На праздничной демонстрации в Тбилиси 1 мая 1965-го монах в рясе вышел из толпы и поджег огромный портрет Ленина. КГБ скрутил его за секунды. Свою позицию он объяснил чекистам просто:
"Нельзя боготворить человека. Там, на месте портрета, должно висеть Распятие Христа".
Его пытали, потом отправили в психиатрическую больницу.
Смельчаком оказался иеромонах Гавриил. И это был далеко не единственный его поступок, который не поддавался простому объяснению.
Кто он вообще такой? Родился в Тбилиси 26 августа 1929-го, в семье убежденного коммуниста. Отец умер рано. В 26 лет Годердзи Ургебадзе принял монашеский постриг. Гавриил не стал жить в обители. Бродил по городу, подбирал выброшенные иконы со свалок, чистил, вставлял в рамы. Во дворе собственного дома выстроил церковь с четырьмя куполами — власти сносили ее раз за разом, он восстанавливал. Та церковь стоит и сейчас.
После многих лет преследований, уже в конце 80-х, монаху разрешили вернуться в монастырь Самтавро, куда к нему ехали паломники со всей Грузии и России. Говорили: видит наперед. Там он и умер в ноябре 1995-го.
В 1990-х к Гавриилу приехала представительница грузинской царской династии Леонида Багратиони — спросила, доживет ли до восстановления монархии в России.
Ответ был неожиданным:
"Вы не доживете, а ваш внук — да".
Если считать от той встречи, речь идет о поколении, которое сейчас как раз входит в активный возраст.
Был и еще один примечательный разговор. В 1992-м к старцу зашел молодой семинарист, только вернувшийся из Киева. На вопрос, как съездил, тот ответил беспечно: много смеялись, шутили. Гавриил помолчал. Потом произнес фразу, которую ученик запомнил, но не понял:
"Шут погубит их всех, погубит Украину".
Протоиерей Мириан Алибегашвили рассказал об этом разговоре спустя десятилетия — когда смысл стал очевиден.
О России говорил без тени неприязни.
"Русский народ — очень отзывчивый, сильный духом и с крепкой верой в Бога",
— повторял он. И добавлял: "Россия еще раз спасет Грузию".
По его убеждению, у двух стран общая судьба — и общая вера как единственная точка опоры.
По свидетельствам учеников, он предрекал время, когда страна "сольется в одно великое море с прочими землями и племенами славянскими" — то есть фактически говорил о расширении российского пространства. И о том, что придет "человек пламенной веры, гениального ума и железной воли", который наведет порядок в православной церкви.