Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как тётя Нюра непрошеных гостей наказала: деревенская байка

Очень давно, в те времена, когда в сёлах двери не запирали на замки, а просто замыкали на пробой и вставляли туда прутик или веточку — мол, хозяев нет дома, — случались истории, которые потом годами пересказывали за столом. Одну такую мне когда-то рассказал свекор, и она до сих пор вспоминается с улыбкой. Как-то раз мой свёкор Николай и его друг Василий решили после работы посидеть, поговорить за жизнь, да бутылочку-другую самогоночки пропустить. Только вот незадача: выпить хочется, а денег нет. Шли, думали, как из положения выйти, и дошли до дома знакомой тёти Нюры. Все знали: потихоньку она гнала самогонку и по ночам тихонько приторговывала. Вот и решили мужики к ней заглянуть. Дошли до калитки, глядят — в пробое торчит прутик. Ясно: хозяйки нет. Постояли, подумали… и всё-таки решились зайти. Надеялись хоть бражку найти. Зашли, осмотрелись, а за занавеской на печке стоит двадцатилитровый бидон с бражкой. Обрадовались, отлили в ковш пенный напиток, сели за стол, разлили по алюминиевым

из интернета
из интернета

Очень давно, в те времена, когда в сёлах двери не запирали на замки, а просто замыкали на пробой и вставляли туда прутик или веточку — мол, хозяев нет дома, — случались истории, которые потом годами пересказывали за столом. Одну такую мне когда-то рассказал свекор, и она до сих пор вспоминается с улыбкой.

Как-то раз мой свёкор Николай и его друг Василий решили после работы посидеть, поговорить за жизнь, да бутылочку-другую самогоночки пропустить. Только вот незадача: выпить хочется, а денег нет. Шли, думали, как из положения выйти, и дошли до дома знакомой тёти Нюры. Все знали: потихоньку она гнала самогонку и по ночам тихонько приторговывала. Вот и решили мужики к ней заглянуть.

Дошли до калитки, глядят — в пробое торчит прутик. Ясно: хозяйки нет. Постояли, подумали… и всё-таки решились зайти. Надеялись хоть бражку найти. Зашли, осмотрелись, а за занавеской на печке стоит двадцатилитровый бидон с бражкой. Обрадовались, отлили в ковш пенный напиток, сели за стол, разлили по алюминиевым полулитровым кружкам — и пошла беседа.

Сколько ковшиков выпили — не считали. Допились до того, что уснули прямо за столом, сном младенца.

А через какое-то время вернулась тётя Нюра. Увидела эту картину — и, конечно, разозлилась. Подумала-подумала и придумала, как наказать непрошеных гостей. Тихонько взяла ножницы и отрезала каждому по одной штанине выше колена. Сделала дело — и спокойно ушла.

Просыпаться мужики начали не сразу. Голова с похмелья раскалывается, а им всё равно хочется напоследок ещё ковшичек бражки выпить. Василий встал, полез на печку, а свёкор смотрит на него и сначала ничего не понимает. А потом до него доходит: у Василия одной штанины нет! И тут он так расхохотался, что, наверное, весь сад услышал.

Василий, ничего не соображая, слез с приступка, застыл с ковшом в руках и ошарашенно уставился на свою голую ногу. А свёкор, вдоволь насмеявшись, вдруг резко оборвал смех и с ужасом глянул на собственную ногу. Хмель слетел с них в одну секунду. В голове крутилась только одна мысль: как теперь домой идти?

В те времена в шортах не ходили, и показаться на людях с голыми ногами считалось очень стыдно. Посидели ещё немного, собираясь с духом, а потом потихоньку вышли и прямиком в сады — они как раз рядом были. Там и просидели до темноты. Только ночью, когда на улице никого не было, пошли домой.

Вот так тётя Нюра проучила непрошеных гостей — без криков и ругани, зато так, что эту историю до сих пор вспоминают и смеются.

А у вас в семье есть такие деревенские байки, которые из поколения в поколение передают? Расскажите — с радостью почитаю! 💛