Раньше Кристина усмехалась, когда слышала фразу: «Муж познаётся в декрете». Тогда она и подумать не могла, что в этих словах кроется чистая правда.
— Ты уже несколько лет в разводе, может, пора снова заняться личной жизнью? — спрашивала Анна Евгеньевна, приходя к дочери, чтобы увидеть внучку.
— Может, и пора. Я пока не решила, — отмахивалась Кристина. — А насчёт развода ты это зря. Брак с Володей действительно был кошмарным, поэтому нет ничего удивительного, что я не бросаюсь с головой в новые отношения.
С того момента, как Кристина собрала вещи, взяла на руки ребёнка и буквально сбежала от мужа, прошло уже много лет. Её дочь, София, давно выросла, пошла в школу и уже оканчивала третий класс. Ни Кристина, ни Соня уже долгое время не слышали голоса Владимира — бывший муж и отец не проявлял ни малейшего желания общаться с дочерью.
Сама Кристина почти забыла о нём, но иногда воспоминания вспыхивали в её голове яркими и болезненными кадрами, заставляя вздрагивать. Она невольно возвращалась мыслями в прошлое…
— Успокой Софию! Что она постоянно кричит? — не менее громко кричал Володя, когда малышка будила его посреди ночи.
— Её мучают колики. Это нормально, скоро они пройдут. Потерпи ещё немного, — успокаивала Кристина мужа, укачивая дочь на руках.
— Пока они пройдут, я уже с ума сойду от недосыпа, — ворчал Володя, а потом переворачивался на другой бок и тут же засыпал, оставляя жену одну со всеми трудностями.
Когда София была ещё младенцем, её действительно сильно беспокоили боли в животе. Девочка плакала днями и ночами, засыпая только на руках матери. Кристина часами носила ребёнка по квартире. Она ходила по одному и тому же маршруту, шаг за шагом и круг за кругом, пока ноги не начинали гудеть от усталости, а спина не сводилась судорогой.
Иногда ей удавалось поспать несколько часов подряд, но потом Соня снова просыпалась и начинала плакать.
Нередко Кристина ловила себя на том, что с утра ещё ничего не ела, хотя на часах было уже шесть вечера. Порой она долго хотела в туалет, но терпела, потому что не могла оставить ребёнка даже на минуту.
В такие моменты мать смотрела на крошечное личико дочери, и слёзы сами катились по её щекам от любви, усталости и беспомощности. Она понимала, что поддержки ждать неоткуда. Но даже тогда, сквозь слёзы, она шептала Соне ласковые слова, чтобы малышка чувствовала, что она не одна в этом мире.
Несмотря на то что Володя после рождения дочери стал отстранённым, Кристина каждый вечер ждала его приезда с работы. Ей хотелось поговорить хоть с кем-то, чтобы хоть как-то разнообразить свои серые будни.
Но когда супруг приходил, он почти не слушал, что говорила жена.
— Дай поужинать, а? В тишине! Я и на работе всякого наслушался, сил нет, — бурчал мужчина.
Владимир ужинал неспеша. Параллельно он всегда просматривал новостную ленту в телефоне или смотрел спортивный канал по телевизору. Потом он шёл в гостиную, опускался в кресло и отдыхал после работы.
И лишь тогда, когда он заканчивал свои «дела», Кристина подходила к нему и осторожно просила о помощи:
— Мне бы в туалет сходить и в душ…
В такие моменты Володя всегда закатывал глаза, тяжело вздыхал и отвечал так, словно делал величайшее одолжение:
— Ладно, иди.
Кристина быстро хватала полотенце и буквально бежала в душ. Но стоило дочери заплакать, как Владимир тут же появлялся в дверях ванной с орущим ребёнком на руках.
— Она плачет! Кричит, будто её пытают! Выходи уже! — супруг стоял рядом со шторкой с таким видом, словно был пожар, а он ждал спасателей.
Кристине приходилось наскоро смывать с себя пену, вытираться и забирать дочь обратно. Она ничего не говорила против, а лишь брала малышку на руки, прижимала к себе и шептала что-то успокаивающее.
В такие мгновения женщина ощущала себя загнанной в угол. Никто её не поддерживал и не помогал. Она осталась один на один со всеми материнскими обязанностями, которые, казалось, никогда не закончатся.
Однажды Кристине понадобилось лечение. После тяжёлой беременности и родов у неё возникли проблемы со здоровьем. Ничего серьёзного, но нужно было несколько дней ездить на процедуры в больницу ранним утром.
— Сможешь посидеть с Соней хотя бы до обеда? Попроси начальство, пусть они войдут в положение, — умоляюще обратилась Кристина к мужу.
Такая возможность у Володи действительно была. Он и раньше иногда договаривался о гибком графике, но в этот раз сразу отказался.
— Нет, никто не позволит мне приходить в обед, поэтому я даже заикаться об этом не стану, — отрезал он.
Кристина помнила, как Владимир нередко опаздывал на работу, прикрываясь делами на объектах, хотя просто спал дома. И вот теперь, когда речь зашла о её здоровье, он вдруг стал дисциплинированным.
Тогда женщина была вынуждена отказаться от физиотерапевтического лечения и ограничиться приёмом препаратов.
Так прошёл ровно год. Жизнь Володи после рождения дочери почти не изменилась. Он по-прежнему ходил в спортзал, встречался с друзьями в баре после работы и даже ездил на рыбалку с ночёвками. А возвращаясь домой, он всегда открывал холодильник и раздражённо бурчал:
— Опять этот суп? Фу, терпеть его не могу! Сама его ешь, а я себе пиццу закажу!
Кристина смотрела на мужа и не понимала, когда её жизнь превратилась в эту абсурдную пьесу?
Владимир редко ходил по магазинам, поэтому супруга частенько заказывала продукты через доставку. Однажды она собрала виртуальную корзину и, протянув мужу телефон, сказала:
— Володь, посмотри, может, тебе что-то нужно? Добавь, и я закажу.
Мужчина просмотрел список жены и нахмурился.
— А йогурт и груши зачем? — неожиданно спросил он.
— В смысле? — не поняла Кристина.
— Ну, зачем ты их заказала? Я ведь такое не ем.
Кристина удивлённо посмотрела на супруга. Он сказал это совершенно серьёзно, без тени шутки. Володе даже в голову не пришло, что йогурт любит жена, а Соня обожает груши.
В тот момент она вдруг ясно осознала, что супруг не воспринимает её и дочь как полноценную часть семьи. Для него они были словно дополнением к его жизни, чьи желания не имели никакого веса.
Владимир искренне полагал, что если что-то было нужно ему — это было важно, а если не нужно — это можно было вычеркнуть из списка.
Тогда Кристина задумалась: а нужен ли ей такой муж? Но, боясь остаться одна с маленьким ребёнком на руках, она снова промолчала, хотя и ненадолго…
Прошло полгода. Однажды вечером супруги возвращались домой после прогулки. Соня уже дремала в коляске.
— Надо что-нибудь приготовить на ужин, — сказала Кристина, мысленно перебирая лёгкие рецепты в голове.
— Зачем? Не надо, — пожал плечами Володя. — Я уже поел в кафе после работы. Сейчас только чай попью и спать лягу.
Сказав это, мужчина пошёл дальше, толкая перед собой коляску. Его совершенно не заботило, ела ли супруга сегодня, сыта ли была их дочь. В его мире существовали только его потребности, а всё остальное оставалось где-то на периферии.
Это и стало последней каплей.@Стелла Кьярри
Кристина шла рядом и вдруг почувствовала облегчение. Она не испытывала ни обиды, ни злости, а только ощущала какую-то ясность. Женщина поняла, что больше не может жить с человеком, для которого понятие «семья» не существует, а есть только его собственные интересы.
Спустя несколько недель Кристина подала на развод. Владимир искренне удивился её поступку.
— Ты с ума сошла? На что ты будешь жить? Ты же не работаешь, а с Соней сидишь!
— Знаешь, ради такого дела София с удовольствием пойдёт в детский сад. Уж лучше так, чем быть рядом с отцом, который не считает нас за людей, — ответила она.
Потом Владимир ещё долго рассказывал знакомым, что жена оказалась капризной, неблагодарной и сама не знала, чего хотела. Его родственники сочувственно кивали, а некоторые друзья даже говорили:
— Женщины — глупые создания! Сами же инициируют разводы, а потом жалуются, что дети остаются без отцов.
Кристина не реагировала на эти язвительные выпады. Она знала по себе, что женщины никогда не уходят от хорошей жизни. Обычно они решаются на развод тогда, когда уже нет сил терпеть эгоизм мужчины, который мнит себя королём, хотя на деле его «корона» давно превратилась в потрёпанную картонку.
С тех пор Кристина долго оставалась одна. Она могла найти достойного мужчину, но ужасно боялась. Женщина слишком хорошо помнила прошлый опыт: как за красивыми словами и обещаниями может скрываться ледяное равнодушие.
Но однажды судьба всё-таки решила вернуть ей веру в людей.
Так, в жизни Кристины появился Дмитрий. Сначала она не доверяла ему, ждала подвоха и искала признаки того самого эгоизма, который когда-то разрушил её первый брак. Но подвоха не было.
Если дочь болела, Дима ехал за лекарствами, а если Кристина уставала после работы, он сам готовил ужин и убирал квартиру.
Второй муж никогда не говорил о своих поступках как о подвиге. Для него забота не была одолжением, потому что так его воспитали. Диму с детства учили, что в семье нет места эгоизму, и каждый должен помнить о других и поддерживать в случае необходимости.
