Жена Архиепископа Кентерберийского принимала у себя королеву Викторию, Оскара Уайлда и Генри Джеймса. Она была блистательной хозяйкой, остроумной собеседницей и образцовой супругой иерарха. Но, если бы все было так просто, я бы не писала о ней свой рассказ. Ее судьба превратилась в одну из самых странных и пронзительных историй викторианской эпохи.
«Умнейшая женщина в Европе»
Мэри Сиджвик родилась в 1841 году в Йоркшире, в семье священника. Она была единственной дочерью среди шести детей, умной с детства до неприличия – и это в эпоху, когда женский ум считался скорее помехой, чем достоинством. Впоследствии премьер-министр Великобритании Уильям Гладстон назовёт её «умнейшей женщиной в Европе». Но пока ей 11 лет, и за ней уже наблюдают.
Наблюдает 23-летний двоюродный брат Эдвард Бенсон: молодой, честолюбивый, глубоко религиозный – и, судя по его собственным записям, весьма методичный человек.
Его дневник
В дневнике Эдварда того периода есть много интересных записей. Он рассуждает, подходит ли маленькая Минни (так звали Мэри домашние) ему в жёны: отмечает, что она плакала только при его отъезде, что прилежно читала книги, которые он упоминал в разговоре, и учила наизусть стихи, которые ему нравились. На основе этих наблюдений он взвешивает, стоит ли остановить на ней выбор.
Видимо, вердикт он вынес положительный: когда Мэри исполнилось 12 (!), Эдвард сделал ей предложение, а несколько ночей спустя он пришёл не к Мэри, а к её матери: сказал, что если «Минни вырастет такой же милой и умной девочкой, какой является сейчас», он хотел бы сделать этот «прекрасный бутон» своей женой. И разрешение было получено.
6 лет Эдвард методично занимался воспитанием будущей супруги: направлял её чтение, формировал вкусы, учил, какой ей следует быть. Когда Мэри исполнилось 18, они поженились.
В браке: чужой человек рядом
Не то чтобы Эдвард был плохим человеком – в целом он был умным, образованным, искренне верующим. Но дома он оказался настоящим цербером: жёстким, требовательным, не допускавшим ни малейшего отступления от установленного порядка. Ни жена, ни дети этого не ценили. Рано вышедшая замуж, Мэри обнаружила, что в браке оказалась глубоко несчастна.
А ещё – и это было главным – Мэри просто не испытывала к мужу никакого влечения. Зато совершенно внезапно для себя она стала замечать, что испытывает его к женщинам. Она начала вести дневник, где фиксировала свои чувства. Когда у неё наконец завязались первые отношения с женщиной – некой Мэри Эдвардс – она записала, что та была её 39-м увлечением.
Ее дневник
В 1889 году в доме Бенсонов появилась Люси Тейт – дочь предыдущего Архиепископа Кентерберийского. Формально её позвали как опору для Мэри после смерти одной из ее дочерей. На деле Мэри и Люси уже были в отношениях, которые продлятся ещё 30 лет.
Эти отношения давались Мэри мучительно, ведь она, как ни странно, была глубоко верующим человеком. Противоречие между верой и желанием она изливала во все тот же дневник. Вот одна из записей:
«Ещё раз и со стыдом, Господи, дай умереть во мне всем плотским страстям, и да живёт и растёт во мне всё, принадлежащее духу. Господи, взгляни на Люси и меня и дай исполниться тому союзу, которого мы обе так слепо, каждая по-своему, всё время желали».
Удивительно, как в одном абзаце сочетаются и просьба уничтожить желание ,и просьба его исполнить.
Люси при этом никаким стыдом не мучилась. Она писала Мэри напрямую:
«Нет никакого смысла нам с тобой иметь что-либо вместе, кроме именно того, чего мы всегда хотели с самого начала. Никакие другие отношения не имеют ни малейшего смысла».
Когда Мэри однажды предложила некий компромисс с воздержанием, Люси отвергла это как «раздачу призов в воскресной школе» и добавила:
«Я требую тебя саму – и каждую частицу тебя».
Освобождение?..
11 октября 1896 года Эдвард Бенсон скончался прямо во время исповеди.
Мэри, конечно, горевала, ведь по сути ее муж не был плохим человеком. Но в дневнике написала кое-что ещё:
«Я никогда не имела времени быть ответственной за собственную жизнь. В каком-то смысле я чувствую себя сейчас более взрослой, чем когда-либо прежде. Странно – впервые за пятьдесят пять лет я не отвечаю ни перед кем».
Люси переехала к ней почти сразу после этого трагического события.
Парадокс
Эдвард Бенсон в 1883 году стал Архиепископом Кентерберийским – высшим церковным саном Англии. Он был человеком с железными убеждениями, выстроившим свою жизнь по жёсткому чертежу: правильная жена, правильная семья, правильный Бог. Но парадокс заключался в том, что по сути ни одна из его целей не была в итоге достигнута.
Жена его не любила. Дети его боялись и не унаследовали ни одной из его ценностей – никто из шестерых так и не женился, у некоторых проявились признаки серьёзных психических расстройств. Один сын стал католическим священником, что для главы англиканской церкви было почти оскорблением, другой писал светские романы. Дочь занималась египтологией.
А вдова после его смерти переехала с любовницей в загородный коттедж и прожила там в покое ещё 22 года.