Роман: «Жиза» | Часть 4. Кульминация и Развязка | Глава 10. Неуслышанный. | Страница 58

Доктор Самойлов стоял посреди ординаторской, буравя взглядом мерцающий экран монитора. Ситуация выходила из-под контроля. Локальный сбой, запущенный Игорем, породил лавину системных ошибок. Внутренние отчеты больницы пестрели красными маркерами аномалий. Эгрегор города, едва восстановивший свои мощности после взрыва в подземелье Ц-3, требовал немедленной зачистки девиантного узла. Игорь больше не производил страх, он генерировал чистый, ядовитый хаос.

Самойлов резко повернулся к старшей медсестре.

— Готовьте малую операционную, — ледяным, лишенным человеческих интонаций голосом приказал он. — Будем делать деструктивную деструкцию проводящих путей лобных долей. Стереотаксическая цингулотомия.

Медсестра вздрогнула. В современной легальной медицине классическая жесткая лоботомия была давно запрещена во всем мире, но в закрытых спецблоках ведомственных больниц, где эгрегор правил напрямую, законы человеческого общества не имели силы. Хирургическое разрушение нейронных связей было самым радикальным методом зачистки. Если химические блоки нейролептиков не смогли заглушить скрытый алгоритм в подкорке Игоря, Самойлов собирался физически, с помощью хирургической стали, превратить его вычислительный центр в мертвую, стерильную кашу.

Через двадцать минут Игоря, все так же наглухо привязанного к кушетке, вкатили в холодный зал операционной. На стенах тускло блестел белый кафель, а над столом высилась огромная бестеневая лампа, похожая на око невидимого Левиафана. Самойлов уже переоделся в зеленый хирургический костюм, его руки в стерильных перчатках методично перебирали тонкие блестящие инструменты.

Игорь открыл глаза. Химическая мгла капельницы все еще давила на его сознание, но его автономный биологический архив внутри ствола мозга продолжал фиксировать новые вводные. Свет лампы. Запах спирта. Дребезжание стали. Он понимал, что этот раунд станет последним. Если Самойлов рассечет волокна лобных долей, его вирусная трансляция прекратится навсегда. Программа будет окончательно удалена с физического носителя.

— Фиксируйте голову, — скомандовал Самойлов санитарам, поднося к бледной коже лба Игоря маркер для разметки. — Максимальный уровень фиксации. Никакого наркоза, только местная анестезия. Мне нужно контролировать угасание его рефлексов в реальном времени.

Двое санитаров мертвой хваткой зажали голову Игоря, прижимая ее к жесткой подушке кушетки. Игорь чувствовал, как холодное лезвие скальпеля коснулось его кожи над бровью. Времени больше не оставалось. Его скрытый алгоритмический центр выдал последнюю, отчаянную строчку кода. Чтобы спасти архив, он не должен был защищаться от стали. Он должен был использовать саму операционную систему лечебницы для финального, разрушительного перегруза. Если Самойлов собирается подключиться к его мозгу через хирургический контакт, Игорь заставит всю ярость своего вирусного презрения хлынуть напрямую в сознание самого «Оператора».

Далее