«Муж в могиле, сын в тюрьме. Помолитесь обо мне»: 50 фактов об Анне Ахматовой, раскрывающих её с неожиданных сторон. Судьба, сотканная из противоречий, и голос, который невозможно забыть
Об авторе Майя Ставитская — предприниматель, мама двух взрослых детей, постоянный колумнист LiveLib, читает несколько сотен книг в год (и пишет на них рецензии!), ведет каналы «Book Addict Читаем с Майей» в telegram и Дзене.
Место Анны Андреевны Ахматовой в русском поэтическом пантеоне особое. Аббревиатура ААА — не назову другого автора, который удостоился бы такой общепринятой меты. Снежная Королева, «икона стиля», звезда Серебряного века. Вдова расстрелянного поэта, Николая Гумилева. Мать историка и этнографа, репрессированного Льва Гумилева. Та, что говорила: «Я была со своим народом. Там, где мой народ, к несчастью, был» и настаивала на том, что она не поэтесса, а поэт.
Личность и судьба, сотканные из противоречий. Окруженная поклонниками на протяжении всей жизни, чтимая и боготворимая, по большому счету была одинока. Будучи одной из самых значительных фигур русской литературы, но гонимая властью, не нажила земных богатств и даже дома своего не имела. Всю жизнь скиталась по чужим углам, но держалась с императорским достоинством. Обожаемая одними и люто ненавидимая другими. Что мы знаем и чего не знаем об Анне Ахматовой? Я собрала здесь неочевидные факты о ней (и таки да, я ахматовка лет с шестнадцати), которые раскрывают Анну Андреевну с неожиданных сторон.
- Горенко — такова фамилия, под которой она пришла в мир.
- Мемориальная доска. Одесситка: родилась Анна Андреевна в съемном домике на улице Хрустальной этой некоронованной южной российской столицы. Когда ей, пятнадцатилетней, показали этот домик, сказала: «Здесь когда-нибудь будет мемориальная доска». На что мать ответила: «Как же плохо я тебя воспитала!»
- Русалочка: рожденная у Черного моря в канун Ивана Купалы девочка быстро выучилась плавать и делала это превосходно, держась на воде часами. «Анечка, у тебя ножки в хвост срастаются», — говорили ей родные.
- Пророчица: с детства удивляла родных странным даром видеть то, чего не видят другие, и особенно остро — чуять скорую смерть.
- Акумой (ведьмой) называли ее мужья Шилейко и Пунин, колдуньей — Гумилев. «Из логова змиева, из города Киева / Я взял не жену, а колдунью».
- Псевдоним: «Ахматовой» была прабабка АА, но именно связь с татарскими корнями она, рожденная в Одессе, росшая в Киеве, всякое лето проводившая в Крыму, любила подчеркивать, злясь, когда ее называли «хохлушечкой».
- Несчастное детство: брак родителей был неравным и без любви. Красавец-бонвиван отец женился на маме, некрасивой и безалаберной в быту, но дворянского рода. Быстро промотал ее богатое приданое и оставил семью с крайне скудной помощью, а детей было уже шестеро.
- Смерти в семье: из шестерых детей семьи Горенко выжили только Анна и самый младший брат Виктор, о котором, ушедшем на Первую мировую, у родных долго не было сведений. После он нашелся на Дальнем Востоке, но Анна после 1914-го года так с ним и не увиделась.
- Смолянка: Аня Горенко месяц училась в Смольном институте, но вспоминала об этом с гордостью и взрослой.
- Верещагин: соседом по даче родственников в Балаклаве, где всякое лето гостили Горенки, был художник-баталист Верещагин (автор «Апофеоза войны»).
- Синяя тетрадь: первое стихотворение написала в одиннадцать лет: «Сюда, ко мне поближе сядь, / Гляди веселыми глазами, / Вот эта синяя тетрадь / С моими детскими стихами». Но первые стихи остались лишь в воспоминаниях, Аня их сожгла.
- Любила плавать и бегать на лыжах, а коньков не любила и кататься на них, в отличие от первого мужа, так толком и не научилась.
- Пушкин: особое родство с пушкинской легкой музой жило в ней всегда, было ощущение себя преемницей его таланта: «Смуглый отрок бродил по аллеям» — из царскосельского цикла. В Царском селе девочкой жила и она.
- Дафнис и Хлоя: гимназист Коля Гумилев познакомился с гимназисткой Аней Горенко под Рождество 1903-го года, когда ему было семнадцать, а ей четырнадцать лет. «Вот идут по аллее, так странно нежны, / Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя» (Гумилев, «Современность»).
- «Неневестная невеста»: первый раз Гумилев сделал ей предложение весной 1905-го года и получил отказ. С перерывами, устно и письменно, он будет звать ее замуж до 1907-го года, когда она пообещает замужество, отказав в последний момент, и отношения прекратятся на три года, возобновившись лишь в 1910-м году, когда они поженятся.
- Дуэль: но прежде была дуэль. Гумилев стрелялся с Волошиным из-за Елизаветы Дмитриевой, поэтессы-хромоножки, создавшей самую громкую литературную мистификацию Серебряного века, Черубину де Габриак. Мне приходилось читать о разных версиях конфликта, в изложенной Алексеем Толстым, гумилевским секундантом (а стрелялись всерьез и место выбрали нешуточное — Черную речку), Гумилев вычислил псевдоним и дал понять Дмитриевой, что она разоблачена, на что дама повела себя некорректно, обвинив его в домогательствах, и вдохновитель мистификации, Волошин, дал Гумилеву пощечину.
- Экспедиция: удивительно, но, добившись согласия Анны, Николай вместо подготовки к свадьбе… засобирался в африканскую экспедицию.
- Модильяни: рисунок Амедео Модильяни, изображающий полулежащую Анну, относят к 1910-му году — времени свадебного путешествия молодоженов в Париж, но сама АА говорила, что он сделан годом позже, и это один из шестнадцати, уцелевший в пожаре. Пикантная деталь — много позже на аукционе были выставлены найденные рисунки Моди — ню, модель которых поразительно напоминает молодую АА.
- Транжира. Росшая в скудости, Аня в замужестве обрела финансовое благополучие — Гумилев положил на ее счет две тысячи рублей, отправляясь в экспедицию. О величине суммы вы можете судить по такому сравнению: издание первого ее сборника стихов обошлось ему в сто рублей. Ко времени возвращения мужа деньги у нее закончились.
- Лучшая в мире свекровь: Анна Ивановна Гумилева, не в пример большинству мам женихов, хотя и не признавала в младшей невестке (жену старшего сына тоже звали Анной) красавицы, всегда относилась к ней с любовью и поистине материнской заботой.
- Грибники: в гумилевской усадьбе Слепнево, где подолгу гостила АА, она страстно полюбила собирать грибы, азарт «тихой охоты» останется с ней на всю жизнь.
- «Змея»: невероятно гибкая от природы, Ахматова легко могла, изогнувшись, коснуться затылком пяток, показать «змею» и охотно это демонстрировала.
- Гумильвенок — так в семье называли маленького Леву Гумилева.
- «Бродячая собака». Впрочем, родителями Гумилев и Ахматова были не то чтобы самыми ответственными. К счастью, Бог благословил их лучшей из бабушек, Анной Ивановной, у которой в Слепневе малыш жил, тогда как Анна с Николаем проводили ночи в недавно открывшемся поэтическом кафе «Бродячая собака».
- «Бражники и блудницы». Хотя назвать это «тусовочное» времяпрепровождение прожиганием жизни было бы неправильно. Для обоих супругов-поэтов время в «Собаке» являлось скорее пиар-акцией в терминах сегодняшнего времени. Основатель акмеизма, руководитель самого модного литературного журнала и прирожденный организатор Гумилев; невероятно похорошевшая, осиянная парижским шиком Анна, самая модная поэтесса — для них это тоже было работой. А все же в словах: «Все мы бражники здесь, блудницы, / Как невесело вместе нам» — немалая доля правды.30 сериалов и 90 книг для любителей классической литературы Гид по 30 лучшим сериалам по мотивам классической литературы: от «Джейн Эйр» до «Мисс Марпл». К каждому сериалу — подборка из 3 книг, близких по духу. Откройте связь литературы и кино в атмосферной подборке экранизаций!Читать дальше
- Измены. Не хочется развенчивать прекрасный романтический образ влюбленных, разлученных репрессивной машиной. Но, казалось бы, счастливый брак затрещал по швам задолго до расставания в 1914-м и официального развода в 1918-м. В «Собаку» Гумилев приходил открыто в сопровождении очередной пассии, Ахматова тоже заводила любовников, хотя делала это не демонстративно.
- «Я послал тебе черную розу в бокале / Золотого, как небо, аи» — эти стихи Блока обращены, хотя и не к АА, но к ее лучшей подруге того времени Ольге Судейкиной, жене знаменитого художника и Коломбине, о которой в «Бражниках и блудницах»: «А та, что сейчас танцует, непременно будет в аду».
- «Нероман» с Блоком. Блок, когда слава молодых поэтов только начиналась, уже был на небосклоне отечественной поэзии звездой абсолютной величины, его обожали все, как во второй половине века станут обожать поп- и рок-звезд, а в наше время, пожалуй, никого. Для АА важно было получить от Александра Александровича поэтическое благословение, и они проговорили несколько часов, встретившись, но главным предметом разговора было море и любовь к нему обоих.
- Чужие письма. Когда Гумилев был во второй африканской экспедиции, к которой вечный бродяга готовился втайне от жены и отбыл, несмотря на ее уговоры, свекровь попросила Анну навести порядок в его бумагах. Разбирая их, она нашла пачку любовных писем, красноречиво подтвердивших еще один роман мужа.
- Орест. Письма были от признанной красавицы, актрисы труппы Мейерхольда Ольги Высотской, которая родила от Гумилева сына Ореста, когда Льву был всего год. Много позже, в 1939-м, когда обоих сыновей арестуют, Ольга, приезжая в Ленинград хлопотать за него, станет останавливаться и жить у АА.
- «Четки». К 14-му году, времени выхода первого «взрослого» ахматовского сборника «Четки», брак прогорел насквозь. Книге она предпослала эпиграф: «Прости ж навек. Но знай, что двух виновных, / Не одного найдутся имена».
- «Он был хорошенький мальчик». Встретившись в 1915-м году с Сергеем Есениным, который с Клюевым пришел навестить их, Ахматова отозвалась о нем пренебрежительно: «Он был хорошенький мальчик, а теперь его физиономия — пошлость».
- «В его присутствии скорость обращения крови удваивалась». А с Мандельштамом ее, напротив, связывали долгие дружеские отношения, чета Гумилевых сразу поняла и приняла этого юношу, в котором Гиппиус увидела только нескладную неказистость, Ахматова же описывала «тень от ресниц в пол-лица». И говорить друг с другом они могли часами напролет, подхватывая фразы один другого.
- Шумерские письмена. В голодные, холодные послереволюционные времена АА, неприкаянная и подурневшая, пробовала читать стихи на митинге — не освистали, но смотрели с презрением. Вчерашняя властительница дум сделалась никому не нужной. Тогда-то и встретила Вольдемара Шилейко, шумеролога и ассиролога, который неплохо устроился в этих новых обстоятельствах. Скорее от бесприютности и отчаяния вышла за него, чем по душевному родству.
- В черном теле. Брак с Шилейко оказался несчастливым с самого начала. В любви АА всегда расцветала, на безлюбье чахла, в этих отношениях дошла до полной ничтожности. Он дико ревновал ее и даже запирал на ключ, уходя.
- Самовар. Покончила АА со вторым браком, когда увидела, как «мудрец-безумец» Шилейко разжигает самовар рукописью ее «Подорожника».
- «По такой лестнице — только на казнь». Гумилев навестил бывшую жену, которая жила тогда на Сретенке, для храбрости взяв с собой друга. Провожая его по крутой лестнице для прислуги, она сказала: «По такой лестнице только на казнь». Это было 7 июля 1921 года, а в ночь с третье на четвертое августа Николая арестовали.
- Страшный август. 7 августа 1921 года умер Блок, 10 августа, на его похоронах, она узнала об аресте Гумилева, 25 августа его расстреляли. «Он любил три вещи на свете: / За вечерней пение, белых павлинов и стертые карты Америки. / Он не любил детского плача, чая с малиной и женской истерики. / А я была его женой».
- «Третье матримониальное несчастье» — так называла АА свой пятнадцатилетний союз, по сути — гражданский брак с Николаем Пуниным. Он, женатый, с годовалой дочерью Ирочкой, не оставил семью, всегда бездомная Ахматова перешла к ним жить после отъезда в эмиграцию Ольги Судейкиной, у которой жила прежде.
- Сватовство Пильняка. При этом блистательный Борис Пильняк, один из самых востребованных и обеспеченных советских писателей (всегдашний франт, ездил на собственном «Форде», был выездным), тот, что позже был арестован и расстрелян за «Повесть непогашенной луны», не раз предлагал АА замужество и всякий раз, бывая в Ленинграде проездом, присылал корзину роз. Отказывала.
- Годы молчания. Все время, которое длилась связь с Пуниным, все эти годы стихи бежали от нее. Занималась переводами, писала статьи, но с 1922-го по 1937-й год не написала ничего значительного.
- «Масло для Ирочки». Когда 17-летний Лев приехал в Ленинград поступать на исторический, остановившись у матери в квартире Пуниных, ему сразу дали понять, что здесь не рады: «Масло только для Ирочки», — сказал Пунин. Это стало не первым и не последним, но весомым клином, вбитым в отношения между матерью и сыном.
- Письмо Сталину. В 1933-м году, когда Льва арестовали в первый раз, АА вымолила ему свободу прочувствованным письмом Сталину. Она, к слову, не разделяла мандельштамовской презрительной аттестации «кремлевского горца» как главаря захватившей власть бандитской кодлы. Для нее Сталин был скорее инфернальным злом вселенского масштаба.
- Второй арест. Не то было со вторым арестом сына в 1938-м году, когда репрессивная машина заработала в полную силу. Известно, что Лев ставил матери в вину, что она недостаточно хлопотала о нем, но в реальности она делала все, что могла, только на сей раз хлопоты не подействовали.
- «Реквием». К этому времени относится основной объем работы над поэмой «Реквием», вершиной зрелого творчества Ахматовой и подвигом гражданственности. В центре — фигура матери, бессильной в попытках спасти сына от произвола государственной карательной машины.
- «Муравьиная царица». Все биографы отмечают, что, эвакуированная из блокадного Ленинграда в Ташкент, АА сделалась фигурой № 1 русской культурной диаспоры, всегда скорее интровертная, впервые примерила на себя роль королевы, которую играет свита. С этой ролью в дальнейшей своей жизни сжилась совершенно.
- Счастливый год. Год после возвращения победителя-сына с фронта, куда он попросился из норильской каторги (срок сократили с первоначальных десяти до пяти лет), мать и сын прожили счастливо, в гармонии, АА снова начала издаваться, оба зарабатывали переводами.
- Третий арест. В 1949-м году Льва Николаевича арестовывают в третий раз, он винит мать, да она и сама себя винит. Свободу и реабилитацию он получит лишь в 1956-м году, после ХХ съезда (не в 1953-м, когда многих выпускали).
- Окончательный разрыв. Горько говорить, но возвращение сына — катастрофа в их с АА отношениях. Бесполезное дело — пытаться разобраться, кто сильнее виноват. Она предпочла родному сыну дочь Пуниных, он ревновал и чувствовал себя обделенным. Раз в сердцах даже назвал мать старухой-процентщицей — она никак не помогла ему финансово, хотя зарабатывала тогда хорошо, и сыну друзей, Алексею Баталову («Он же Гога, он же Гоша» из «Москва слезам не верит»), купила «Москвич».
- «Какую биографию делают нашему рыжему». Когда арестовали Иосифа Бродского, любимого ученика Ахматовой и постоянного гостя ее дачи-«конуры» в Комарово, отчасти заместительную фигуру сына, она сказала эту фразу. И в очередной раз оказалась пророчицей.Анна Ахматова — одна из самых сложных и неоднозначных фигур русской литературы: святая грешница; гедонистка-транжира и адепт святой нищеты; мучимая мужской жестокостью и сама немало мучившая; голос всех страдающих матерей страны и разорванные отношения с сыном; обожаемая читателями и ненавидимая властью. Ну а какой живой человек прост и однозначен?
Она была гением, и с нами ее стихи. А это главное.
Три причины подписаться на группу Новости...
Спасибо, что вы с нами!