Глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин выступил с предложением снизить возраст уголовной естественности до 12 лет. Слишком много стало детей-преступников, нужно их остановить. А как это сделать? Ну конечно, ужесточив наказание.
Руководитель СК знает ситуацию из аналитических справок его подчиненных. А те рапортуют о росте преступности. Но вряд ли до председателя Следственного комитета доносят, как порой вообще появляются уголовные дела, где фигурируют несовершеннолетние. Так что стоит это сделать нам на примере одной свежей истории. Она покажет, как криминализируют современных подростков правоохранительные органы.
8 июня было возбуждено уголовное дело против 17-летнего Саввы. Ему вменили ч. 2 ст. 205.4 УК РФ - участие в террористическим сообществе. Обвинение страшное, наказание за него предусмотрено серьезное - лишение свободы на срок от десяти до пятнадцати лет. 10 июня суд поместил Савву под стражу. Смею предположить, что Бастрыкину об этом деле доложили.
Но доложили ли ему, что подростка привлекли спустя три года после выявления этой «организации»? Что создал ее взрослый, который был освобожден от уголовной ответственности в связи с психическим заболеванием? Что ни в каких списках ее нет, потому что она представляла собой открытую группу в соцсети с количеством подписчиков менее 10? Объяснили ли главному следователю, почему три года назад школьника просто опросили по делу психбольного террориста. А потом неожиданно сделали его подозреваемым и бросили за решетку?!
Для начала про Савву. Совершенно обычный подросток, не отличник, но и не двоечник. Рос в благополучной семье, где кроме него есть еще ребенок. Мама, папа — обычные труженики. Поскольку все работали, не всегда хватило времени уследить за Саввой. И однажды мальчик был замечен за распитием пива с друзьями, взят на «карандаш» в комиссии по делам несовершеннолетних.
В феврале 2023 года Савве исполнилось 14 лет. И вскоре восьмиклассник познакомился с М. (впоследствии его признали невменяемым). И вот этот взрослый мужчина предложил ему подписаться на его канал в социальной сети. Савва подписался, стал читать, комментировать. Контент этого канала, уж просите, современно бредовый. Савва и пару других подростков там присутствовали, что называется «по приколу». Были недолго — около месяца. 7 октября 2023 года года М. был задержан за подготовку к террористическому акту.
- Тогда стражи порядка явились к нам домой, - рассказывает папа мальчика. - Я больше всего боялся: вдруг сын что-то реальное сделал? Поджог что-то, деньги кому-то перевел. Но, слава Богу, ничего этого нет. Правоохранители сразу сказали нам, что им просто нужны показания сына, как свидетеля, на этого М. Я, честно говоря, даже не знал, какие показания сын дал. Мы не присутствовали при опросе (что считается нарушением), видео запись не делали, адвоката не было. В ходе расследования дела против М. было установлено, что тот действовал один, подросток в подготовке к террористическому акту участие на принимал. Про событие мы забыли как про страшный сон, тем более что выяснилось: М. - псих. Мы узнали, что его освободили от уголовной ответственности, как невменяемого. Где он сейчас — дома или лечится в психбольнице — мы не знаем. Что это вообще за личность, мы тоже не знает.
Савва окончил 9 классов, поступил в колледж, устроился на подработку в закусочную быстрого питания, чтобы иметь карманные деньги. Больше в сомнительных чатах он не участвовал, на странных персонажей не подписывался.
И каково же было удивление всех, когда оказалось — он уже не свидетель, а обвиняемый.
Из обращения папы в СПЧ и к Уполномоченному по правам ребенка:
«В течение трех лет следствие не возбуждало уголовное дело против сына. Нас, его родителей и самого несовершеннолетнего не уведомляли, о том, что в отношении него проводились какие–либо проверочные мероприятия. Так почему сейчас ему вменили участия в террористическом сообществе, которым фактически является группа, состоящая из невменяемого взрослого и 14-летнего ребенка, и представляющая собой канал в социальной сети, находящийся в свободном доступе?! Несомненно, мы все учим своих детей, что нельзя воровать, убивать, фокусируясь на базовых моральных запретах, упуская из виду сложные социально-политические манипуляции, возможные со стороны взрослых, в виду отсутствия у детей критического мышления. В столь короткий срок ребенок просто не мог осознать, что, подписавшись на канал в социальной сети, он вступил и участвует в террористическом сообществе, созданном для совершения преступления. С того инцидента прошло три года, сын не представлял угрозы никому, учился, взрослел. Зачем его было брать под стражу сейчас?»
Савва находится в СИЗО № 5 в корпусе для несовершеннолетних, который впервые за последнее 10-летие переполнен.
Юрист, которому я показал материалы, сделал резонное замечание: для привлечения к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ необходимо установить прямой умысел на участие именно в террористическом сообществе, а поскольку М. не мог осознавать характер своих действий, он не мог создать устойчивое террористическое сообщество в уголовно-правовом смысле, довести до подростка реальные (а не бредовые) цели деятельности.
Отдельно стоит сказать про показания Саввы, которые он дал в 2023 году, как свидетель, и на которые теперь ссылается следствие как на признательные. Оказалось, что там такие обороты, такой язык и стиль, что Савва и сейчас так выразится не может. А три года назад и подавно. Вот вам в качестве пример то, что якобы сказал Савва про себя: «…осуществлял активное участие в подготовке и реализации планов преступлений»; «…ведение деятельности, направленной на привлечение к участию в деятельности сообщества лиц из своего круга общения»;
«…осознавал, что исполняет определенную часть единого преступного плана». В деле против Саввы есть показания М. Но допустимы ли такие показания как доказательство преступления с учетом того, что М, невменяем? Юристы говорят — нет и нет. А уголовное дело растет, а "террорист-подросток» Савва в СИЗО живет.
Парень пока еще на отдельной железной койке. Но если сажать будут с 12 лет, то придется спать на полу (как взрослым) из-за перелимита. В кругах правоохранителей сегодня слышны голоса в пользу того, чтобы строить новые колонии для подростков, чтобы наполнять их. Кажется, что это почти мечта для взрослых в погонах. Господин Бастрыкин, неужели вы действительно этого хотите? И напоследок: появились первые дела против силовиков, доказывающие факты фабрикации ими дел против несовершеннолетних. Одно из таких дошло до суда, бывший сотрудник силовой структуры получил срок. Но нет ли риска, что будут новые, раз есть запрос от начальства на поимку подростков-преступников?
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Ева Меркачева