— Десятки раз! Я десятки раз вызывала на соседей полицию! Но знаете, что происходит? Они как будто караулят, у окон стоят и наблюдают. Как только патрульная машина въезжает во двор, они мгновенно выключают музыку. Полная тишина. Полиция поднимается, стучит в дверь, им никто не открывает. Патрульные разводят руками: «Нарушений тишины нет, мы уезжаем». А через десять минут после их отъезда музыка включается снова! Они просто издевались надо мной.
***
Дима выскочил на площадку в одних шортах, сильно покачиваясь от выпитого. За его спиной из сорок третьей квартиры доносились пьяные крики и глухой бас караоке, который внезапно оборвался секунду назад. Татьяна стояла у открытого металлического щитка, сжимая в руке связку ключей. Ее пальцы дрожали от усталости и злости. На ней был синий медицинский халат скорой помощи — она только приехала с тяжелой смены и надеялась поспать хотя бы три часа перед следующим вызовом.
— Я не включу, — тихо, но твердо сказала Татьяна, поправляя очки на переносице. — Пять часов утра. Вы орете всю ночь. У меня дежурство через три часа, я живой человек!
— Да мне плевать, кто ты! — Кирилл, второй студент, вывалился следом, держа пластиковый стакан. — Мы деньги платим! Включай рубильник, слышишь, тетка? Или я тебе сейчас устрою дискотеку прямо здесь!
— Я вызвала полицию, — Татьяна попыталась закрыть щиток. — Они едут.
— Слышь, ты, задолбала уже своей полицией! — Дима шагнул к ней и сильно толкнул плечом в грудь.
Татьяна отлетела к кирпичной стене. Карман ее медицинского халата с треском порвался по шву, из него выпал фонендоскоп. Очки слетели с переносицы и лопнули под тяжелым кроссовком Кирилла.
— Ой, очки сломались! Какая жалость! — пьяно ухмыльнулся Кирилл, специально наступив на них еще раз. — Теперь не увидишь, куда идти.
— Вы с ума сошли?! — Татьяна зажмурилась, мир перед глазами расплылся в мутные цветные пятна. — Что вы делаете?!
— Мы тебе устроим сладкую жизнь, поняла? — Дима наклонился к ее лицу, обдав запахом перегара и дешевого табака. — Еще раз полезешь к автоматам — пожалеешь, что вообще здесь квартиру купила. Поняла меня, крыса медицинская?
Третий парень, Никита, лениво высунулся из двери квартиры:
— Пацаны, хорош, пошли внутрь. Света нет, че на площадке тереться. Щас соседи копов нагонят.
Дима напоследок пнул оторванный карман ее халата:
— Помни, тетя Таня. Теперь каждый день будешь у нас под дверью плясать. Проходу тебе не дадим.
Спустя три часа Татьяна сидела в кабинете местного отдела полиции. На ней был все тот же синий халат с оторванным карманом, а на переносице сидели старые запасные очки с изолентой на дужке. Кабинет лейтенанта Смирнова был душным, пахло казенной бумагой и дешевым кофе. Лейтенант Смирнов, молодой парень, лениво заполнял протокол.
— Заявление я принял, Татьяна Васильевна, — произнес Смирнов, не отрывая взгляда от монитора. — Но давайте еще раз по порядку. Вы утверждаете, что конфликт длится давно?
— С сентября, как только они въехали, — тихо ответила Татьяна, потирая ушибленное плечо. — Три студента. Дима, Кирилл и Никита. Снимают сорок третью квартиру. Моя — сорок вторая, прямо за стеной. Стены у нас панельные, тонкие. Слышимость такая, будто мы в одной комнате живем.
— И как часто они шумят?
— Каждую пятницу и субботу. Регулярно. У них там постоянные вечеринки, караоке, пьяные крики, басы гремят так, что у меня посуда в шкафу звенит. И все это продолжается до пяти утра. Каждую неделю одно и то же.
— Вы пробовали вызывать наряды полиции? — спросил лейтенант, постукивая ручкой по столу.
— Конечно вызывала! — воскликнула Татьяна.
— А с собственником квартиры вы связывались? — Смирнов сделал пометку в бланке. — Кто там хозяин?
— Иван Андреевич. Ему сорок восемь лет. Я звонила ему раз пять. Рассказывала все, умоляла принять меры. Знаете, что он мне ответил в последний раз?
— Что же?
— Сказал мне дословно: «Ребята платят вовремя, аккуратные, квартиру не портят. А то, что они отдыхают в выходные — имеют полное право, они молодые. Купите себе беруши, Татьяна Васильевна, и не мешайте людям жить». Представляете? Имеют право орать в микрофон до утра! А то, что я работаю врачом скорой помощи, спасаю людей и мне нужен полноценный сон перед суточными дежурствами, его вообще не волнует.
— Понятно, — вздохнул следователь. — Иван Андреевич, значит. Проверим его. А сегодня ночью что произошло? Почему вы сами полезли к щитку?
— Потому что у меня сегодня тяжелая смена, — Татьяна прижала ладонь к лицу. — Я приехала домой в четыре утра. Без ног. Мечтала поспать хотя бы три часа. А за стеной — ор, караоке, пьяный хохот. Я стучала им в стену — ноль реакции. Позвонила Ивану Андреевичу — он сбросил вызов. Тогда я вышла в подъезд и выключила им автоматы в электрощите. Просто хотела, чтобы они замолчали.
— И они выскочили?
— Да. Дима и Кирилл. Никита стоял в дверях. Они были сильно пьяны. Дима сразу начал орать, толкнул меня. Я отлетела к стене, ударилась плечом и бедром. Он порвал мой медицинский халат. А Кирилл наступил на мои очки. Раздавил их специально, с ухмылкой. Сказал, что теперь я ничего не увижу.
— Они угрожали вам?
— Да! Дима кричал, что устроит мне сладкую жизнь. Обещал, что я пожалею о покупке квартиры в этом доме. Я действительно боюсь возвращаться домой после смены. Они ведь пьяные, невменяемые.
— Мы проведем проверку, Татьяна Васильевна, — серьезно сказал Смирнов. — Побои вы зафиксировали в травмпункте?
— Да, вот справка. Синяк на левом плече, ссадина на локте. И рецепт на новые очки. Мои старые восстановлению не подлежат.
— Хорошо. Я вызову этих молодых людей на беседу. И собственника тоже потрясем. Напишем рапорт.
Татьяна решила не ограничиваться заявлением в полицию. На следующий день она направилась в налоговую инспекцию. В кабинете инспектора она подробно описала ситуацию с незаконной арендой.
— Мы зафиксировали ваше обращение, Татьяна Васильевна, — произнесла инспектор, принимая заявление. — Проверим сорок третью квартиру на предмет незаконного предпринимательства и уклонения от уплаты налогов. Хозяин, Иван Андреевич, действительно не подавал декларации за последние три года.
— Спасибо. Я просто хочу, чтобы все было по закону, — ответила Татьяна.
Когда вечером она возвращалась домой, у подъезда ее ждал Иван Андреевич. Он стоял у скамейки, нервно переминаясь с ноги на ногу. Его лицо исказила гримаса злости.
— А, вот и наша спасительница! — раздался его громкий, злой голос.
Татьяна вздрогнула, но постаралась сохранить спокойствие.
— Здравствуйте, Иван Андреевич, — Татьяна поправила очки с изолентой.
— Здравствуй, Танечка, здравствуй, дорогая! — закричал он, шагнув к ней. — Ты что творишь, а? Совсем из ума выжила на своей скорой помощи?!
— О чем вы говорите? — спокойно спросила она, хотя сердце забилось быстрее.
— О чем?! Мне сегодня из налоговой инспекции звонили! Вызывают на беседу! Ты на меня донос написала?!
— Я написала заявление о незаконной сдаче квартиры в аренду. Вы сдаете жилье людям, которые нападают на соседей, ломают чужие вещи и нарушают закон. Вы отказались решать вопрос мирно. Теперь будете решать его с государством.
— Да ты понимаешь, что ты мне всю жизнь сломала?! — орал Иван Андреевич на весь двор. — Мне теперь придется платить налоги за три года, пени и огромный штраф! Это сотни тысяч рублей! Из-за твоей паршивой жалобы!
— Ваши жильцы избили меня, Иван Андреевич. Они порвали мою рабочую одежду и разбили очки за двенадцать тысяч рублей. Вы считаете, это нормально?
— Да они просто молодые парни! Выпили лишнего, пошумели! Ну погорячились, с кем не бывает? Ты сама к ним полезла, свет вырубила! Провокаторша! Ты думала, тебе все с рук сойдет?
— Я хотела спать перед дежурством, — твердо ответила Татьяна. — И я имею право на тишину в своей квартире после одиннадцати вечера. Закон на моей стороне.
— Закон?! — Иван Андреевич зло рассмеялся. — Посмотрим, как твой закон тебе поможет, когда тебе здесь житья не будет! Ребята съезжают, я их выселяю, потому что мне этот геморрой не нужен. Но ты потеряла соседа, а приобрела врага в моем лице. Я эту квартиру пустовать не оставлю. Я ее сдам таким людям, что ты эти тихие вечеринки студентов со слезами вспоминать будешь!
— Если вы сдадите квартиру нарушителям, я снова обращусь в полицию и налоговую, Иван Андреевич. И в прокуратуру. Я не позволю себя запугивать.
— Ты думаешь, самая умная? — он сделал шаг вперед, его лицо было в сантиметре от ее лица. — Да я тебя из этого дома выживу, поняла? Ты у меня сама уедешь, бесплатно квартиру отдашь, лишь бы сбежать!
— Отойдите от меня, — Татьяна выставила вперед сумку. — Я вызову полицию прямо сейчас. И зафиксирую еще одну угрозу.
Иван Андреевич зло сплюнул под ноги:
— Вызывай кого хочешь, докторша. Жизнь я тебе устрою веселую. Жди сюрпризов.
Спустя неделю во дворе дома развернулась финальная сцена этого противостояния. Татьяна возвращалась домой после дневной смены. У подъезда стояла большая грузовая машина для перевозки мебели. Из сорок третьей квартиры студенты вытаскивали свои вещи.
— О, глядите, крыса медицинская идет! — Дима бросил тяжелую коробку со звуковой системой в кузов грузовой машины. — Че, радуешься, тетя Таня?
— Радуюсь тишине, Дима, — спокойно ответила Татьяна, проходя мимо.
Кирилл нес спортивные сумки, злобно глядя на нее сквозь зубы:
— Мы-то уедем, найдем квартиру получше. А вот ты тут останешься. Как тебе спится в старых очках, нормально?
— Спится отлично, — Татьяна остановилась у подъезда. — А вам советую почитать законы о тишине перед тем, как заселяться на новое место. Следующий сосед может оказаться не таким терпеливым, как я.
— Да пошла ты! — огрызнулся Дима. — Скажи спасибо, что легко отделалась.
— Это вы легко отделались уголовным делом за порчу имущества, — заметил подошедший со второго этажа пожилой Семен Петрович. — Парни, шевелитесь быстрее. Ваши коробки тут весь проход загородили.
Иван Андреевич вышел из подъезда, держа в руках папку с документами. Увидев Татьяну, он остановился и медленно подошел к ней.
— Ну что, Татьяна Васильевна, довольна результатом? — тихо спросил он. Его голос звучал глухо. — Ребят выселили. Квартира пустая. Рада?
— Я рада, что закон работает, Иван Андреевич, — ответила она. — Теперь в подъезде будет спокойно.
— Закон работает? — он горько усмехнулся. — Ну-ну. Из-за твоего закона я потерял стабильный доход. И мне выставили штраф в налоговой. Ты мне бизнес разрушила. Ты понимаешь, сколько я потерял?
— Вы потеряли деньги, потому что нарушали закон и не хотели платить налоги. И потому что ваши жильцы вели себя как преступники. Если бы вы вовремя отреагировали на мои звонки, мы бы нашли компромисс.
— Компромисс с тобой? — Иван Андреевич затушил сигарету о стену подъезда. — Да ты же упертая. Тебе просто скучно жить, вот ты и цепляешься к молодым ребятам. Сама небось в молодости не гуляла?
— Я в молодости училась в медицинском институте и работала санитаркой по ночам, чтобы выжить, — спокойно ответила Татьяна. — И я всегда уважала право других людей на отдых.
— Уважала она... Ладно, докторша. Квартиру я эту сдавать больше не буду. Я ее продаю. Но напоследок я сделаю так, чтобы ты меня долго помнила.
— Вы снова мне угрожаете? — Татьяна посмотрела на него. — Семен Петрович, вы слышите?
— Слышу, слышу, — отозвался Семен Петрович. — Иван, ты бы шел отсюда. Тебе проблем мало? Суда захотел, как твои квартиранты?
— Да какого суда! — махнул рукой Иван Андреевич. — Я просто говорю, что земля круглая. Сегодня ты мне нагадила, Татьяна, а завтра тебе помощь понадобится. Скорая твоя не всегда успеет, когда тебе плохо станет. Или машина твоя во дворе вдруг загорится. Всякое бывает в нашем районе. Проводка там старая, замкнет случайно...
— Моя машина застрахована, Иван Андреевич. И во дворе стоят камеры видеонаблюдения. Если с ней или со мной что-то случится, полиция придет к вам в первую очередь. Участковый Смирнов предупрежден о ваших угрозах.
— Да чихал я на твоего Смирнова! — зло выплюнул Иван Андреевич. — Посмотрим, как ты запоешь через месяц. Прощай, соседка. Надеюсь, тебе будут сниться очень сладкие сны.
Он развернулся, сел в свою белую машину и резко нажал газ. Автомобиль с визгом шин вылетел со двора.
Дима и Кирилл закинули последние вещи в кузов грузовика.
— Бывай, тетя Таня! — крикнул Дима, залезая в кабину. — Не болей!
Грузовая машина медленно тронулась и уехала, оставив после себя облако сизого выхлопного дыма.
Татьяна проводила их взглядом. На площадке перед подъездом наконец-то воцарилась тишина.
— Ну вот и все, Васильевна, — Семен Петрович вздохнул. — Избавились от напасти.
— Избавились, — тихо ответила Татьяна, поправляя очки с изолентой на дужке. — Но почему-то мне совсем не радостно.
— Да брось ты. Главное — теперь спать будешь спокойно. А Иван... собака лает — ветер носит. Не посмеет он ничего сделать, трус он обычный. Только пугать умеет.
— Надеюсь, Семен Петрович. Очень надеюсь.
Татьяна повернулась и медленно вошла в прохладный подъезд. Она поднялась на четвертый этаж, открыла дверь своей сорок второй квартиры и заперла ее на все замки. До дежурства оставалось еще несколько часов, и впервые за долгое время за стеной стояла абсолютная, благословенная тишина...
Ещё больше рассказов здесь
Жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
Как подписаться на Премиум и «Секретики» →канала ←
Самые → лучшие и обсуждаемые ← рассказы.
Интересно Ваше мнение, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка канала ;)