🟢 Часть первая, почти романтическая
В один прекрасный майский вечер светлячок по имени Фонарик проснулся с чувством, что этот день станет особенным. Он поправил надкрылья, потёр лапки и проверил, хорошо ли горит его лампочка.
Горела. Ярко-зелёным, с лёгким оттенком салатового, как у всех уважающих себя светлячков.
— Сегодня, — сказал он себе, — я встречу её.
Её звали Искорка. Она жила через поляну, у старого пня, и мигала с частотой 0.8 вспышки в секунду. Для Фонарика это был идеальный ритм — не слишком быстрый, не слишком медленный, как хороший вальс.
🔄 Часть вторая, логистическая
Фонарик вылетел с запасом времени. Путь был недлинный, но опасный: надо было облететь муравейник, не врезаться в паутину и не отвлечься на свет фонаря возле беседки.
— Я справлюсь, — сказал он себе.
И в этот момент его левый глаз моргнул.
Ну, точнее, моргнул не глаз, а лампочка. На секунду. Просто перегрев от волнения. И Фонарик на мгновение потерял ориентацию.
Он сделал круг над землёй, затем ещё один, потом нырнул в куст смородины, вынырнул оттуда с листиком на усике и понял, что понятия не имеет, где находится.
— Не паниковать, — сказал он. — Светлячки не паникуют. Светлячки... светят.
И он засветил.
Ослепительно, на всю поляну.
🐞 Часть третья, комическая
Поляна ответила.
Из травы показалась сонная гусеница.
— Какого жука ты тут устроил, Фонарик? — спросила она, щурясь.
— Ничего особенного, — бодро ответил он. — Просто хотел уточнить, где мой дом.
— Твой дом там, — гусеница махнула влево.
— А где «там»?
— Ну... — задумалась гусеница. — Я же гусеница, я не летаю. Я вообще не разбираюсь в географии. Но могу сказать, где вкусные листья.
Фонарик вздохнул. От гусеницы помощи не будет.
Рядом пролетел майский жук. Тяжёлый, серьёзный, с жужжанием.
— Молодой человек, — сказал он, — вы мешаете воздушному движению.
— Извините, — сказал Фонарик. — Я просто заблудился.
— Тогда включите фары, — посоветовал жук и улетел, оставив Фонарика в ещё большем недоумении.
🌿 Часть четвёртая, спасительная
И тут Фонарик заметил, что за ним наблюдают.
Из высокой травы на него смотрели два глаза. Нет, не те два, о которых он мечтал (у Искорки были очень красивые составные глаза), а другие — круглые, любопытные и чуть насмешливые.
— Прыг-скок, — сказала лягушка.
Фонарик замер.
— Ты светлячок? — спросила лягушка.
— Да, — дрожащим голосом ответил он.
— А я думала, ты конфета, — лягушка облизнулась. — Но ты невкусный, знаешь? Я пробовала таких. Горькие.
— Это защитный механизм, — гордо сказал Фонарик, хотя на самом деле просто вспомнил, что его бабушка советовала врать лягушкам про «горькость».
— Ладно, лети, — разрешила лягушка. — Куда хочешь?
— К старому пню, — грустно сказал он.
— Это вон там, — лягушка махнула лапой. — Только не наступи на меня.
Фонарик взлетел и, наконец, увидел тот самый пень.
💚 Часть пятая, финальная
Искорка сидела на коре и смотрела в небо.
— Ты опоздал, — сказала она без обиды, скорее с облегчением. — Я уж думала, ты не прилетишь.
— Я заблудился, — честно признался Фонарик. — У меня перегрелась лампочка, и я полетел в смородину.
Искорка засмеялась. Её свет замерцал чуть чаще обычного — это был её способ смеяться.
— Это самая романтичная причина опоздания, которую я слышала, — сказала она. — Давай я покажу тебе дорогу. Но сначала давай поужинаем росой.
Они сидели на пне, пили росу из листика клевера и смотрели на звёзды.
А на той же поляне, в кусте смородины, лежал майский жук и ворчал:
— Молодёжь. Светятся, летают, опаздывают. Вот в моё время...
Но его никто не слушал.
🌟 Эпилог
На следующий день Фонарик установил на свой свет новый режим: «экономный» и проложил маршрут через лягушку. Она согласилась быть навигатором за обещание приносить ей вкусных комаров.
Искорка одобрила.
А майский жук всё ещё жужжал про «старые добрые времена», но его тоже никто не слушал.
Так что всё закончилось хорошо!