Глава МИД Швеции Мария Мальмер Стенергард заявила 15 июня, что страны ЕС должны сообща противостоять «теневому флоту России». Политолог Антон Бредихин объяснил «НИ», что такими мерами европейцы могут готовить почву для морской блокады России.
Морская охота идет не по плану
Министр иностранных дел Швеции Мария Мальмер Стенергард заявила 15 июня, что Швеция, Франция, Бельгия и Великобритания задерживали российские танкеры, но другие страны «похоже, игнорируют этот вопрос». Об этом она сообщила в письме главе евродипломатии Кае Каллас и главе МИД Кипра Константиносу Комбосу.
«Прежде чем попасть в Балтийское море, теневой флот проходит через другие европейские акватории. Крайне важно, чтобы все государства — члены ЕС разделили ответственность за сдерживание экосистемы, поддерживающей эти суда», — заявила министр.
9 июня в порту Роттердама задержали капитана контейнеровоза, регулярно ходившего между Нидерландами и Санкт-Петербургом. На борту обнаружили товары, якобы подпадающие под санкционные ограничения ЕС, а нидерландская таможня заподозрила, что маршрут мог использоваться для обхода санкций. Этот эпизод стал частью более широкой дискуссии вокруг так называемого «теневого флота» — судов, которые на Западе связывают с перевозкой российских грузов в обход ограничений.
Ранее в пресс-службе МИД России отметили, что ради достижения цели лишения России доходов от международной торговли в Евросоюзе изобрели определение «теневой флот», которого не существует в международном морском праве и под прикрытием которого осуществляется разбой на морских коммуникациях.
Под надуманными и натянутыми предлогами досмотрам и задержаниям подвергаются суда, которые отвечают всем критериям свободного и беспрепятственного судоходства, — заявили в МИД России.
Суда задерживают по понятиям, а не по закону
Понятие «теневой флот» может использоваться в политической лексике, но с правовой точки зрения оно не имеет четкого содержания, заявил в беседе с «НИ» политолог, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института Китая и современной Азии РАН Антон Бредихин.
«В словарном запасе политиков это слово, может быть, и закрепилось, но его нет ни в международном праве, ни в национальном законодательстве, — отметил Бредихин. —
Такое понятие не должно использоваться во внутренних документах Евросоюза как правовая категория до тех пор, пока оно не будет нормативно закреплено. Тем более этот термин не может автоматически становиться основанием для задержания судов».
С точки зрения самих стран, задерживающих суда, должны быть заранее прописаны понятные критерии: какой стране, какой компании или какой структуре принадлежит конкретное морское судно и на каком основании оно относится к так называемому «теневому флоту». Если такая связь не доказана и не закреплена юридически, то говорить о санкциях против «теневого флота» невозможно — это остается абстрактным политическим понятием.
Подобные задержания выходят за рамки привычных правовых категорий. Он сравнил ситуацию с исторической практикой использования частных операторов в интересах государств, напомнив, что в прошлом каперы могли действовать в интересах, например, британской короны, не будучи напрямую государственным флотом.
«Мы видим повторение исторических практик, только в современном формате», — сказал Бредихин.
По его мнению, если захват или задержание судна происходит вне ясных правовых оснований, это создает вопрос о международной ответственности и фактически выводит ситуацию в сферу «серого» права.
Бредихин подчеркнул, что задержание судов под иностранными флагами на основании их предполагаемой связи с Россией требует четких критериев. Пока таких критериев нет, европейские страны, по его оценке, не имеют никакого права называть эти суда российскими и задерживать их как часть «российского флота».
«Вполне реалистично, что западные страны могут отрабатывать элементы морской блокады российских перевозок на Атлантическом направлении, — заявил Бредихин. —
Раз они исходят из того, что Россия не является частью западной цивилизации, то такой подход диктует и соответствующие решения в отношении предположительно российских судов — как торговых, так и военных».
На фоне дискуссии о так называемом «теневом флоте» западные страны уже несколько раз задерживали суда, связанные с перевозкой российских грузов. 26 декабря 2024 года Финляндия задержала танкер Eagle S, следовавший из Санкт-Петербурга в Египет. Судно ходило под флагом острова Кука. Позднее, 2 марта 2025 года, танкер был освобожден.
12 марта Швеция взяла на абордаж и арестовала в Балтийском море танкер Sea Owl I под флагом Коморских островов. Шведская прокуратура заявила, что капитана подозревают в использовании поддельных документов.
20 марта Франция перехватила в Средиземном море танкер Deyna под мозамбикским флагом, который следовал из Мурманска. Президент Франции Эмманюэль Макрон назвал суда, обходящие международные санкции и нарушающие морское право, «военными спекулянтами».