Двадцать второго января 1944 года американский VI корпус генерал-майора Джона Лукаса высадился на пляжах Анцио и Неттуно, в 50 километрах от Рима. Внезапность была полной — немецкое командование ничего не знало о десанте, и к концу дня на берег сошли 36 тысяч солдат, 3200 единиц техники и тысячи тонн грузов при потере всего 13 человек убитыми.
Анцио оказался одним из самых успешных десантов Второй мировой — по крайней мере, в первый день, но потом началась четырёхмесячная мясорубка, которая перемолола десятки тысяч жизней и стоила командующему карьеры. Почему же идеальный десант превратился в ловушку?
Политический замысел против военной реальности
Операция «Галька» родилась не в штабах, а в кабинете Уинстона Черчилля. Британский премьер продавил решение о высадке в Анцио вопреки мнению военных, которые считали операцию слишком рискованной. Черчилль надеялся, что десант обойдёт «линию Густава» с фланга, перережет коммуникации 10-й немецкой армии и откроет дорогу на Рим. Однако для высадки выделили всего две дивизии вместо пяти, потому что десантные корабли уже готовили для Нормандии.
Американский историк Сэмюэл Морисон писал:
«Это либо работа для целой армии, либо никакая работа вовсе; пытаться сделать это двумя дивизиями — значит отправить мальчика на мужскую работу».
Упущенный момент и «сосредоточение сил»
Генерал Лукас получил от командующего 5-й армией Марка Кларка приказ «наступать на Альбанские холмы», но при этом его же предупредили: не дайте себя окружить. Лукас выбрал осторожность, и вместо рывка к Риму он три дня укреплял плацдарм — расширил его до 11 километров в глубину, построил порт и дождался подкреплений.
К концу первой недели на плацдарме было уже 70 тысяч солдат, 500 орудий и 250 танков, но в это время немцы тоже не сидели без дела и перебросили к Анцио целых девять дивизий. Фельдмаршал Кессельринг снял войска со спокойных участков фронта, из Франции, с Балкан и даже с Восточного фронта.
«Внезапность сама по себе ничего не значит — её нужно использовать», — гласит один из выводов военных аналитиков об Анцио.
Из дневника генерал-майора Джона Портера Лукаса, командующего VI корпусом США, запись от 23 января 1944 года:
«Я чувствовал себя ягнёнком, которого ведут на заклание... Мне дали слишком мало времени для репетиций. Настоящие причины не могут быть военными. Когда мы высадились, немцы были застигнуты врасплох, но я не мог рисковать и бросаться вперёд, не имея достаточных сил для удержания плацдарма. Возможно, я упустил возможность, но я сохранил армию».
Друзья, как вы считаете, почему командование союзников, имея опыт удачных десантов в Северной Африке и на Сицилии, не смогло использовать внезапность в Анцио? Напишите в комментариях.
Немецкий ответ и роль флота
Наступление Лукаса началось только 30 января — немцы к этому времени уже сравнялись с союзниками по численности. За февраль-март вермахт предпринял серию ожесточённых контратак, пытаясь сбросить десант в море.
Плацдарм удалось удержать только благодаря артиллерийской поддержке флота — 450 орудий выпускали до 20 тысяч снарядов в день. Корабли союзников доставляли подкрепления и боеприпасы непрерывно, несмотря на налёты люфтваффе (за первые три дня операции немцы потопили четыре эсминца и госпитальное судно). Ну а 22 февраля Лукаса сместили, назначив вместо него генерала Траскотта.
Прорыв, Рим и горький итог
Только 23 мая VI корпус прорвался с плацдарма и соединился с войсками, наступавшими после падения Монте-Кассино, и 4 июня союзники вошли в Рим. Но 10-я немецкая армия ускользнула — вместо того чтобы замкнуть котёл, американцы развернулись на северо-запад к столице и дали немцам уйти. Потери союзников за пять месяцев составили 43 тысячи человек (7 тысяч убитыми), немецкие потери — 40 тысяч (5 тысяч убитыми).
Анцио стал символом того, как политическое давление и нерешительность командира превращают блестящий тактический успех в оперативный провал. Рим всё равно пал, но победа могла быть достигнута раньше и с меньшими потерями.
Если вам было интересно узнать об этой драматической странице войны — подписывайтесь на канал. Мы продолжаем рассказывать о событиях, которые навсегда изменили ход войны.