Сколько мы так проспали... не знаю. Я проснулся от того, что меня щекотал Цапкариллос... и не только щекотал, но и ласкал... весьма... хм, интимно.
Цапкар: (шёпотом на ухо) Хозяяяин... вставай... мы всё проспали... И почему у тебя пыльная броня и запах моря?? Ты где был??
Я с трудом разлепил веки, пытаясь сфокусировать взгляд на его обеспокоенном лице. Тело ныло от вчерашних приключений, а голова была тяжёлой.
— Ну... был... в одном интересном месте... — пробормотал я, притягивая его ближе для утреннего поцелуя. — И вообще, полночи проработали, и под утро ещё в бой вступил...
Цапкар: (он резко отстранился, надув губы) Без меня?? Я всё пропустил?? Ну вот... он обиженно посмотрел на меня, скрестив руки на груди.
Саллос: (я усмехнулся и потянулся, хрустнув суставами) Извини... ты так сладко спал... Кажется, наша война, или по крайней мере текущий эскалированный конфликт, наконец-то завершён. Но я тебе обязательно всё расскажу. Который час?
Цапкар: Конечно, расскажешь... я от тебя так просто не отстану... В конце концов, это надо в архив... для истории сохранить... А время... уже полдень минул... день к закату клонится... Я-то давно встал... уже успел сбегать в замок, принял нескольких бесов по бюрократической линии... думал, ты подойдёшь...
Я резко сел на кровати. Полдень! Мы проспали почти весь световой цикл!
— Вот это да... действительно, дали мы храпака. Ладно, давай собираться. Мне нужно срочно в цитадель. Во-первых, проверить, как там Ургетариил справился с ранеными. Во-вторых, принять душ и переодеться, от меня несёт креветками и разрушенным миром. А в-третьих... — я загадочно улыбнулся. — ...у меня есть подозрение, что сегодня вечером нас ждёт очень необычный пир. Так что нам нужно подготовиться к приёму гостей.
Я встал и начал натягивать чистую одежду, которую мне предусмотрительно принёс один из домовых Цапкара, пока я спал.
— Беги вперёд, предупреди поваров, чтобы начинали готовиться. Скажи им, что меню будет... морским. Очень элитным. А я скоро буду, только заскочу в арсенал и возьму новый клинок взамен старого, который остался в том мире
Одежда, принесённая домовым Цапкара, была мне откровенно мала — на полтора размера меньше, чем нужно. Я еле в неё влез; рубашка неприятно обтягивала плечи, а штаны грозили треснуть по шву при любом резком движении.
— Ну да ладно, — пробурчал я себе под нос, морщась от дискомфорта. — Мне только до замка... потом переоденусь в свои мантии...
Я телепортировался прямо в спальню своего замка, чтобы избежать лишних взглядов придворных. Здесь, сбросив чужую одежду, я с облегчением переоделся в свою привычную рабочую коричнево-серую мантию. На всякий случай повесил на шею защитный амулет. Не то чтобы это было необходимостью, но если уж начал обороняться — остановиться трудно.
Единственное, что вызывало опасения, — это амулет «Вирта Кеа Сарра Инфернум». Уж больно непредсказуемыми были его щитовые чары, способные отразить атаку любой мощи, но с риском для самого носителя. Но я в глубине души знал, что рано или поздно воспользуюсь и этой дрянью...
Я пришёл в кабинет и сел за стол, заваленный бумагами, которые накопились за время моего отсутствия. Почти сразу же дверь приоткрылась, и в щель просунулась мордочка одного из поваров.
— Хозяин, — пропищал он тоненьким голоском. — Там почтовая служба во дворе телепортировалась! Откуда-то издалека, просят принять на кухню девять здоровенных ящиков с какими-то морскими обитателями... Принимать??
Я усмехнулся, вспомнив обещание Владыки Ка Ци Эля.
— Принимайте. Разместить по холодильным погребам и морозилкам. И да, долго они не хранятся даже в замороженном виде... за неделю надо скушать. И вот ещё что: из каждого ящика каждого вида разморозьте понемногу и отварите... на пробу. Накрывайте пир в главной трапезной. Всех министров позовём, а особенно секретных служб — это и их награда тоже. И да, возможно, через время к нам придёт сам Король Амаймон...
Бес пронзительно пискнул от восторга (представляя, какой фурор произведут деликатесы) и тут же умчался, вероятно, поднимать на уши всю кухонную братию. Я остался один, наслаждаясь тишиной кабинета.
Впрочем, спустя несколько минут в кабинет вошёл мой секретарь Хиариил, а за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам, вошёл Цапкариллос.
Хиариил: (с поклоном) Мой лорд. За время вашего отсутствия накопилось 47 прошений о помиловании, 12 заявок на строительство новых кварталов в секторе Б-14 и жалоба от смотрителя зоопарка на бесов, которые пытались скормить петухам заговорённый корм для увеличения яйценоскости.
Саллос: (массируя виски) Хиариил, давай всё это решим завтра. Сегодня у нас праздник. Распорядись, чтобы все документы перенесли на утро. А сейчас... — я встал из-за стола и подошёл к окну, глядя на суету во дворе, где бесы разгружали гигантские ящики, — ...мы будем праздновать победу. И ждать гостей.
Я повернулся к Цапкару, который уже с комфортом устроился в гостевом кресле.
— Ты слышал? Пир на весь мир. Точнее, на всю цитадель. Кажется, сегодня вечером ты наконец-то попробуешь те самые элитные креветки, о которых мы говорили. Надеюсь, наш король оценит жест доброй воли от нашего... подводного соседа.
Через полчаса мы входили в главную трапезную. Я предварительно оповестил Амаймона о пире, упомянув про «деликатесы от одного из Владык». Он ответил сухо: «Буду через несколько минут. Посмотрим, чем ты хочешь меня подкупить, Саллос». Также я официально пригласил всех лордов, чьи подписи были подделаны в том договоре. Включая Асмодея.
Столы ломились. Бесы-повара превзошли сами себя. На огромных серебряных блюдах лежали горы варёных креветок размером с предплечье взрослого мужчины, розовые клешни омаров, истекающие соком, и груды чёрных мидий в створках раковин. Воздух наполнился божественным ароматом моря и специй. Пришли и те из бойцов, что принимали участие в операции, целые и невредимые. Раненым же я распорядился отнести угощение прямо в лазарет к Ургетариилу — для восстановления сил им это было необходимо как воздух.
И вот, когда первый тост был уже почти произнесён, воздух в центре зала сгустился, потемнел и пошёл рябью. Пространство раскрылось, выпуская гостей.
В трапезную прибыл сам Король Амаймон. Но он был не один. Следом за ним, словно на невидимом поводке, вприпрыжку семенил Асмодей.
Это было унизительное зрелище. Король Шамбалы вёл Короля Похоти так, как ведут придворного шута или непослушного пса на строгом ошейнике. Асмодей пытался сохранить достоинство, но получалось плохо — его роскошный камзол был слегка помят, а на лице застыло выражение крайнего недовольства и обиды. Уж не знаю, за что он так с ним... вероятно, Асмодей успел в чём-то провиниться за прошедшее утро. Может, устроил оргию в винном погребе до рассвета? Или его очередная интрига раскрылась слишком рано? Это было не моё дело. Главное, чтобы этот цирк не испортил пир.
— Ваше Величество! — я склонил голову в приветствии. — Лорд Асмодей. Прошу к столу. Мы ждали вас, чтобы начать.
Амаймон: (отпуская «поводок», который со звоном исчез в воздухе) Благодарю, Саллос. Надеюсь, твоя стряпня стоит того, чтобы отрывать меня от государственных дел. И да, Асмодей наказан. Он будет прислуживать мне весь вечер. Налей мне вина, шут.
Асмодей: (с мученическим видом беря в руки хрустальный графин) Как прикажете, мой повелитель...
Я жестом пригласил всех садиться. Лорды рассаживались по своим местам, бросая сочувственные взгляды на Асмодея и жадные — на еду. Когда все заняли свои места, я поднял бокал, наполненный рубиновым вином.
— Друзья! Воины! Лорды Шамбалы! Сегодня мы празднуем не просто победу над одним безумным архангелом. Мы празднуем то, что недоверие не смогло нас разделить. Поддельные договоры сожжены, предатели найдены, а наш враг повержен. За Шамбалу! За наше единство!
Зал взорвался одобрительным гулом. Бокалы зазвенели, знаменуя начало пира. Здесь были и Соколлос с Фокаллосом, и все мои ближайшие три десятка офицеров, и внелегионные демоны, к коим относились начальники секретных служб... В какой-то момент Амаймон подошёл ко мне и шепнул на ухо:
— Я догадался, где ты был, Саллос. Ты был у моего брата, Ка Ци Эля... я это понял по запаху моря ещё утром, когда ты вернулся... Позже расскажешь, как он. Давно его не видел... Его энергии специфичны, и он без своей воды долго в наших сухих мирах не может. Максимум полчаса — потом начинает задыхаться, как рыба на суше. Так стало быть, этот архангел Кедаг... или как там его звать... его творение?
Я тихо ответил:
— Да, он его старший сын или что-то вроде этого... одно из древних его порождений. За поимку была объявлена у них награда...
Амаймон: Вообще-то твоё туда проникновение есть нарушение 3-й статьи конституции Абсолюта о запрете перемещений сущностей в миры не своих владык... но раз братишка тебя оставил в живых, то без обид. Хотя разбирательство всё же возможно... на уровне Абсолюта. Так что рекомендую рассказать, как именно получилось туда переместиться...
Я также тихо:
— Вообще-то я об этом не задумывался. Я просто произнёс длинное старинное заклинание... в надежде, что смогу частотно перейти на тот уровень, на котором находился мутировавший Кедаг. Иначе не получалось его даже поранить... Видимо, я перестарался... либо его энергия уже была дестабилизирована...
Амаймон: А ты что... ещё помнишь эти древние заклятия-призывы Старших Владык??
Я вполголоса:
— Не то чтобы помню их всегда... но тут, видимо, сказалась экстремальная ситуация... всколыхнуло память молодости, когда я ещё был архангелом при дворе Ану Эля...
Король отстранился и посмотрел на меня с новым, странным выражением лица.
Амаймон: Одна-а-ако... Я, конечно, знаю, что ты способный демон. Но воспользоваться ангельским зовом... демону... Странно, что ты вообще остался цел и жив при таком перемещении...Этож переход в другое пространство аж 9й мерно...сти...
В зал вошёл один из помощников Хиариила. Король мгновенно выпрямился, возвращая себе маску невозмутимости.
— Мой лорд, — бес поклонился сначала Амаймону, а затем мне. — Срочное донесение. Из отдела Соколлоса. Тамошние специалисты нашли курьера Загана. И то, что они узнали... вам лучше взглянуть на это лично. Это касается Кимейеса. И этого самого курьера Загановского...
Тут надо сказать, что Заган, пока мы расшифровывали ночью принесённый документ, успел обмолвиться, что его курьер, доставивший мне взрывную посылку, куда-то исчез и его нет у него в цитадели.
Веселье в зале словно приглушили. Улыбки сползли с лиц.
— Что ж, — сказал Амаймон, ставя бокал на стол. — Похоже, десерт откладывается. Саллос, пойдём посмотрим, что там раскопали твои цепные псы. Кажется, история с договорами ещё не закончена...
Мы вышли из трапезной и быстрым шагом направились в крыло службы безопасности. По пути нас догнал сам Соколлос, выглядевший крайне довольным собой.
— Мы взяли его тёпленьким, хозяин! Он пытался скрыться через контрабандные врата в секторе 7-12. Мои ребята сработали чисто. При нём было это.
Соколлос протянул мне небольшой кристалл памяти.
— Мы взломали защиту. Внутри — запись всего пути курьера за последние сутки. Включая одну очень интересную остановку... прямо перед тем, как он появился у врат Загана.
Я вставил кристалл в порт считывателя на стене. Воздух замерцал, формируя голографическую карту Шамбалы. Красная линия маршрута курьера пролегала через нейтральные территории, а затем... упёрлась в маленькую, но очень знакомую точку.
Замок герцога Кимейеса.
Запись включилась. Мы увидели тайный коридор, скрытую дверь... и самого Кимейеса. Он стоял спиной к камере, но его голос был слышен отчётливо.
— ...всё готово? Свиток должен попасть к Саллосу. Если эта бомба не сработает и он выживёт, наш план рухнет. Нам нужно, чтобы он поверил в предательство Загана. Пусть грызутся друг с другом, пока мы будем наносить главный удар.
Камера качнулась, показывая руку курьера, принимающего свёрток.
— Сделано, мой герцог. Цель будет устранена.
Голограмма погасла. В коридоре повисла мёртвая тишина.
Кимейес. Торговец акрами. Тот, кого мы подозревали меньше всех, потому что он всегда был трусом. Он играл на обе стороны.
— Вот теперь, — медленно проговорил Амаймон, и от его голоса температура в коридоре упала на несколько градусов, — игра пошла по-настоящему. Кимейес подписал себе приговор. Соколлос, готовь штурмовой отряд. Мы идём к нему в гости. Прямо сейчас. Десертная мидия в клюквенном соусе подождёт.
Штурмовой отряд был сформирован с пугающей скоростью: мои спецслужисты из отдела Фокаллоса, суровые бойцы Кератиоса, жаждущие искупить вину за павших товарищей, и несколько боевых демонов Амаймона, чьи глаза горели холодным огнём. Всё заняло не более получаса.
Мы телепортировались прямо к вратам цитадели Кимейеса. Его владения были окружены высокими стенами из обсидиана, но сейчас главные врата были закрыты наглухо, а над башнями клубилась тревожная багровая дымка — герцог активировал защитную магию.
Амаймон сделал шаг вперёд. Он не кричал, он прогремел, и этот звук был подобен раскату грома, от которого задрожала земля:
— Кимейес! Выходи, подлый трус! У нас есть все доказательства твоего правонарушения... не отвертишься! Попытка покушения на лорда Саллоса, сговор с Архитекторами, подделка документов!
Несколько минут ничего не происходило. Защитное поле мерцало. Затем, медленно, створки ворот начали со скрипом открываться.
Из них вышел сам Герцог Кимейес. Руки он держал поднятыми вверх, демонстрируя отсутствие оружия. На его лице было написано не столько раскаяние, сколько глубокое замешательство и паника. Биться не пришлось. Он понял, что его план провалился, едва увидел меня возле врат его цитадели — целого, невредимого и очень злого.
Он подошёл к нам, постоянно косясь на моих бойцов.
— Я... я сам признаюсь, — залепетал он, глядя в основном на Амаймона. — Говорят, это облегчает вину... И да... мой бес...... он подбросил Загану тот артефакт. Благодаря которому он и нашёл этот документ...
Я скрестил руки на груди, слушая его исповедь.
— Продолжай, — кивнул Амаймон. — Что ты знаешь о Кедагримаэле?
Кимейес: (он нервно сглотнул) Кедаг пытался сотрудничать со мной... предлагал... выгодные условия. Но я ему отказал. Или, точнее... побоялся. Тогда он сказал, что найдёт других. Более... предприимчивых.
Он замолчал, понимая, что только что выдал себя с головой.
Амаймон посмотрел на меня, затем на Соколлоса.
— Этого достаточно. Кимейес, твоя власть аннулируется. Временно. Статья 313, покушение на жизнь лорда Шамбалы. Впрочем... твои права тебе ещё зачитают. — Амаймон кивнул своим бойцам: — Проводите его в Баатор. Наконец-то там посидит кто-то кроме Асмодея... ха-ха...
Два бойца-спецназовца из легиона Амаймона тут же взяли герцога под локти. (Да, я понимаю, что в некоторой гримуарной литературе Кимейеса называют маркизом, но всё же теперь, со временем, он вырос и имеет титул герцога). Кимейес даже не сопротивлялся, окончательно сломленный.
Когда процессия ушла, Амаймон повернулся ко мне. Его голос стал тише, лишившись королевского пафоса:
Амаймон: Его престол будет погашен, а легионы временно перейдут под моё командование. Поскольку его правонарушение хоть и тяжёлое, но не вызвало значимых последствий — его не уничтожат и не сотрут. Посидит, подумает о своём поведении, мы его с пристрастием поспрашиваем... а через время он выйдет на свободу... несколько изменившимся. Ну, я на это надеюсь... Теперь мы знаем всех участников этой драмы... ну или почти всех. Осталось, наверное, нанести последний удар...
И тут воздух рядом с нами снова замерцал. Из портала шагнула фигура. Это был инженер врат Амаймона, выглядевший так, будто бежал марафон.
Инженер: Мой Король! Лорд Саллос! Срочное сообщение! Врата Гоара... они зафиксировали колоссальный всплеск энергии в нейтральных секторах. Кто-то пытается открыть массовый портал невероятной мощности! Гоар запрашивает подкрепление! Кажется, наш друг Кедагримаэль решил действовать напрямую!
Я нахмурился. Что-то здесь не сходилось.
Саллос: Стоп. Вряд ли это может быть Кедагримаэль. Как по мне — я сам видел, как его увела стража Ка Ци Эля, у которого я был. Вряд ли его так просто выпустили... он под надёжной охраной. Скорее всего, где-то есть неучтённые его агенты-Архитекторы, которые потеряли с ним связь... и вероятно, они не его конструкты. Те сдохли сразу, как он переместился в родное измерение своего создателя...
Инженер: Не знаю, не знаю... Гоар просит, чтобы вы открыли свои врата. В любом режиме. На любой случайный адрес. И чтобы то же самое сделали во всех цитаделях...
Мы с Амаймоном переглянулись. Это была странная просьба. Открыть все врата? Без адреса? Это было похоже на попытку создать гигантскую сеть, готовую принять мощный импульс.
— Он боится, что этот портал сожжёт его суперврата, — понял я. — Он хочет распределить нагрузку. Создать «подушку» из сотен мелких порталов по всей Шамбале.
Лицо Амаймона стало каменным. Решение нужно было принимать мгновенно.
— Делай, как он говорит, — приказал Король инженеру. — Немедленно активируй протокол «Сеть». Передай приказ всем иерархам. Все врата должны быть открыты на любую частоту. Сейчас же!
Инженер кивнул и исчез в новой вспышке телепортации.
Король повернулся ко мне.
— Похоже, твой архангел был лишь верхушкой айсберга. Мы только что задели основную базу. И сейчас нам предстоит выдержать основной удар. Готовь своих бойцов к возможной эвакуации. Если этот портал откроется... мы должны быть готовы ко всему.
Мы с Амаймоном и ещё несколькими воинами телепортировались в мой зал врат. Воздух здесь всё ещё пах озоном от недавней битвы.
Я подскочил к главному инженеру, который уже колдовал над пультом управления, пытаясь обойти блокировки ремонтных протоколов.
— Приказ Гоара! Срочно открыть врата на любой максимально возможный адрес... только никто не проходит туда! Просто откройте канал и поставьте защитный щит!
Инженер: (его руки летали над голографической клавиатурой) Но врата отключены и на ремонте... так... всем ремонтникам отойти от своих мест! Экстренное подключение врат! Набираем максимально возможный код вида 7.0, фиор 10-203-405...
Я кивнул. Это был не самый плохой вариант. Этот адрес вёл в один из наших самых старых, небольших мирков-оазисов. Я использовал его как свою резервную базу отдыха, тихое место, где меня не находил даже Амаймон. Идеальная «губка» для лишней энергии.
Адрес был набран. В зале повисла мёртвая тишина, нарушаемая лишь гулом набирающих мощность реакторов. Мы затаились, глядя на гигантское кольцо врат.
Внезапно портал внутри арки озарила мощная, слепящая вспышка белоснежного света. Портал замерцал, по его поверхности пошли волны, словно по воде от брошенного камня. Инженеры закричали:
Инженер врат: Сильная перегрузка! Канал теряет стабильность! Поберегись!
Я едва успел отскочить от главного пульта вместе с Амаймоном. В следующий миг врата с оглушительным хлопком закрылись. Из основного пульта управления полыхнуло пламя, и в нас ударила волна горячего воздуха. Запахло палёной изоляцией и расплавленным металлом.
Когда дым рассеялся, стало ясно: наши главные транспортные артерии вышли из строя окончательно и надолго. Опять будет парализована вся логистика цитадели.
Впрочем, сейчас это было неважно. Я посмотрел на обожжённого инженера, который лежал на полу рядом с дымящимся пультом. Кое-кому нужна была срочная алхимическая помощь.
Амаймон: (оглядывая разрушения) Что ж, хотя бы выдержали. Теперь понятно, почему Гоар просил о помощи. Если бы этот импульс прошёл через его суперврата без нашей «подушки», половина Шамбалы могла бы схлопнуться в сингулярность. Отличная работа, Саллос.
Он подошёл ко мне вплотную.
— Ты снова оказался прав. Это были не остатки армии Кедага. Это был сигнал. Или... прощальный подарок. Он знал, что мы идём за ним. И он активировал протокол самоликвидации своей базы, чтобы она не досталась нам. Но теперь мы знаем наверняка — он действовал не один. У него были союзники здесь, в Шамбале. Кимейес — лишь мелкая сошка.
Король развернулся к выходу.
— Продолжай расследование. Найди мне всех. Каждого, кто имел с ним дело. Соколлос получит полный доступ к архивам Загана и Баэла. Война продолжается, но поле боя изменилось. Теперь это война разведок. И ты в ней лучший. Не разочаруй меня.
С этими словами Король исчез во вспышке портала, оставив меня одного посреди разрушенного зала врат с раненым инженером на руках.
Я срочно вызвал алхимов. Те, ворча на неосторожных техников, споро унесли обожжённого инженера и нескольких ремонтников в лазарет к Ургетариилу.
Оставив Хиариила разбираться с последствиями аварии и составлять отчёты о материальном ущербе, я телепортировался прямиком в замок Гоара. Его цитадель, как всегда, гудела от активности — сотни бесов и инженеров суетились вокруг гигантских врат, которые были сердцем его империи.
Я нашёл Гоара в центре управления, где он лично распекал кого-то из младших инженеров за «некондиционный кристалл-накопитель».
— Гоар, — окликнул я его, подходя ближе. — Не в службу, а в дружбу... открой мне адрес мира 10-203-405, адрес 7.0. Вот данные...
Гоар: (отрываясь от своего занятия и поворачиваясь ко мне) А что, ваши врата совсем того??
Саллос: Похоже, да. И надолго в этот раз. Взорвался и сгорел основной пульт набора. На этот мир был открыт портал по твоему приказу. Хочу проверить, как тот мирок... всё-таки это моя собственность. И кстати, ещё чьи-то врата получили повреждения?
Гоар: В других цитаделях не везде, но неисправности возникли... Канал к нам набирался с какого-то неведомого мне устройства... но на наши врата. Причём именно на мои. Я думал, создаю такие врата только я один. А это явно что-то кустарное. Оно нарушило все протоколы безопасности. И явно было одноразовое... Ладно, сейчас попробуем набрать твой адрес.
Техники Гоара забегали пальцами по светящимся панелям.
Техник (у пульта): Ключ принят! Кодировка... Синхронизация частот... Стабилизация потока!
Наконец набор был закончен. За пеленой огромных врат Гоара возник тот самый маленький мирок... или то, что от него осталось.
Перед нами предстала картина полного опустошения. Оплавленные каменные дома, похожие на потёкшие свечи. Сожжённые дотла деревья, от которых остались лишь чёрные скелеты стволов. Земля была покрыта толстым слоем стеклянной корки. Вся энергия того колоссального импульса ушла сюда. Чем бы это ни было, оно сработало как гигантский громоотвод.
«Вот и нет моей базы отдыха», — мрачно подумал я. Ещё один ущерб в копилку этого бесконечного дня.
«Ну зато ни одна из цитаделей не пострадала и не сгорела», — пришла следующая мысль. Это была главная победа. Мы пожертвовали малым ради спасения целого.
Внезапно кристалл связи на моём поясе завибрировал. Это был Соколлос.
Соколлос: Хозяин! Мы нашли второй канал! Тот импульс, который мы приняли... часть энергии ушла в ваш мир, но другая часть... она разделилась! Мы зафиксировали открытие десятков порталов по всей Шамбале. Большинство вели в пустоту или нестабильные измерения, они схлопнулись почти сразу. Но один... один вёл прямо в сердце владений Баэла.
Мои глаза расширились. Теперь всё встало на свои места.
— Гоар, — сказал я, оборачиваясь к инженеру. — Мне нужно срочно связаться с Баэлом. Кажется, я знаю, куда открывались другие врата. И боюсь, там сейчас происходит что-то очень плохое.
Техники Гоара послушно стали открывать адрес Баэла на вспомогательных вратах, расположенных рядом с основными. Но в обычном режиме портал не открылся. Врата просто не принимали главный, последний ключ. Ни в какую. Будто этого места больше не существовало... либо врата на той стороне были критически повреждены и не отвечали.
Я взял кристалл связи и попытался вызвать Амаймона, но здесь, в мире Гоара, этот вид связи не работал из-за колоссальных помех от суперврат. Кристалл жалобно пискнул и отключился почти сразу.
Гоар: (заметив мою неудачную попытку) Даже не пытайся. Здесь эти каналы заблокированы по техническим условиям использования суперврат. Слишком сильные помехи. Если срочно — вон терминал. (он указал на стоящий в отдалении массивный пульт, опутанный проводами). Там защищённые каналы. Кого вызывать?
Саллос: Амаймона. Срочно.
Наконец, после нескольких минут настройки, голограмма Короля Шамбалы появилась на терминале. Его лицо было несколько усталым, а взгляд — тяжёлым.
Амаймон: Что на этот раз? Рявкнул он. Ты у Гоара, что ли? Впрочем, дело твоё... надо — значит, надо...
Саллос: Цитадель Баэла не отвечает. Ни по обычной связи, ни через астральные каналы. И через врата открыть портал к ним не получается. Мой фиор, куда открывал канал я со своих врат, — сожжён до тла. Я предполагаю худшее... но, может, их врата просто получили повреждения? Король Баэл — важная фигура в Шамбале. Мы должны знать наверняка.
Лицо Амаймона мгновенно утратило всякую усталость. Оно стало каменным и холодным.
Амаймон: Это невозможно. Чтобы цитадель такого уровня полностью исчезла из сети координат... это как стереть звезду с неба. Если они не отвечают... значит, кто-то или что-то активно блокирует все сигналы. Или... (он сделал паузу) ...их мир был изолирован.
Он повернулся куда-то в сторону от терминала, отдавая приказы невидимым подчинённым:
— Диагродас! Поднять всю сеть наблюдения! Проверить сигнатуры мира Баэла! Найти любые следы энергетического всплеска в его секторе!
Затем он снова посмотрел на меня, и в его глазах читалась стальная решимость.
— Готовь свой легион, Саллос. Готовьте штурмовые группы. Мы идём туда вслепую. Если Архитекторы решили нанести удар по одной из ключевых фигур... мы войдём в их логово через любую дверь, которую они для нас оставят. Я отправлю сигнал всем лордам. Общий сбор. Это уже не локальный конфликт. Это полномасштабное вторжение. И мы только что нашли их главную цель.
⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯⎯
Я отключил терминал и посмотрел на Гоара.
— Мне нужно вернуться к себе. Открой мне проход.
Гоар кивнул своим техникам.
— Держи меня в курсе, Саллос. Мои врата будут настроены на координаты Баэла. Как только Диагродас найдёт хоть какой-то след, я сообщу.
Я шагнул в портал и оказался в своём зале врат. Здесь всё ещё пахло гарью. Хиариил ждал меня с кипой новых прошений, но я лишь отмахнулся.
— Всё потом. Срочно вызови ко мне Соколлоса и Кератиоса. Объявляй общий сбор. Код тревоги — «Красный».
Война действительно перестала быть игрой в шахматы. Она превратилась в открытую бойню, и теперь под ударом оказался один из Королей Шамбалы. Я должен был выяснить, что произошло, пока не стало слишком поздно
Я со своими телепортировался туда, где по моим данным располагалась цитадель Баэла... но я её там не обнаружил. Вообще. Ни руин, ни кратера, ничего. Просто голое поле. Пустошь.
Саллос: Ничего не понимаю... просто так схлопнуться их царство не могло... слишком большое... Слишком стабильное...
Мы вернулись к Гоару в его технологическое сердце Шамбалы.
Саллос: Гоар, цитадель Баэла отсутствует на своём месте. Насколько знаю, ты умеешь определять местоположение других цитаделей по их энергетической сигнатуре. Очень надеюсь, что они просто частотно переместились... но куда? Их выкинуло из нашей реальности?
Гоар нахмурился, его пальцы с нечеловеческой скоростью забегали по голографической проекции звёздной карты. Он повернулся к своим техникам и стал отдавать приказы на сложной технической диантрике, языке, полном математических формул и терминов квантовой физики.
Наконец, спустя несколько напряжённых минут, один из техников пискнул:
— Фиксирую слабый сигнал! Врата класса «Супра»! Сигнатура Баэла!
Гоар подошёл к главной консоли, всматриваясь в данные.
— Нихрена себе... — выдохнул он, и в его голосе прозвучала смесь удивления и профессионального ужаса. — Они на расстоянии адреса в 29.3.2.0(1) символа... Это набирать и набирать... Практически рядом с границами системы измерений Фа Му Ка Рах Эля... И если не предпринять должных мер...
Я закончил за него фразу, потому что сам прекрасно понимал законы физики сопредельных миров:
Саллос: ...их погубит частотность и гравитация того мира. Его реальность просто разорвёт их на части. Или, что ещё хуже, ассимилирует. Они станут частью той мёртвой пустыни.
Гоар: Набираем адрес. В транспортировочном режиме. Будем смещать мир Баэла частотно туда, где он должен быть.
Суперврата загудели. Низкий, утробный звук, от которого вибрировали кости, заполнил зал. Начался набор адреса невероятно высокой сложности. Пространство внутри арки врат начало закручиваться в спираль, формируя канал не для перехода, а для перемещения целого измерения. Это была одна из самых сложных операций, на которую были способны технологии Гоара.
Внезапно гул врат изменился. Стал прерывистым, натужным.
Инженер у пульта: (кричит) Мой лорд! Мощности не хватает! Суперврата работают на пределе! Мы теряем стабильность канала!
Гоар: (сквозь стиснутые зубы) Добавить энергии из резервов Ц-4! Быстрее! Если канал схлопнется сейчас, пока мы тянем их через границу реальностей, Баэл будет потерян навсегда!
Панель управления вратами вспыхнула красным аварийным светом. Из кабелей повалил дым. Я чувствовал, как колоссальная энергия, проходящая через врата, начинает искажать саму ткань пространства вокруг нас. Это было опасно. Очень опасно. Но другого выбора не было.
Но всё прошло на ура. Вскоре цитадель Баэла вновь была на своём законном месте, словно её и не сдвигали. Из врат начали выходить ошарашенные демоны его легионов, не понимая, что только что произошло.
Хотя, конечно, системы Гоара немного... подплавились. От главного пульта шёл лёгкий дымок, а один из техников сидел на полу и тряс обожжённой рукой. Но у Гоара техники были проворными, как бесы в винной лавке. Отремонтируют быстро.
— Просто у Баэла слишком большой мир, — выдохнул Гоар, вытирая пот со лба. — Четвёртое место после мира Паймона... Перемещать такие объекты — это как пытаться передвинуть гору с помощью рычага. Суперврата чуть не сгорели.
Я связался с самим Баэлом по кристаллу. Его лицо на голограмме было бледным и растерянным.
Баэл: Саллос? Что за хрень тут произошла? Мои сенсоры зафиксировали колоссальный гравитационный сдвиг! Мы едва не угодили в зону притяжения Фа Му Ка Рах Эля! Я уже думал, нам конец!
Саллос: Рад тебя слышать живым, старый друг. Вас просто немного сдвинуло с координатной сетки. Кто-то или что-то ударило по вашим вратам дестабилизирующим импульсом. Ты в порядке? Твой мир?
Баэл: Мир стабилен, но мои врата... они выгорели изнутри. Мне потребуется помощь твоих алхимиков для лечения персонала и инженеров Гоара, чтобы их восстановить. И я хочу знать имя того ублюдка, который это сделал!
Саллос: У меня есть все основания полагать, что это был прощальный подарок от нашего общего знакомого Кедагримаэля. Он знал, что мы идём, и решил забрать с собой то, до чего мог дотянуться. Это диверсия, Баэл. Попытка посеять хаос и ослабить нас перед главным ударом.
Я отключил связь и повернулся к Гоару.
— Спасибо. Ты спас не просто цитадель. Ты спас Короля.
Гоар: (устало махнув рукой) Не благодари. Лучше подумай вот о чём: если импульс смог сдвинуть целый мир Баэла... значит, мощность того устройства, которое использовали Архитекторы, была поистине чудовищной. И оно сработало всего на треть своей мощности. Две другие трети ушли в пустоту или... куда-то ещё. Куда открывались остальные порталы? Этот вопрос не даёт мне покоя.
Саллос: Как мне успели доложить уже — остальные порталы схлопнулись почти сразу. Они открывались в пустоту, в межмирья или в нестабильные миры хаотическим образом...
Гоар: Хорошо, если так... В таком случае нам повезло. Ваши врата починят... через сутки. У меня есть запасной главный кристалл и новые пульты. Я после прошлого раза вырастил несколько резервных...
Я кивнул, чувствуя, как огромная тяжесть спадает с плеч. Сутки без врат — это неприятно, но терпимо. Гоар был настоящим параноиком, и его запасливость сейчас спасала всю мою логистику.
— Отличная работа, мастер, — я искренне похлопал его по плечу. — Ты снова спас положение. Я твой должник.
Попрощавшись с Гоаром, который тут же принялся кричать на техников, требуя немедленно начать демонтаж повреждённых узлов, я телепортировался обратно в свою цитадель.
В главном зале врат царил разгром. Пульт представлял собой оплавленную груду металла и хрусталя. Инженер уже пришёл в себя и руководил аварийными работами, но было видно, что дело дрянь.
— Хиариил! — крикнул я, найдя секретаря в его кабинете за кипой бумаг. Тот вздрогнул. — Отменяй все встречи на завтра. Цитадель переходит на осадное положение. Все внешние контакты только через курьеров или зеркала связи.
Внезапно в голове раздался приторно-сладкий, вибрирующий голос. Он не был телепатией в чистом виде, скорее — мыслевещание, направленное прямо в мой разум.
Голос: Я вестник нашего главного... я бы хотел попасть в вашу цитадель, лорд Саллос... я не враг... я его предал... а теперь он пропал...
Я нахмурился. Это было либо величайшей наглостью, либо отчаянным шагом. В любом случае, это была информация. Я бросил быстрый взгляд на свой защитный амулет на шее и сжал его, активируя щит. Если это ловушка, пусть попробует меня достать.
— Хорошо, — ответил я вслух, глядя в пустоту перед собой. — Входи. Разрешаю.
Воздух в кабинете мгновенно сгустился, стал плотным, почти осязаемым. Из этой белёсой пелены соткалась фигура ангела. Он был весьма похож на Леувиаха: те же идеальные черты лица, та же статная фигура, но что-то в нём было другим. Более... мягким? Слащавым?
Он распространял за собой шлейф густой, почти видимой благодати, от которой у обычного демона началась бы изжога.
— Я Верувиах Эль, — произнёс он мелодичным голосом, делая лёгкий поклон. — Один из подчинённых Леувиаха. Та подпись на договоре... моя. Хотя да, я подставил своего хозяина... — сказал «ангелочек», виновато опуская глаза. — Я всё объясню... и да... прошу прощения за то, что пострадали почти все телепорты Шамбалы. Это было секретное оружие нашего господина Кедагримаэля... но оно уже сожжено.
Я откинулся в кресле, не сводя с него взгляда. Мой палец лежал на руне активации защитного поля кабинета.
— Объясняй, — гневно бросил я. — Лучше всего в письменном виде. И ещё я включу диктофон.
Я нажал кнопку на столе.
«Протокол допроса. Субъект: Верувиах Эль. Допрашивающий: Лорд Саллос. Время...»
Ангел вздохнул, словно смиряясь со своей участью, и начал рассказ. Его слова были похожи на исповедь, но я знал цену таким «исповедям». Каждое слово нужно было проверять.
— Всё началось с идеи Совершенства, — начал он. — Кедагримаэль... он убедителен. Он показал нам будущее. Будущее без боли, без хаоса перерождений. Мир вечного покоя. Мы должны были лишь помочь ему переписать код реальности. Леувиах отказался сразу. Он верен Всеотцу до мозга костей. А я... я сомневался. Я подписал договор, чтобы выиграть время для Леувиаха, чтобы он успел подготовиться к обороне... Но когда Кедагримаэль активировал своё оружие, я понял, что он обезумел. Он готов уничтожить всё ради своей цели. Поэтому я сбежал. Теперь он исчез, забранный своим отцом, а я остался один. Накажите меня, если хотите, но знайте: я больше не служу ему.
Я слушал его молча, анализируя каждое движение, каждую интонацию. Когда он закончил, в кабинете повисла тишина.
— Интересная история, — наконец произнёс я. — Очень трогательная. Но почему я должен тебе верить?
Верувиах поднял на меня свои ясные глаза:
— Потому что у вас нет другого источника информации изнутри. И потому что я принёс вам подарок. Координаты их следующей цели. Они не остановятся. Они будут пытаться снова. И скоро.
Саллос: — Сколько их... ещё? Его сообщников?
Верувиах молчал. Он просто стоял, потупив взор, словно нашкодивший ребёнок.
Саллос: (голос стал тише и опаснее) Я повторяю вопрос. Сколько ещё ты знаешь его сообщников??
Верувиах: Точно не знаю... учитывая конструкты... было много... но большинство скончались сразу, как только он покинул пределы этого измерения вместе с тобой... Думаю, порядка ещё пятерых. Пятерых ангелов или сильных межмирных демонов из числа серого племени. У них есть отдельное пространство, оно небольшое. Вот координаты, я там был всего один раз и то недолго...
Он протянул мне небольшой кристалл памяти. Я взял его, но не спешил убирать в карман, продолжая допрос.
Саллос: А что это было за супероружие у них такое... которое теперь сожжено?
Верувиах: Что-то наподобие кустарно собранных врат-телепорта на 1+1 кольцо... но с хаотичным набором множественных координат... Его лично собирал Кедагримаэль из подручных компонентов... часть из которых он вырастил сам... Оно не открывало портал в привычном понимании. Оно перенаправляло энергию белых и красных «дыр» пространства в ваши врата-телепорты... кому-то больше, кому-то меньше. Всё зависело от того, открыты или закрыты ваши врата в данный момент... У тех, у кого они были закрыты — удар был сильнее всего, способный частотно сместить целое измерение... а если был открыт исходящий — то мог сгореть тот мир, на который этот портал вёл... если, конечно, он был небольшого размера... Такое себе... орудие хаоса... уж не знаю, как он его изобрёл... не владею квантовой физикой в совершенстве... могу только догадываться...
Это частично подтверждало то, что я видел на примере Баэла и то, что произошло с моим мелким фиором. Логика была дьявольски проста и эффективна: закрытые врата аккумулировали ударную волну изнутри, разрушая свой же фундамент реальности, а открытые становились бикфордовым шнуром для другого мира. Оружие хаоса, созданное существом, желающим навести порядок.
Саллос: А кто запустил этот механизм?
Верувиах: Либо оно само... когда потеряло связь с создателем... либо кто-то из его приспешников... но оно не было рассчитано на повторный запуск... сам хозяин говорил, что схема ненадёжна и сгорит при первом же использовании...
Я встал из-за стола и медленно обошёл вокруг него, остановившись прямо перед ангелом. Мой защитный амулет тихо гудел, создавая между нами невидимую стену.
— Значит, говоришь, Леувиах ни при чём? И ты подписал договор, чтобы выиграть время?
— Да! — с жаром воскликнул Верувиах. — Клянусь!
Я активировал на столе голографический экран и вывел на него изображение одного из договоров.
— Тогда объясни мне, почему почерк на этой подписи идеально совпадает с официальным реестром подписей твоего хозяина, хранящимся в Цитадели Ану Эля? Ты подделал не только подпись, но и саму структуру его ауры.
Лицо ангела побледнело. Благодать вокруг него мигнула и стала нестабильной.
— Я... это...
В кабинете раздался тихий щелчок. Это открылась дверь, которую никто не открывал. На пороге стоял Соколлос. В руке он держал планшет.
— Хозяин, — сказал он, даже не глядя на Верувиаха. — Мы проверили его слова. По нашим данным, настоящий Верувиах Эль сейчас находится в цитадели Ану, заперт в карцере по обвинению в государственной измене. Этот... самозванец. И я знаю, кто это. Это падший. Один из старых агентов Кимейеса. Нигдаритейес. Он использует морок. И еще он обкололся ангельской благодатью..старый наркоман..вон она..из него вытекает
«Ангел» зарычал, его облик пошёл трещинами, как разбитое стекло. Красивая оболочка спала, обнажая истинную сущность — иссохшего демона из серого племени, чья кожа была покрыта гнойными язвами.
— Взять его, — холодно приказал я, деактивируя диктофон. — В камеру для особо опасных. И вызовите сюда настоящего Верувиаха, как только Гоар починит наши врата. Кажется, нам предстоит долгий разговор о том, как глубоко прогнила система безопасности Шамбалы
Два бойца из моей личной охраны, до этого стоявшие у стены неподвижными статуями, мгновенно пришли в движение. Они схватили падшего демона под руки, не обращая внимания на то, как гнойные язвы на его коже оставляют мерзкие пятна на их броне.
— Ты пожалеешь! — прошипел Нигдаритейес, когда его тащили к выходу. Его голос уже не был сладким и мелодичным, теперь он походил на скрежет гвоздя по стеклу. — Кедагримаэль вернётся! Он исправит эту ошибку... эту больную, хаотичную вселенную!
Дверь за ними захлопнулась с глухим стуком. В кабинете повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением диктофона, который я вертел в руках.
Соколлос: (он наконец посмотрел на меня, оторвавшись от планшета) Хозяин, это ещё не всё. Этот агент Кимейеса сказал правду только в одном. Оружие действительно было одноразовым и нестабильным. Но вот что интересно: мы проанализировали остаточный магический фон после импульса. Энергия была направлена не из мира Архитекторов, а через него. Кто-то другой ударил по нам, используя мир Кедага как ретранслятор или щит. Чтобы скрыть свой собственный след.
Я медленно положил диктофон на стол. Это меняло дело кардинально.
— То есть ты хочешь сказать, что Кедагримаэль мог быть просто пешкой? Или, хуже того, он сам жертва?
Соколлос: Именно так. Мы нашли истинный источник сигнала. И он находится совсем не там, где мы думали. Он исходит из системы измерений... Фа Му Ка Рах Эля.
У меня внутри всё похолодело. Система отца Фа была довольно своеобразной системой, даже по нашим меркам. Это не было мёртвым миром в привычном понимании. Скорее, это был гигантский, живой, энергетическо-энергоинформационный организм. Там не было построек или городов; там обитали многомерные сущности, которые были неотъемлемой частью творений своего Владыки и практически никогда их не покидали.
Предательства в системе отца Фа случались гораздо реже, чем в мирах других Архивладык-сыновей Абсолюта. И на то была веская причина. Предать его для большинства его творений означало в большинстве случаев мгновенную аннигиляцию при попытке переместиться в другое измерение — их суть просто распадалась от несоответствия физических законов. У единиц за миллионы лет получалось самостоятельно, без ведома Владыки, куда-либо переместиться. Там нет магии как таковой, но энергии того мира сами по себе... специфичные. Нет слов ни в русском языке, ни в диантрике, чтобы это описать...
Соколлос: Видимо, кто-то научился ею управлять. Или нашёл способ существовать там. Я проверил архивы. Помните ту подпись? «Аш Кадарра Умрэ Фор Шаин Аннаш Керет Шем»? Правая Длань Владыки Шем Ба Рах Ви Эля. Мы думали, это предатель из свиты самого Владыки. А что, если это сам Владыка?
Саллос: Не сходится. Аш Кадарра схвачен Владыкой Шем Ба и скорее всего ликвидирован или заперт в надёжном месте. Может, не соврал наш старый демон-наркоман, и есть ещё кто-то сильный из его приспешников... этого Кедага?
Соколлос: Мда... Точно заперт или уничтожен? Тогда не знаю... Вероятно, всё же есть приспешник. И он очень сильный... раз смог разместиться в районе мира отца Фа. В любом случае, вот координаты этого мира... адрес относительно врат Гоара на 29.3 символа...
Саллос: В любом случае... сейчас туда не отправиться. Повреждены суперврата, и вся сеть телепортов не работает. Гоар обещал починить свои за три-четыре часа, а мои минимум за сутки...да мои даже после ремонта не потянут такой адрес...
Я замолчал, глядя на голографическую карту, где пульсировала точка с заданными координатами. Она находилась на самой границе нашей реальности, в зоне абсолютного хаоса.
— Но у нас есть другой путь, — медленно произнёс я, и эта мысль мне самому не нравилась. Совершенно не нравилась.
Я активировал кристалл связи. На этот раз я звонил не Королю.
Саллос: Соколлос, отменяй все поисковые операции. Мне нужен один конкретный бес. Тот самый Нигдаритейес, которого мы только что посадили. Немедленно доставьте его ко мне обратно. Кажется, нам предстоит сделка.
Когда помощник ушёл, я повернулся к своему начальнику разведки.
— Этот падший сказал одну важную вещь перед тем, как ты вошёл. Он сказал, что оружие сгорело после первого использования. Значит, прямого удара оттуда больше не будет. Они будут действовать иначе: через агентов, интриги, шпионов. Информационная война. И мы только что поймали одного из лучших шпионов Кимейеса.
Я подошёл к окну, глядя на суету во дворе цитадели.
— Приготовь камеру для допросов. И позови Ургетариила. Нам понадобится его особый набор зелий. Я хочу знать о сети Кимейеса всё. Каждое имя, каждый план. А потом... мы предложим ему сделку, от которой он не сможет отказаться. Свобода в обмен на проход в систему Фа Му Ка Рах Эля. Он знает тайные тропы. Он должен знать. Иначе бы он не выжил, работая на Кимейеса так долго.
Пленника привели через несколько минут. Он уже не пытался изображать ангела, его морок спал окончательно. Теперь это был просто иссохший, жалкий демон из серого племени, чья кожа висела лохмотьями, а глаза горели злобой и страхом. Двое бойцов Кератиоса втолкнули его в центр магического круга, начертанного на полу камеры для допросов.
Ургетариил вошёл следом за ними, звеня склянками. В руках он держал свой специфический набор: флаконы с мерцающей жидкостью, от которой шёл пар, кристаллы, пульсирующие тёмным светом, и странные серебряные щипцы, предназначение которых мне знать совсем не хотелось.
Ургетариил: (бодро) О, свежий материал! Какая прелесть. Надеюсь, он будет кричать громче, чем тот имп на прошлой неделе? Его визг до сих пор стоит у меня в ушах.
Я встал со стула, на котором сидел, ожидая их, и подошёл к пленнику. Тот сжался под моим взглядом.
— Ну что, Нигдаритейес, — мой голос был тихим и спокойным, но в тишине камеры он звучал как приговор. — Поговорим о свободе?
Демон поднял на меня взгляд, полный ненависти.
— Я ничего тебе не скажу, Саллос. Кимейес найдёт меня... или ты убьёшь меня. Мне нечего терять.
Я усмехнулся и кивнул Ургетариилу.
— Ты ошибаешься. Тебе есть что терять. Например, рассудок. Или остатки твоей никчёмной жизни без боли.
Алхимик тут же оживился. Он схватил демона за подбородок своей костлявой рукой и заставил открыть рот.
— Смотри-ка, а зубки-то гнилые... — пробормотал он, ловко засовывая ему в глотку какую-то пилюлю. Демон задёргался, пытаясь выплюнуть её, но тщетно.
Через секунду его глаза расширились до предела. Зрачки сузились в точку. По телу прошла судорога.
— Что... что ты мне дал?! — прохрипел он, падая на колени.
Ургетариил: Это, мой дорогой, «Поцелуй Истины». Очень редкая формула. Подавляет волю и заставляет отвечать на вопросы прямо и честно. А чтобы было веселее... я добавил туда каплю «Слез Горгоны». Побочный эффект — ты будешь чувствовать всё, что чувствует камень, когда его дробят молотом. Но только изнутри.
Нигдаритейес закричал. Это был нечеловеческий, животный вопль ужаса и боли.
— ХОРОШО! ХОРОШО! Я ВСЁ РАССКАЖУ!
Я присел перед ним на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне.
— Отличное начало. Первый вопрос: кто твой настоящий хозяин? Не Кимейес. Кто координировал операцию с договорами из системы Фа Му Ка Рах Эля?
Сквозь рыдания и конвульсии демон выдавил одно слово: Кедагримаэль.
Нигдаритейес: (сквозь рыдания и конвульсии) Кедагримаэль... у него был... доступ во многие измерения... он мутировал и сместился по частотности... у него... есть сообщник в мире отца Фа... его зовут... хррр... аааааа... боль... жжётся всё... зовут... Хи Такру Санти Кари Эль... он один из заместителей владыки Фа... он тоже поддерживает эту идею избавления от страданий...
Саллос: (киваю) Хорошо. Боль утихла, позволяя ему говорить. Следующий вопрос. Как попасть в систему Фа? Какие тайные тропы ты знаешь?
Демон честно посмотрел на меня, и его морда исказилась от очередной болевой волны.
Нигдаритейес: А зачем вам тайные тропы, лорд? Вы можете вполне официально обратиться к Амаймону, имя я вам назвал... и тот решит этот вопрос на уровне Совета Девяти Владык в Абсолюте... чего вам зря рисковать собственной энергоструктурой... Хи Такру вполне официально ещё работает на отца Фа, и тот даже не подозревает о его двуличии... возьмёте его тепленьким...
Саллос: А всё-таки? Есть нелегальные проходы? Нам надо это знать для их блокировки. Говори. Или мы будем вскрывать твоё сознание слой за слоем. И поверь, то, что ты чувствуешь сейчас, покажется тебе лёгким массажем по сравнению с тем, что умеет делать вон тот чёрный состав в шприце Ургета...
Наконец, демон сломался.
Нигдаритейес: Есть один способ, — выдавил он. — Нестабильный фиор №SA-57/12+SD34er/AA по старому справочнику миров и фиоров. Принадлежал раньше Загану, сейчас не знаю кому... по-моему, бесхозный. Заган от него, скорее всего, отказался... слишком нестабильный и далёкий, да и мелкий... оттуда открыт нелегальный портал в один из гравитационных карманов на границе мира отца Фа... если войти туда на частоте 92.376, можно оказаться в центре многомерного Оранжевого города отца Фа, для посетителя он будет выглядеть стандартным трёхмерным... но я тем способом не пользовался... слышал, как про него рассказывал своим приспешникам Кедаг... и да... тем же путём оттуда не вернуться... билет в один конец... про обратный путь Кедаг при мне не рассказывал... больше ничего не знаю... делайте со мной что хотите...
Саллос: Ладно, Ургет, дай ему противоядие от своих штучек... если, конечно, оно существует... и в карцер его пока. Покажем эти записи Амаймону. Надо доложить.
Нигдаритейес: (внезапно оживляясь с надеждой в голосе) Вы обещали мне свободу! Может, отпустите?? Я больше не буду ни на кого работать... я слишком стал старый и дряхлый... и ещё эта зависимость от благодати ангелов...
Саллос: Вот именно благодаря этой твоей зависимости я тебе и не верю. И тебя так просто не отпущу. Лучше бы направить тебя на спецлечение. Ибо обещания наркомана — дело такое. Пустое.
Я вышел из камеры, оставив Ургетариила приводить пленника в порядок перед заключением. В коридоре меня ждал Соколлос.
— Записал всё? — спросил я.
— Каждое слово, хозяин. Координаты фиора тоже.
Я направился к лифту, ведущему в мой кабинет.
— Отлично. Теперь у нас есть два пути. Официальный — через Амаймона и Совет Девяти. И неофициальный, через эту дыру в пространстве. И я почти уверен, что наш враг знает о втором пути и, возможно, ждёт нас там.
— Что будем делать? — спросил Соколлос.
Я ответил, подумав:
— Я пойду сейчас доложу Амаймону. Посмотрим, что он скажет насчёт Совета Девяти. Пока ничего не предпринимай. Измерение отца Фа — мир гораздо более своеобразный, чем пространство Ка Ци Эля, в котором демон может выжить хоть и недолго. Там куда более специфичные энергии... сами туда не пойдём.
В этот момент в кармане включился кристалл связи. Это был Гоар.
Гоар: Саллос, мы починили наши суперврата и можем открыть проход куда угодно, хоть на все 108.0 ключей.
Саллос: Благодарю, но пока в этом нет необходимости. Вернее, есть, но пока не надо...
Гоар: Что-нибудь интересное?
Саллос: Гоар, есть к вам предложение пойти со мной сейчас к Амаймону... я к нему с некоторым докладом и соображениями... и у меня есть записи по поводу того устройства, что чуть не разрушило всю систему врат...
Гоар: Ого... быстро работаете... герцог...
Саллос: Да тут и работать не понадобилось... этот демон-наркоман сам ко мне пришёл... веры ему особой нет, но вроде не соврал... мы ему устроили допрос... с пристрастием моего алхима... так что... приходите к Амаймону, Король...
Я переместился во владения Амаймона.
Амаймон: Есть новости?
Саллос: Да, есть... и я позвал сюда ещё Гоара, ему тоже будет интересно это послушать...
Вскоре пришёл Гоар, а с ним также пришли Короли Корсон и даже старик Зиммимар, который вообще редко куда-то выходил из своих покоев. Всем было интересно. Я активировал запись на диктофоне...
Они дослушали до конца.
Амаймон: (после долгой паузы) И что ты решил, Саллос? Пойдёшь чёрным ходом к Фа? Лучше не стоит... Фа более жесток, чем Ка Ци Эль... Я лучше постараюсь решить этот вопрос дипломатическим путём на уровне высочайшего Совета сил Света при Абсолюте... А вы пока не лезьте никуда. И спасибо за координаты. Я думаю, аудитору пространства, Владыке Па Шма Ба Му Элю, не составит труда закрыть нелегальный проход.
Саллос: Есть, господин Король. Слушаю и повинуюсь... В конце концов — я уже устал бегать с этой дурной битвой... хотел бы отдохнуть... проверить свои подаренные вами миры... как там идёт стройка... а то последние дни... то в бой, то по дрова... ни минуты покоя... даже про приёмку душ позабыл...
Внезапно сухой, скрипучий смех Зиммимара прервал мои слова. Старик, похожий на ожившую мумию, подался вперёд в своём кресле, его древние глаза сверкнули.
Зиммимар: Зато вы тряхнули стариной, герцог. Узнаю старого вояку-стратега в вас, а не чиновничьего бюрократа по вопросам сортировки душ и регистрации браков, коим вас видят человеческие гримуары того мира, где ты воплощён...
Я позволил себе лёгкую улыбку. Похвала от самого Зиммимара, хранителя древних законов и времени, была редкостью.
— Благодарю, Владыка.
Амаймон встал со своего трона, давая понять, что аудиенция окончена.
— Вы свободны. Все. Саллос, задержись на минуту.
Я остался стоять перед троном, когда Гоар и остальные Короли покинули зал.
— Я ценю твою инициативу, — тихо сказал Амаймон, подходя ближе. — И твою верность. Но ты прав. Ты заслужил отдых. Возвращайся в свою цитадель. Я решу вопрос с Советом. Это уже не твоя битва.
Я склонил голову.
— Как прикажете, мой Король.
Я телепортировался обратно в свой кабинет. В нём было тихо и пусто. Хиариил куда-то исчез по делам.
Я подошёл к окну и посмотрел на свою цитадель. Война с Архитекторами закончилась так же внезапно, как и началась. Угроза была нейтрализована дипломатией высших сил.
***
Внезапно я почувствовал чьё-то присутствие за спиной. Я резко обернулся, рука легла на эфес меча.
В углу кабинета стоял Верувиах Эль. Настоящий Верувиах. Его аура была чистой и сильной.
— Как вы... как вы прошли через мою защиту? — спросил я, не убирая руки с оружия.
Ангел сделал шаг вперёд.
— Ваш враг был прав в одном, лорд Саллос. Страдания — это ошибка мироздания. Но его метод был безумием. Мы нашли другой путь. Путь гармонии между Светом и Тьмой. И я пришёл предложить вам союз.
Он протянул мне руку.
— Мы знаем о вашем истинном происхождении. О том, кем вы были до падения. Вы были величайшим стратегом Ану Эля. Вы можете помочь нам восстановить баланс без разрушения.
Я смотрел на протянутую руку ангела, затем на свою собственную руку в перчатке.
Война была окончена. Но мир только начинался. И этот новый мир пах не порохом и гаввахом, а чем-то совершенно иным.
Я медленно убрал руку с меча и хотел было пожать руку ангела, но вовремя опомнился. По завету с Амаймоном, по самой сути моего нового бытия, я не должен был сотрудничать с силами Света.
— Щедрое предложение, — сказал я, отступая на шаг. — Разумное. Но у меня своё начальство теперь. Я должен посоветоваться с ним... кстати, я только что оттуда. Теперь это их битва. Я взял самоотвод.
Верувиах понимающе кивнул. В его глазах не было ни обиды, ни осуждения.
— Да, знаю. Вам запрещены контакты с силами Света, в том числе со стороны Ану Эля есть прямой запрет. Мы не будем его нарушать. Да и у вас своё царство... Вы останетесь демоном... просто есть шанс пойти на некоторую мировую с вашим бывшим истоком, с Ану.
— Благодарю... Верувиах, тронут... — я говорил искренне. — Но, тем не менее, не сочти это за продолжение войны — моя энергетика слишком сильно изменилась с тех пор, как я вылетел из сил Света. Я больше не стремлюсь к продолжению сотрудничества со Всеотцом Ану. Во-первых, это было бы предательством по отношению к моему текущему начальству, а во-вторых... — я позволил себе лёгкую, спокойную улыбку, — ...я простил Ану и проработал связанную с ним свою психотравму. Теперь разрыв с ним не является для меня никаким страданием. Вот честно.
Верувиах ещё раз кивнул, и на его лице промелькнула тень уважения.
— Я понимаю вас, Саллос. Больше, чем вы думаете. Иногда, чтобы обрести истинный мир, нужно пройти через падение. Вы его прошли. Вы стали цельным.
Он сделал шаг назад, и его фигура начала таять в воздухе.
— Пусть Иа Шин Хария процветает под вашим правлением. Мы будем наблюдать.
С этими словами он исчез, оставив после себя лишь лёгкий, едва уловимый шлейф сладости ангельской благодати и ощущение странной, необъяснимой чистоты.
Я остался один в кабинете. Тишина казалась теперь не гнетущей, а умиротворяющей.
Я подошёл к своему столу, заваленному бумагами, и посмотрел на них с лёгким отвращением. Бюрократия. Мирная жизнь возвращалась на круги своя.
Внезапно дверь распахнулась. В кабинет ворвался Цапкариллос.
— Хозяин! Там ещё столько всего на столе осталось... гигантские креветки... я так и не поел, тебя ждал... Можно, принесу? С инфернальным лимоном и пряные мидии под клюквенным соусом!
Я не смог сдержать смеха. Это был самый нормальный, самый человеческий вопрос за последние несколько дней.
— Неси, Цапкар. Я зверски голоден. Набегался туда-сюда... и дико устал.
Я сел в кресло и с наслаждением откинулся на спинку. Война была окончена. По крайней мере, для меня. Новых нападений пока не ожидалось. Впереди был пир с гигантскими креветками, горы бюрократии и, возможно, визит Амаймона для «разбора полётов». Но то будет завтра. А сейчас... был просто мир. И это было неплохо.
Вернулся Цапкар, а за ним семенил один из поваров, который с трудом удерживал огромный поднос. На нём высилась гора мидий в кроваво-красной клюквенной заливке, от которой шёл умопомрачительный пар. Рядом повар держал второй поднос с двумя здоровенными креветками размером с небольшую кошку. Их панцири были ярко-алыми, а мясо, казалось, светилось изнутри.
Мы принялись за еду. Я с хрустом отломил клешню у одной из креветок, и сочное, нежное мясо буквально растаяло во рту, оставив после себя вкус моря, пряностей и чего-то неуловимо божественного.
— Ка Ци Эль знает толк в угощениях, — промычал я с набитым ртом.
В этот момент дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова Хиариила. Его нос активно шевелился.
— Хозяин? — неуверенно спросил он. — Я... я почувствовал запах... это что, легендарные подводные деликатесы?
— Заходи, Хиариил, — махнул я рукой с зажатой в ней клешнёй. — Присоединяйся. Это приказ.
Секретарь просиял и быстро юркнул в кабинет, найдя себе свободный стул. Мы ели вчетвером (если считать крокодила, который тоже получил свою порцию), смеясь и обмениваясь ничего не значащими фразами.
На запах из своих покоев даже выполз сонный Ургетариил, но, получив свою порцию мидий, тут же удалился обратно, бормоча что-то про новые алхимические опыты с морепродуктами.
Больше никаких происшествий за вечер не случилось. Это был просто тихий вечер в конце очень долгой войны. И впервые за долгое-долгое время я чувствовал себя по-настоящему... дома.
