Последняя декада апреля в новосибирской филармонии отличалась особой интенсивностью: концерты фестиваля «Струны Сибири», выступление объединенного оркестра двух музыкальных театров – Мариинского и Большого под управлением Валерия Гергиева, 100 - летний юбилей Александра Зацепина и 60-летие солистки филармонии Ольги Осиповой, программа сибирских композиторов «Апрельские тезисы» и сочинения Гласса, Брукнера и Шенберга в исполнении струнного квартета «Филармоника». Среди этого концертного «разнотравья» особое место занимает 3-я симфония Густава Малера, прозвучавшая в концертах абонемента Академического симфонического оркестра под управлением Димитриса Ботиниса.
История исполнения музыки Малера в России носит причудливый характер. Еще при жизни композитора (напомним, что он скончался в 1910 году) состоялись его выступления в Петербурге и Москве в качестве дирижёра. И только в третий приезд в 1907 году он представил собственную музыку. Это было исполнение 5-й симфонии, которое вызвало неоднозначные оценки.
После пятнадцатилетнего перерыва, вызванного как событиями Первой мировой, так и Гражданской войн, культурную блокаду начали прорывать немецко-австрийские дирижёры, многие из которых непосредственно общались с Малером. Первым среди них был Оскар Фрид, считавший себя учеником Малера-дирижера и выступавший в России в 1905-1910 годах и представивший российской публике его Вторую симфонию в зале Санкт-Петербургской консерватории. В 1932 и в1934 годах в Ленинграде он дирижировал Первой симфонией и «Песней о земле».
Еще два ученика Малера-дирижёра активно концертировали в Советском Союзе. Первый них Бруно Вальтер, гастролировавший в СССР в 1920,1923 и 1927 годах. В январе 1927 года в Ленинграде, в зале Дворянского собрания (ныне Большой зал Санкт-Петербургской филармонии), где когда-то дирижировал Малер, он представил Четвертую симфонию своего учителя и друга.
Второй знаковой фигурой двадцатых годов стал Отто Клемперер, давший в 1924-1929 годах в Ленинграде 30 концертов. Правда, собственно симфонических партитур Малера поначалу в его репертуаре не было. В марте 1928 года четыре песни Малера спела жена дирижёра сопрано Иоганна Клемперер – маэстро аккомпанировал ей на рояле. А через год состоялось первое оркестровое исполнение в СССР «Песни о земле» с солистами Софьей Преображенской и Николаем Куклиным (русский перевод Михаила Кузьмина). В программах Клемперера чаще всего звучала музыка Бетховена. Так, под его управлением прошли концерты, посвященные 100-летию смерти композитора (1927) – «Торжественная месса» и, конечно, исполнение почти всех симфоний Бетховена (1, 3, 5, 6, 7, 8, 9).
В связи с этим вспоминается филармоническая легенда, соединяющая имена Клемперера и Ивана Соллертинского (1902-1944). Последний в 1923 году закончил Институт истории искусств в Петрограде, сотрудничал с Ленинградской филармонией, выступал на страницах прессы как театральный и музыкальный критик. В дальнейшем был художественным руководителем Ленинградской филармонии и был эвакуирован с ней в Новосибирск осенью 1941 года. Он обладал поистине энциклопедическими знаниями, был полиглотом (знал 26 языков). Был знатоком музыки Брукнера и Малера. Впоследствии написал книжку о симфониях Малера.
1 of 6
Согласно легенде, Соллертинский, обожавший розыгрыши, подошёл на улице к Клемпереру и, не будучи знакомым с известным дирижером, обратился к нему со следующим текстом: «Комсомольцы механического цеха завода «Красный пролетарий» очень просят вас продирижировать циклом симфоний Брукнера и Малера». Дальнейшее очень напоминает ситуацию из известного стихотворения С. Маршака «Человек рассеянный»: «Вожатый удивился, трамвай остановился…». Клемперер также удивился и порадовался любви «Красного пролетария» к Брукнеру и Малеру, но предложил для начала прослушать цикл из симфоний Бетховена. Так, механический цех оказался лишенным музыки Брукнера и Малера, но цикл из симфоний Бетховена был, как мы знаем, реализован, книжка о Малере написана, а молодой критик и известный дирижер стали друзьями. Свою любовь и интерес к музыке Малера Соллертинский передал своему петроградскому другу, молодому композитору Дмитрию Шостаковичу.
В послевоенные годы интерес к музыке Малера начинает восстанавливаться, в том числе и в нашей стране. Одним из первых пропагандистов творчества Малера становится Кирилл Кондрашин. В его фигуре и творчестве соединяются два понятия: «Малер» и «Новосибирск». Дело в том, что К. Кондрашин был первым дирижёром, ставшим за пульт только что образованного Новосибирского симфонического оркестра. И первый официальный концерт 7 октября 1956 года в посёлке Чеснаковка (переименован в 1962 году в Новоалтайск), шёл род управлением К. Кондрашина (солист Э. Гилельс).
Димитрис Ботинис: «Если что-то великое, то это навсегда»
Первое выступление оркестра в Новосибирске, в помещении Концертного зала Театра оперы и балета состоялось 14 октября того же года и программа была поделена на отделение «кондрашинское» (Чайковский, Первый концерт для фортепиано с оркестром, солист Э. Гилельс») и отделение, которым дирижировал главный дирижер и художественный руководитель молодого оркестра Арнольд Михайлович Кац (Шостакович, 10-я симфония и Чайковский, «Итальянское каприччио»).
К. Кондрашин стал одним из «первооткрывателей» музыки Малера в Новосибирске. Под его управлением в 1959 году прозвучала Первая симфония австрийского композитора (Кондрашин же был первым дирижером Третьей симфонии в СССР). Но этот год был поистине урожайным: Малера дирижировал А. Кац (Пятая и Десятая симфонии, «Песни странствующего подмастерья»), А. Стасевич (Четвертая симфония). Затем последовал почти 20-летний перерыв – в 1978 году симфониями Малера дирижировали А. Кац, Г. Юдин, Г. Ринкавичус. Но регулярно Малер занял свое место на афишах Академического симфонического только с начала «нулевых».
Любопытна статистика - данные, которыми любезно поделилась дирекция оркестра, дают представление о том, какие из симфоний Малера чаще всего звучали в концертах оркестра за прошедшие семь десятилетий его существования:
- 1 симфония – 9 раз
- 2 симфония – 1 раз
- 3 симфония – 2 раза
- 4 симфония – 6 раз
- 5 симфония – 10 раз
- 6 симфония – 3 раза
- 7 симфония – 2 раза
- 8 симфония – не исполнялась
- 9 симфония – 3 раза
- 10 симфония – 4 раза.
Налицо «крен» в сторону двух партитур: 1-й и 5 симфоний (последняя была любимым сочинением Малера у А. М. Каца). Симфония № 3 в первый (и до недавнего времени последний раз) исполнялась в сезоне 2017 года под управлением Томаса Зандерлинга, ставшего в том году главным дирижёром и художественным руководителем оркестра. Поэтому так интересно было появление этого сочинения спустя почти десятилетие.
Третья симфония Густава Малера произведение очень необычное, даже загадочное. Начнем с того, что это одно из самых протяженных по времени звучания произведение мировой симфонической музыки - 1 час 40 минут. Она была сочинена в 1893-96 годах и впервые исполнена в 1902 под управлением автора. Огромный исполнительский состав, особенно в части медных, деревянных духовых и ударных инструментов. Есть вокальные голоса: альт-соло и женский хор. Композитор отмечал, что ему нужны инструменты «вдали» - почтовый рожок и малые барабаны, и «в вышине» - колокольчики и детский хор.
Миссия первых. Команда Терешковой приятно удивляет новосибирцев
Эти особенности в известной степени объясняют исполнительскую судьбу симфонии. Но главная особенность – это композиция и характер музыки. Это гигантское произведение представляет собой симфоническую поэму из шести частей. Смысл и содержание ее раскрывал сам композитор в переписке с друзьями, но при этом всячески протестовал против обнародования её для слушателей в качестве программы. «Отражение мира» во всём его многообразии, картины вечной и неизменной природы – таковы «сюжетные» линии произведения. Как нередко происходит в симфоническом творчестве Малера, поэтическое слово становится важным «соучастником» музыкального действия. Из литературного творчества Ф. Ницше он выбирает идею о взаимодействии двух начал – аполлонического и дионисийского, он увлечен пантеизмом как животворящей силой.
После огромной первой части («Пан пробудился. Лето вступает в права» по определению самого композитора) - следуют две менее масштабные - вторая и третья («Что мне рассказывают цветы на лугу» и «Что мне рассказывают звери в лесу»). Эти части выполняют функции интермеццо в классическом симфоническом цикле. Затем наступает пора вокальных номеров: «Что мне рассказывает человек» для соло альта на текст Ницше из «Полуночной песни Заратустры»: «…всякая радость хочет вечности - глубокой, глубокой вечности!» и детского хора «Поют три ангела сладостный напев» из сборника «Волшебный рог мальчика», поистине неисчерпаемого источника немецкой народной поэзии, музыкальной обработкой песен, собранных там, занимались К. М. Вебер и Ф. Мендельсон, Р. Шуман и И. Брамс, А. Веберн и А. Цемлински. Для Малера эта книга была особенно близка. Кроме одноименного песенного цикла, на тексты из сборника написаны вокальные части Второй и Четвёртой симфоний. Его «Песни странствующего подмастерья» также открываются строками из «Волшебного рога».
И, наконец, завершает всю эпопею финальная часть («Что мне рассказывает любовь»). Музыка этой части, полная совершенной гармонии и красоты, перекликается (или предвосхищает?) знаменитое Адажиетто из Пятой симфонии.
Некультурная столица или Культурная недостолица: почему кто-то усомнился в потенциале Новосибирска?
Для Академического симфонического оркестра Новосибирской филармонии работа над Третьей симфонией Малера стала серьезным испытанием. Огромный состав требовал мобилизации всех творческих ресурсов. Оркестр с честью справился с этой задачей, особенно это было заметно при звучании медной группы. Великолепно звучал весь оркестр в третьей и шестой частях симфонии. Все его партнёры - женский состав Новосибирской хоровой капеллы и детский хор «Журавушка», солистка Полина Шамаева достойно участвовали в программе. И конечно же дирижёр Димитрис Ботинис.
Симфонии Малера, композитора и дирижёра становятся важной вехой для каждого дирижера. Оценивая работу Ботиниса, я вспоминал слова Гектора Берлиоза, одного из основоположников профессионального дирижерского искусства, перечислявшего качества, присущие людям этой профессии: точность, гибкость, чуткость, темперамент, хладнокровие. Качества, слитые «в одном непостижимом инстинкте, составляющем талант настоящего дирижера!»
Итак, загадка Третьей симфонии оказалась разгаданной, а новосибирская «малериана» обогатилась еще одним достижением. Однако нас ждёт продолжение: на октябрь намечено исполнение Второй симфонии Густава Малера.