Конец ноября. Год примерно две тысячи третий. Семь часов утра. Когда полусонные москвичи и гости столицы вползли в вагон метро на серой ветке, идущей в центр, то испытали настоящий шок. На одном из сидений в середине вагона сидел дедок в домотканой рубахе, подпоясанной веревкой, в меховой жилетке, в таких же домотканых штанах и лаптях. На руках он держал небольшой суконный мешочек. Дедок был весь какой-то чистенький, опрятный, ухоженный. Из-под кустистых бровей выглядывали веселые глаза приметного цвета спелой вишни. - О! - воскликнул мужчина лет сорока в очках и дорогой куртке. - Это ТЮЗ на выезде? Дед Шишок? Дед степенно разгладил седую бороду и важно ответил: - Кузьмичем зови. Не обижусь. В театрах не служил. Просто человек я захожий. Много где бывал. Вот на людей смотрю. - А чего на нас смотреть? - нервно спросила сидящая рядом дама лет пятидесяти в шляпе, которую она все время поправляла. - Интересно. Люди все разные. А грешат все так же, как в древности. - Ты что ли безгрешный?