Виктор Шоке, сотрудник таможенного департамента, пропустил первую выставку импрессионистов в 1874 году. Знакомые отговорили его тратить время, о чем он, конечно, неоднократно пожалел. Ведь спустя год, познакомившись с работами Сезанна, Ренуара и Дега, был очарован ими до такой степени, что тут же заказал у Ренуара портрет своей жены. Будущим знаменитостям тогда было не до выбора, от работы не отказывались. Так завязалась дружба импрессионистов со скромным человеком, воспламененным любовью к размытым холстам. Сам Воллар отдавал должное коллекционеру, признавая его безусловное первенство в «открытии» Сезанна и Ренуара.
Как и ван Гог (предыдущие статьи из этой серии здесь и здесь), Ренуар писал портреты своих благодетелей. Шоке – дважды. В первый раз по просьбе коллекционера – на фоне произведения его любимого Делакруа. Знаменитый романтик стал для Шоке тем самым спусковым крючком, после которого не собирать искусство было уже невозможно.
Особыми финансовыми возможностями скромный сотрудник таможенной службы не обладал, однако, в 1882 году, после выхода на пенсию, получил наследство. Супруги приобрели старинный особняк в самом сердце Парижа, и Шоке начал активно пополнять свою коллекцию. К концу жизни он владел почти сотней произведений Эжена Делакруа, картинами Моне, Ренуара (по 11 штук) и Сезанна (32 единицы), а также прекрасными работами Камиля Писсарро, Альфреда Сислея, Берты Моризо, Оноре Домье, Густава Курбе.
Второй страстью коллекционера стал Сезанн, с которым его познакомил Ренуар, настоятельно рекомендовавший обратить внимание на коллегу. Воочию увидеть картины Сезанна тогда можно было только в лавке у Танги. Шоке был поражен в самое сердце, и более ни о ком и думать не мог. Сезанн также написал несколько портретов своего покровителя и главного фаната, запечатлев его аскетичные черты. С Сезанном их роднила и общая любовь к Делакруа, который нередко становился главным предметом их длительных разговоров.
Искусство стало для Виктора Шоке, человека по натуре спокойного и скромного, спасительным плотом в те моменты, когда жизнь утрачивала смысл. Печать одиночества и скорби после смерти дочери лежала на супругах Шоке, и Виктор нашел себе благодарных друзей среди художников и их картин.
Виктора Шоке не стало в 1891 году, а в 1899 скончалась его супруга. У пары не осталось официальных наследников, и коллекция из 367 единиц (в том числе сотня предметов первоклассной живописи) была распродана полностью. Многое забрал Амбруаз Воллар, но лучшие позиции, конечно, оказались в ловких руках Дюран-Рюэля. Тот самый портрет Мадам Шоке менее чем через год нашел нового владельца. Вещей было так много, что распродажа растянулась на несколько дней.
В особняке в центре Парижа супруги хранили картины и антиквариат, многое даже без рам и подписей, поэтому оценить масштаб и, главное, ценность накопленного, полицейским было, увы, не под силу. Не было найдено ни описей, ни списков, составленных бывшими владельцами.
Имя Виктора Шоке надолго затерялось в сумятице событий, затерлось за фигурами Волллара и Дюран-Рюэля, ставшими по воле случая «преемниками» его коллекции. К слову, именно Виктору Шоке первоначально принадлежали «Масленица» и «Букет цветов в голубой вазе» Сезанна, купленные Сергеем Щукиным у Дюран-Рюэля в 1904 году, а ныне находящиеся в коллекции ГМИИ им. А.С. Пушкина в Москве. Монополистом же на «рынке» Сезанна к этому времени стал Воллар, скупивший все, когда-либо написанное художником.