Аузан рассказал, можно ли в России вылечить «болезнь страха будущего»

На построение экономических институтов уходит пять—семь лет, горизонт планирования в России составляет два года, рассказал экономист Александр Аузан. Он добавил, что исторический опыт не дает россиянам поверить в лучшее будущее

Появлению устойчивых институтов в России мешает страх перед будущим и короткий горизонт планирования. Об этом рассказал декан экономического факультета Московского университета Александр Аузан в шестой лекции из серии «Послезавтра с Александром Аузаном» на телеканале РБК и Радио РБК.

«Для того, чтобы делать институты, нужно иметь перспективу», — отметил он, подчеркнув, что институты «не строятся за один день».

Чтобы создать «юридическую инфраструктуру, информационную, консалтинговую, провести «пилоты», сделать корректировки», требуется пять—семь лет, продолжил Аузан. В России же экономическое поведение носит рентоориентированный характер, а горизонт планирования, как показывают социологические данные, не превышает двух лет, добавил он. Декан экономического факультета обратил внимание, что на формирование человеческого капитала нужно около десяти лет и, как следствие, «мы в него не вкладываемся должным образом».

«Мы делаем то, что рядом, то, что близко, то, что должно дать быстрые эффекты. <…> Мечта состоит в том, чтобы найти источник дохода, окружить его заборчиком от других претендентов и пользоваться результатом этого источника. Инвестиционная экономика устроена, разумеется, по-другому. Потому что там нужно вложиться, сопровождать инвестиции, ждать результата: иногда десять лет, иногда 15», — сказал экономист.

Рентоориентированное поведение (rent-seeking behavior) в экономике означает борьбу за перераспределение и захват ренты. В неблагоприятной институциональной среде, где люди опасаются оппортунизма со стороны других, ресурсы также тратятся на защиту от обмана, что становится дополнительным источником неэффективности.

Мировые исследования ценностей фиксируют в России антирекорд по избеганию неопределенности, напомнил Аузан: «Иными словами, мы будущего боимся». Схожие проблемы наблюдаются во Франции и Японии. «Япония — единственная страна, которая подверглась атомной бомбардировке. Франция [пережила] пять революций. Болевые шоки создают страх перед будущим», — объяснил он.

«Болезнь страха перед будущим» в случае России — отсутствие веры в лучшее будущее, потому что «неоднократно в давней и недавней истории это приводило к провалам». Эту болезнь можно лечить, уверен экономист.

«Есть два лекарства, по крайней мере, от такой напасти», — рассказал он.

Первое — нужно «пройти свой путь пяти, семи, может быть, 15 ошибок», но, продолжил он, чтобы перейти «на следующую ступень», над ними надо работать, а не повторять. Другое лекарство — межпоколенческие отношения: «Как только мы начинаем думать о детях, внуках, <…> мы сразу из короткого, узкого двухлетнего коридора попадаем в пространство 100–150 лет».

Первый вариант устранения страха перед будущим характерен для Запада, второй — для Востока. Ученый полагает, что в России «оба лекарства могут сработать».

В предыдущих лекциях на Радио РБК Аузан также рассказал о зависимости экономического успеха от уровня доверия и представил его типологизацию. Темой его лекций стали и вызовы человечеству от трансформаций, вызванных развитием технологий и искусственным интеллектом (ИИ). Он предостерегал, что ИИ в образовании может привести к его «обнулению». Аузан указывал на разрыв в качестве экономических институтов и человеческого потенциала России — «парадокс Сперанского».

Оставайтесь на связи с РБК в «Максе».

Нравится РБК? Главные новости дня, эксклюзивы и аналитика ждут вас:
на радио
в подписке
в Max
в Telegram
в приложениях для Android или iOS

Читайте также:

Умер Сергей Иванов
Россия и Украина провели обмен пленными по формуле «160 на 160»
Сергей Шишкарев отказался выкупать долю «Росатома» в группе «Дело»