробегал по спине от ее взглядов - ни любви, ни даже симпатии в них не было и помине.
…"Ой, да все понятно, - усмехнулся Илья, лучший друг Миши в ответ на жалобы. - Все они такие. Уж какая моя была горячая штучка, а вот гляди-ка... Снежная Королева, не иначе. И, реально, за пару месяцев такой стала. Пытаюсь обнять - аж отпрыгивает, про большее я и не говорю даже. И что ты думаешь? Да просто все! В интернете с каким-то познакомилась, он ей мозги запудрил - ой, только я тебя понимаю, ой, твой тебя не ценит, ой, ты достойна большего... Ха! Я даже спорить не стал! Дверь там! Иди к достойному!"
"Да нет... Не может быть... Юлька моя не такая..." - "Все они "не такие". До поры, до времени. Если ей ничего не хочется, это значит, что ей не хочется только с тобой. Вот зуб даю - у нее уже кто-то на примете есть. Как минимум. Вот там все ее мысли и желания. Могу на что хочешь поспорить - так оно и есть. Просто ты пока еще не в курсе."
Домой из бара Миша возвращался в самом мрачном расположении духа. С одной стороны, ему очень не хотелось верить Илье, а с другой... Почему Юлька так резко изменилась? Его милая, славная Юлька, которая всегда была той еще "зажигалочкой". Неужели Илья прав? Нет, невозможно! А вдруг?.. Как же все это мерзко... Но больше ждать нельзя. Миша понимал, что ему нужно узнать правду прямо сегодня. Прямо сейчас. Он не собирался играть роль обманутого мужа, который обо всем узнает последним.
...Несмотря на поздний час и стойкий аромат высокоградусного напитка, коим благоухал Миша, Юля встретила его не просто спокойно, без скандала. Напротив, она была... довольна?.. И верно - ее глаза сияли счастьем, на губах играла легкая улыбка. То есть... как? Неужели он опоздал? Неужели, пока он мучился и терзался, все случилось?.. Но как она могла?
"Кто он?" - не глядя на жену и полностью сосредоточившись на том, чтобы пристроить куртку на вешалку, глухо спросил Миша. - "Кто? - удивилась Юля, но тут же рассмеялась. - А! Эмиль Вазгенович! Волшебник! Миш, он просто волшебник!.."
Миша посмотрел на нее. Эта бесстыдница плакала и смеялась одновременно, однако никакого стыда или раскаяния ее лицо не выражало. "Я... я... Как же я счастлива, Миш! Я словно к жизни вернулась!.."
Миша потряс головой. Что происходит-то? Эмиль Вазгенович? Волшебник? К жизни вернулась? И это его Юлька!.. Как такое могло случиться? Не просто преступила все границы, а еще так нагло рассказывает об этом мужу?.. Юля, между тем, снова тихонько рассмеялась и протянула руки к мужу, намереваясь его обнять.
"Ты в своем уме? - зашипел Миша. - После всего... Ты... ты на что вообще рассчитываешь?.. Ты действительно думаешь, что я смогу с этим жить?.." - "Да с чем, "с этим"? - Юля удивилась. - Все же хорошо! Я говорю - Эмиль Вазгенович просто волшебник!.. Я хотела ему денежку в конверте дать, так он не взял, представляешь?.. Сказал только, чтобы я к нему через месяц пришла." - "Через месяц? - взревел Миша. - Денежку? Ты совсем берега попутала?" - "Но Миш... К нему запись за месяц была, а он меня в тот же день принял... сразу… увидел, как мне страшно…"
Все это было похоже на какой-то театр абсурда. Миша не понимал, кто из них сошел с ума, но то, что кто-то явно несет ахинею - было очевидно. "Так. Еще раз. И по порядку!" - приказал он, подталкивая Юлю в сторону кухни.
"Что по порядку, Миш? Я же тебе десять раз говорила - как Матвей заболел, я сильно испугалась, он так кашлял... Не спала... Нервничала... А потом вдруг... В общем, уплотнение нащупала у себя, когда душ принимала... Я же сразу тебе рассказала! Ты что, не помнишь? - Миша молча моргал. Кажется, Юлька тогда несла какой-то бред, что она заболела... или не заболела... что ей почему-то очень страшно, что ей нужна его поддержка - но в детали Миша не вникал, увлеченный командным заданием дня: уровень надо было пройти обязательно. – «И вот сегодня пришли результаты гистологии... Это киста была! Доброкачественная! А ведь Эмиль Вазгенович сразу сказал, что все хорошо будет! Что обследование – формальность!.. Гениальный доктор! А у Матвея сегодня первый день температуры не было! Он на поправку пошел!..»
Миша непонимающе смотрел на жену и молчал.
"Подожди, - радостное настроение Юли куда-то пропало. - Ты хочешь сказать, что просто забыл об этом? Что я больше недели как в аду жила - разрываясь между больным ребенком и своими страхами за собственное здоровье? И... - внезапная мысль пришла ей в голову. - Ты... ты решил, что Эмиль Вазгенович - это мой любовник???"
"А что я должен был думать? - заорал Миша. - Если ты была ко мне так равнодушна все эти дни?" - "Действительно, о чем тебе еще было думать, Миш? - язвительно усмехнулась Юля. - Не о больном же ребенке и возможно больной жене, правда?.." - "Но... раз у тебя никого нет на стороне... Тогда почему ты мне отказывала?.."
Юля грустно посмотрела на Мишу. Он действительно не понимал - почему. А она не понимала, почему ей вдруг стало страшно находиться рядом с мужем. Страшно и неприятно.