13 января 2006 года. Чхонан, провинция Чхунчхон-Намдо.
Типичный корейский город средней руки: спальные многоэтажки, рынки, автобусные терминалы, а вокруг — горы, поросшие сосной и бамбуком. В тот пятничный вечер патрульный экипаж остановил на окраине белый «Дэу-Ланос». За рулём сидел невысокий, сутулый мужчина в очках, на заднем сиденье — молодая женщина с заплаканным лицом. Она бросилась к полицейским:
«Он хотел меня убить! Он сказал, что закопает меня, как тех!».
Мужчина спокойно возразил:
«Это недоразумение. Мы просто поругались».
Но женщина, дрожа, указывала на багажник. Там нашли рулон скотча, лопату и несколько женских сумочек. Началось расследование, которое вскрыло одну из самых страшных серий убийств в истории корейской провинции.
Глава I. Исчезающие женщины
За год до этого в Чхонане и соседнем городе Асан начали пропадать женщины. Они исчезали без криков, без следов, без свидетелей. Первые заявления в полицию поступали от родственников, но оперативники не спешили поднимать тревогу: взрослые женщины, возможно, уехали, возможно, скрывают долги. Но когда число пропавших за полгода достигло шести, а все они были примерно одного возраста — от 25 до 40 лет — и многие работали в индустрии развлечений или подрабатывали в барах, следователи начали подозревать серию.
Тела первых двух жертв нашли в октябре 2005 года на склонах горы Квандоксан, что к югу от Чхонана. Обе были задушены, раздеты, на лицах — следы побоев. Их зарыли в неглубокие могилы, присыпав листвой. Но даже тогда полиция не связала эпизоды воедино. Убийства списали на «разборки сутенёров». Слухи о маньяке ходили, но официально их не подтверждали.
Глава II. Хозяин бара
В ноябре 2005 года полиция задержала 45-летнего хозяина одного из баров в Чхонане. Он был судим за сводничество, и несколько пропавших женщин работали у него. Под давлением он признался, что «наказывал» девушек за долги, но отрицал убийства. Его алиби на даты исчезновений частично подтвердилось, а главное — пока он сидел в следственном изоляторе, пропала ещё одна женщина. Подозрение сняли. Следствие зашло в тупик.
Тем временем настоящий преступник продолжал колесить по провинции. Он не прятался, не бежал за границу, не менял внешность. Он просто был незаметен. 32-летний Ким Ён Чжун, безработный, освободившийся из тюрьмы в 2003 году после отсидки за мошенничество, жил в съёмной комнате в Асане. Днём он листал газеты, выискивая объявления о найме. Вечером садился в старый «Дэу-Ланос» и выезжал на охоту.
Глава III. Охотник за телами
Метод был прост. Ким звонил женщинам, искавшим работу через газетные рубрики «Ищу работу», «Требуется персонал», «Массаж». Представлялся администратором салона или менеджером караоке. Назначал встречу в безлюдном месте. Оценивал жертву. Если она была одна, без поддержки, садилась в машину, он увозил её в лес. Там насиловал, душил и закапывал. Если женщина казалась ему «неподходящей» — переносила встречу или приходила с подругой, — он отказывался от неё, извинившись.
С октября 2004 по январь 2006 года он убил десять женщин. Одну из них — 32-летнюю Пак Ын Су — закопал прямо в парке у подножия горы, рядом с жилыми кварталами. Другую — 28-летнюю Чхве Ми Ён — спрятал в старом колодце. Он не оставлял следов, не вещал трофеев, не вёл дневников. Он просто убивал, находя в этом болезненное удовлетворение.
Но тринадцатого января 2006 года система дала сбой. Очередная жертва — 35-летняя Ли Хён Джу — оказалась не из робких. Когда Ким завёз её в лес и попытался связать, она отбилась, выцарапала ему лицо и выпрыгнула из машины. Он погнался за ней, но женщина успела выбежать на трассу и остановить проезжавший мимо патруль.
Глава IV. Неожиданный поворот
После задержания Ким Ён Чжун вёл себя на удивление спокойно. Он отрицал всё, утверждая, что Ли Хён Джу — его знакомая, с которой у них случилась ссора. Но полицейские, осмотрев его автомобиль, нашли несколько мобильных телефонов, записные книжки с женскими именами и номерами, а главное — свежую лопату с частицами земли, по составу совпадавшей с почвой на склоне Квандоксан.
Следователи запросили детализацию звонков. Выяснилось, что все десять пропавших женщин в последние дни перед исчезновением контактировали с одним и тем же номером — номером Кима. Биллинг позволил восстановить его маршруты: после каждого звонка его телефон перемещался из города в лес и обратно. Это была неопровержимая цифровая улика.
Под давлением улик Ким Ён Чжун признался. Он подробно описал, где закопал каждую из десяти жертв, и согласился показать места. В течение двух недель полицейские и судмедэксперты выезжали с ним в горы. Он шёл впереди, спокойный, даже равнодушный, и указывал пальцем: «Здесь. Эта — Пак. Эта — Чхве. А эта — я не помню имени, она была в красной юбке». Он не выказывал ни раскаяния, ни страха, ни жалости.
На вопрос следователя, почему он это делал, Ким ответил коротко:
«Мне нравилось. Я чувствовал власть».
Глава V. Суд и приговор
Судебный процесс начался в августе 2006 года. Ким Ён Чжун не отрицал содеянного, его адвокат пытался напирать на психическое расстройство, но экспертиза признала подсудимого вменяемым. Судья зачитал приговор: смертная казнь. В Южной Корее эта мера не применяется с 1997 года, но формально она остаётся в Уголовном кодексе. Ким стал одним из тех редких преступников, кому вынесли такой вердикт, однако впоследствии он был заменён на пожизненное заключение.
Родственники жертв, заполнившие зал, плакали. Ли Хён Джу, та самая выжившая, сидела в первом ряду. Когда Ким встретился с ней взглядом, он ухмыльнулся. Она не отвела глаз.
Человека, который в течение двух лет убивал женщин и закапывал их в горах Чхонана и Асана, звали Ким Ён Чжун (Kim Young-jun). Ему было 32 года на момент ареста. Его разоблачили благодаря храбрости выжившей жертвы, детализации телефонных звонков и, в конечном счёте, его собственному признанию, которое он дал, поняв, что цифровой след не оставляет ему шансов.
История Ким Ён Чжуна — это трагедия не только о загубленных жизнях, но и о цене равнодушия. Десять женщин исчезли до того, как полиция всерьёз занялась поисками. Их смерть — на совести не только убийцы, но и системы, которая не увидела закономерность. И только когда одна женщина вырвалась и закричала, машина смерти остановилась.
Одни тайны сгнивают в архивных папках, другие остаются ждать своего часа под половицами старых домов. Я рассказываю о тех, что еще можно услышать. Подписывайтесь — здесь говорят тени прошлого.