Гарри Гудини умел выбираться из кандалов, ящиков, мешков и ситуаций, в которых обычный человек уже мысленно писал бы завещание. Но за образом «человека без замков» стояли не магия и не мистический дар, а бедное детство, железная дисциплина, любовь к матери и опасная привычка проверять собственное тело на прочность.
Мальчик, который не боялся замков
Будущего Гудини звали Эрик Вайс. Он родился в 1874 году в семье венгерских евреев, а через несколько лет вместе с родителями переехал в Америку. Семья надеялась на лучшую жизнь, но всё вышло не так празднично: денег стало меньше, отец потерял работу, а мальчику пришлось рано понять, что чудеса сами себя не оплачивают.
С детства Эрик обожал разбирать механизмы. Игрушки, часы, замки — всё это было для него не загадкой, а задачей. Однажды он даже вскрыл шкаф со сладостями, чем, вероятно, доказал: карьера уже выбрана, осталось только найти сцену. После похода в цирк он увлёкся фокусами, акробатикой и начал тренироваться — бегал, подтягивался, отжимался. В девять лет его уже взяли в цирк, где он выступал с воздушными гимнастами.
Почему Эрик Вайс стал Гарри Гудини
В юности ему попалась книга о французском иллюзионисте Робере Удене. Эрик был так впечатлён, что решил не просто повторять чужие номера, а создать новую версию себя. Так появился Гарри Гудини — имя громкое, удобное для афиш и совсем не похожее на имя мальчика, который когда-то просил милостыню, чтобы помочь семье.
Гудини быстро понял главное: зрители любят не просто фокус, а ощущение невозможного. Исчезновение предметов, освобождение из оков, побеги из запертых ящиков — всё это выглядело как лёгкая игра, хотя за каждым номером стояли репетиции, расчёт и холодная голова. Он мог развлекать публику так, будто между ним и смертью заключён рабочий контракт. Но контракт, как выяснилось позже, был не бессрочный.
Мешки, кандалы и Бутырка
Чем известнее становился Гудини, тем опаснее были его номера. Его подвешивали в мешке на высоте, бросали в реку в кандалах, запирали в ящиках, даже закапывали. Публика ахала, он выбирался, кланялся и уходил под овации — бодрый, обаятельный и, как правило, с новыми травмами.
Особенно эффектно Гудини выглядел в тюрьмах. Во время гастролей он разрешал надзирателям использовать самые сложные замки и кандалы, а потом всё равно освобождался. Для зрителей это было шоу, а для охраны — профессиональное унижение. В Бутырской тюрьме его номер восприняли особенно болезненно: охранникам показалось, что артист не просто развлекает публику, а демонстративно показывает заключённым, что из-под надзора можно уйти. Согласитесь, для тюремной администрации это была не лучшая реклама службы безопасности.
Не только фокусник, но и разоблачитель
Гудини был не только человеком, который эффектно исчезал. Он занимался благотворительностью, выступал перед больными и заключёнными, помогал сиротским домам и богадельням. Он очень любил мать и тяжело пережил её смерть. После её ухода даже обращался к медиумам, надеясь получить хоть какой-то знак.
Именно поэтому позже он с такой яростью обрушился на спиритуалистов и «посредников с потусторонним миром». Гудини сам хотел верить, но увидел в этом индустрию обмана. Он писал разоблачительные статьи и книги, а публика, конечно, надеялась найти там секреты его собственных трюков. Не тут-то было: секреты Гудини оставил при себе.
Финал его жизни оказался страшно будничным для человека, который годами побеждал кандалы и замки. По одной из версий, зрители решили проверить, правда ли он может выдерживать удары в живот, и ударили его без предупреждения. Позже у Гудини лопнул аппендицит, начался перитонит. В 1926 году великий иллюзионист умер, оставив после себя легенду, состояние и главный вопрос: где заканчивалась техника и начиналось настоящее чудо?
Больше о Гудини и других фокусниках вы можете узнать из следующих книг:
- «Иллюзионист. Иногда искусство заставляет идти на преступление, а иногда преступление – это искусство…» Александр Подольский и др.
Похожие материалы: