Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как финал «Хищника» превращает Арнольда Шварценеггера в аутсайдера

Вторая половина 80-х прошла под знаком жесточайшего противостояния двух титанов экшена — Сильвестра Сталлоне и Арнольда Шварценеггера. Их вражда, по легенде, вспыхнула ещё в 1977-м на церемонии «Золотой глобус», где Шварценеггер, уже взявший награду за «Оставайся голодным», позволил себе насмешки, пока «Рокки» Сталлоне терпел одну номинационную неудачу за другой. Когда же в итоге лента Сталлоне была признана лучшим фильмом, разгневанный актёр швырнул в обидчика цветочной вазой. Спустя без малого десять лет та самая франшиза «Рокки» косвенно помогла австрийскому гиганту сместить конкурента с голливудского трона. После выхода четвёртой части в ходу была шутка: мол, «Итальянскому жеребцу» пора бы сразиться с инопланетянином. Именно эта ироничная идея превратилась в сценарий, по которому режиссёр Джон Мактирнан — уже разогревавшийся перед «Крепким орешком» — снял «Хищника», пригласив на главную роль заклятого соперника Сталлоне. Итогом стал стремительный сай-фай-боевик, закрепивший за Швар
Оглавление

Вторая половина 80-х прошла под знаком жесточайшего противостояния двух титанов экшена — Сильвестра Сталлоне и Арнольда Шварценеггера. Их вражда, по легенде, вспыхнула ещё в 1977-м на церемонии «Золотой глобус», где Шварценеггер, уже взявший награду за «Оставайся голодным», позволил себе насмешки, пока «Рокки» Сталлоне терпел одну номинационную неудачу за другой. Когда же в итоге лента Сталлоне была признана лучшим фильмом, разгневанный актёр швырнул в обидчика цветочной вазой.

Спустя без малого десять лет та самая франшиза «Рокки» косвенно помогла австрийскому гиганту сместить конкурента с голливудского трона. После выхода четвёртой части в ходу была шутка: мол, «Итальянскому жеребцу» пора бы сразиться с инопланетянином. Именно эта ироничная идея превратилась в сценарий, по которому режиссёр Джон Мактирнан — уже разогревавшийся перед «Крепким орешком» — снял «Хищника», пригласив на главную роль заклятого соперника Сталлоне.

Итогом стал стремительный сай-фай-боевик, закрепивший за Шварценеггером статус суперзвезды и породивший целую франшизу, впоследствии скрестившуюся со вселенной «Чужих». Конечно, картина не так отточена, как альтернативная рождественская классика Мактирнана, и изобилует паузами, когда герои напряжённо крадутся сквозь чащу. Однако в динамике она великолепна, а кажущаяся прямой концовка на деле тонко обыгрывает редкую для Шварценеггера роль аутсайдера.

Экспозиция и состав команды

Итак, к Земле стремится капсула, отделившаяся от инопланетного корабля. Майор Алан «Датч» Шефер и его элитная группа получают экстренное задание в вымышленной латиноамериканской стране Валь-Верде, знакомой зрителям по «Коммандо». Вертолёт с министром иностранных дел потерпел крушение не на той стороне границы, и к операции подключают старого сослуживца Датча по Вьетнаму — агента ЦРУ Эла Диллона (Карл Уэзерс). Майор не в восторге: его люди привыкли действовать автономно.

Сама команда — разношёрстный отряд колоритных одиночек. Здесь и Блейн (Джесси Вентура), и его боевой товарищ Мак (Билл Дьюк), индеец-следопыт Билли (Сонни Лэндхэм), подрывник Пончо (Ричард Чейвз) и радист Хокинс (Шейн Блэк), чей запас скабрёзных анекдотов про интим*** подробности вызывает лишь недоумение.

Оказавшись во враждебных джунглях, отряд быстро натыкается на обломки вертолёта и полагает, что министр стал заложником повстанцев. Однако обнаруженные тела трёх «зелёных беретов» — сослуживцев Датча, с которых безжалостно содрана кожа, — наталкивают майора на мысль, что Диллон скрывает истинную суть миссии. Вскоре выясняется, что их настоящий противник неизмеримо опаснее.

Сценарий не претендует на остроту диалогов, да и игра актёров местами неровна. Но очарование «Хищника» кроется в умении быстро и точно раскрыть характеры. Каждый из семерых бойцов получает запоминающуюся черту, и зритель ещё на подлёте к Валь-Верде проникается чувством принадлежности к этой шумной и опасной компании.

-2

Зловещее предвестие

С момента, когда бойцы находят обезображенные останки, Мактирнан умело нагнетает тревогу, помещая ужас за каждым широким пальмовым листом. Созданию гнетущей атмосферы помогает тревожная партитура Алана Сильвестри, автора музыки к «Назад в будущее». Будучи лишь второй режиссёрской работой, «Хищник» не стесняется заимствовать приёмы тематически близкого «Нечто» Джона Карпентера. Обе ленты открываются космическим прологом, показывающим приближение корабля пришельцев к Земле. Только если у Карпентера звездолёт разбился десятки тысяч лет назад, здесь охотник просто десантируется в наши дни.

Параллели усиливаются: в «Нечто» вертолётчик МакРиди (Курт Рассел) исследует следы безумия и убийства на норвежской антарктической станции, и это сигнал — подобный кошмар неминуемо повторится у американцев. В «Хищнике» ту же роль играют подвешенные за лодыжки освежёв**** тр***. Жертвы явно были крепкими вояками, но их растерзанные, лишённые плоти тела свидетельствуют о полной беспомощности перед неведомым врагом. Страшный намёк предельно ясен: та же судьба уготована и нашим героям.

Побоище в лагере повстанцев

Картина ловко переворачивает жанровые ожидания. Она стартует как типичный адреналиновый боевик 80-х: группа спецов высаживается на задание, — а затем безжалостно лишает персонажей ореола неуязвимости, когда инопланетянин начинает методично выбивать их по одному. Эпизод штурма базы боевиков поначалу кажется привычно-кровавым аттракционом в духе времени. Ведь немногим раньше Джон Рэмбо в одиночку выкашивал полчища вьетконговцев во второй части «Первой крови», а Чак Норрис делал то же самое в «Пропавшем без вести».

Когда отряд Датча находит лагерь, сигналом к бою служит казнь пленного. Майор действует дерзко и эффектно: направляет грузовик, питавший генератор, прямо в строение, после чего на лагерь обрушивается вся команда. Соотношение сил примерно один к десяти в пользу противника, но это не имеет значения. Резня тотальна: по подсчётам энтузиастов, уничтожено свыше семидесяти бандитов. Венчает сцену классический арнизм: вонзив нож во врага, Датч бросает лаконичное «Не уходи».

Этот эпизод необходим, чтобы продемонстрировать: Датч и его люди — слаженная, смертоносная сила, способная вскрыть любую оборону и превратить небольшую армию в фарш. Именно в этом и состоит коварный замысел авторов. Покажи они хоть малейшую уязвимость бойцов до встречи с пришельцем, дальнейшее потеряло бы эффект. А так мы видим неудержимый ураган, который внезапно сам становится дичью.

-3

«Старина Безболезненный» возвращается с пустыми руками

Гипертрофированная эстетика ленты достигает апогея в любимом оружии Блейна — ручном минигане, нежно прозванном «Старина Безболезненный». Этот кинематографический ствол встаёт в один ряд с револьвером Грязного Гарри и вальтером Бонда. В реальности таскать такое чудовище с питанием и боезапасом немыслимо. Скорострельность пришлось урезать с чудовищных 6000 до примерно 1250 выстрелов в минуту, дабы актёр справлялся с отдачей и зритель видел вращение стволов. Но на экране это работает как символ сокрушительной мощи.

Тем горше расплата. Когда инопланетный охотник пронзает Блейну грудь плазменным выстрелом, огневая мощь не помогает ни капли. Ошеломлённый Мак, уловив промельк замаскированного врага, сам хватается за миниган и поливает пространство вслепую. Остальные подтягиваются и устраивают коллективную пальбу, буквально выкашивая гектары зарослей. Когда дым рассеивается, выясняется страшное: они не убили никого. Сцена ключевая по двум причинам. Во-первых, мгновенная гибель такого гиганта, как Блейн, доказывает, что перед этим существом даже самые могучие — лёгкая мишень. Во-вторых, вся их ультимативная огневая мощь бессильна против врага, которого они не в состоянии даже разглядеть.

Правила игры по версии Хищника

Расширенная вселенная наделила расу Яутжа детально проработанным кодексом чести. Охота для них — ритуальное испытание, возможность доказать, что воин способен одолеть опаснейшего противника, представляющего реальную угрозу для жизни самого охотника. Потому-то пришелец из фильма Мактирнана и рыщет по сельве Валь-Верде, выбирая крупных, вооружённых до зубов мужчин.

Противоречие, красной нитью проходящее через всю франшизу, налицо. Яутжа чтут себя благородными воителями, но систематически используют колоссальное технологическое преимущество, хотя и без него они превосходят людей вроде Датча, Блейна и Диллона в размерах и чистой физической мощи. Семеро спецназовцев, безусловно, представляли бы для пришельца смертельную опасность, имей они возможность его видеть. Но тот предпочитает не рисковать, пока не проредит отряд до минимума.

Инфракрасное зрение считывает тепловые следы в гуще зарослей. Маскировочный покров позволяет незаметно подбираться по деревьям. Плечевая плазменная пушка — наименее «благородный» инструмент умерщвления, но Хищника это ничуть не смущает: троих он убивает именно из неё, а Диллону отстреливает руку, прежде чем добить запястными лезвиями — разумеется, оставаясь невидимым. Лишь в финале, когда перед ним остаётся один Датч, инопланетный охотник решает чуть-чуть уравнять шансы.

-4

Датч возвращается к истокам

Незаметно, но последовательно «Хищник» подрывает милитаристский мачизм боевиков своей эпохи, показывая: грубая сила далеко не всегда — ответ. Команда, должно быть, извела порядка десяти тысяч патронов, пытаясь поразить пришельца, однако лишь Маку удалось подтвердить, что тот не абсолютен. Когда Билли и Пончо гибнут, а Анна уходит к точке эвакуации, Датч остаётся один на один с существом, уничтожившим всех его людей.

Открытие, что слой грязи экранирует тепловую сигнатуру тела, а последующая поломка маскировочного устройства меняют диспозицию: теперь Датч видит Хищника, а тот его — нет. Наш герой вынужден отказаться от бесполезных пушек и положиться на первобытную смекалку. В ход идут заточенные колья, луки, ловушки и навыки охотника, какими пользовались задолго до появления огнестрельного оружия. Соорудив хитроумную конструкцию с шипами и противовесом, Датч сам превращается в невидимого преследователя, выслеживающего тварь.

План рушится, когда он ныряет в реку и смывает грязевую броню. Оказавшись на виду, Датч не бежит — он дразнит врага, по сути бросая прямой вызов на ритуальный поединок. Инопланетянин принимает правила: снимает пушку и шлем и вступает в рукопашную. Даже лишённый техники, он настолько свиреп и силён, что бывший Мистер Вселенная рядом с ним выглядит заурядным парнем. Шварценеггер, который за всю карьеру сыграл лишь одного погибшего человеческого персонажа, здесь оказывается по-настоящему на грани. Датч пропускает сокрушительные удары, и зритель всерьёз верит, что великан может проиграть.

Жест злости или милосердия?

Датч заползает в приготовленную ловушку с шипами и готовится обрушить её на преследователя, но Хищник не глуп — он разгадывает манёвр и заходит сверху. Майор действует по ситуации и всё равно приводит механизм в действие. Тяжёлое бревно-противовес обрушивается пришельцу на голову. Охотник почти повержен, из его пасти толчками вытекает фосфоресцирующая кровь. «Что ты, чёрт возьми, такое?» — спрашивает Датч, и существо, копируя вопрос, возвращает его человеку. Датч заносит камень, чтобы раскроить череп врагу, но останавливается, выказывая милосердие. В ответ Хищник активирует миниатюрный ядерный заряд на запястье и заходится маниакальным хохотом. С прагматической точки зрения взрыв не даст землянам заполучить его технологии.

На первый взгляд это выглядит как финальный грязный трюк твари, которая весь фильм ставила соперников в заведомо невыгодное положение. Она гибнет, но забирает противника с собой. Однако популярная фанатская трактовка предлагает иной угол: своим смехом и считанными словами человеческого языка Хищник, наоборот, предупреждает Датча о неизбежном взрыве, фактически проявляя ответное милосердие.

«Хищник» остаётся колоссальным удовольствием во многом потому, что это один из крайне редких фильмов, где Шварценеггер предстаёт человеком из крови и плоти. В отличие от своего извечного соперника Сталлоне, прославившегося именно ролями уязвимых аутсайдеров — Рокки Бальбоа и Джона Рэмбо, — Арни с самого старта позиционировался как непобедимый сверхчеловек. Подлинное достижение картины Джона Мактирнана в том и состоит, что она сумела превратить этого исполина в фигуру, которой искренне сопереживаешь как слабейшей стороне.