Автор: Hoomkeen
В 788 году, в Монтекассино, на скалистом холме, в местном монастыре, пожилой монах Павел Диакон составлял эпитафию своему умершему покровителю, герцогу Беневенто Арихису:
Здесь погребён Арихис, доблестью и благородным происхождением славный, щедростью равный королям, щедростью превосходящий людей. Он был защитником вдов, утешением для сирот, пристанищем для слабых, опорой для друзей, светом для народа Беневентского герцогства. Пусть память о его справедливости живёт вечно
После смерти могущественного герцога, Арихиса II, казалось, что последние искры власти лангобардов окончательно погаснут, сметенные франкским государством. Всего за месяц до его смерти герцог потерял своего наследника Ромуальда. Второй сын Арихиса находился в заложниках у короля Карла Великого, так что герцогством временно управляла вдова - Адельперга.
Эта женщина была дочерью последнего короля лангобардов и сейчас, находясь в Беневенто, она наблюдала окончательный крах её династии. Ей брат, сын Дезидерия - Адельхис, продолжал находиться изгнанником в Константинополе, умоляя императрицу Ирину вернуть ему корону Италии в обмен на полную покорность. Одна из сестёр Адельперги - Лиутберга, выданная замуж за герцога Баварии, подбивала своего мужа отомстить за поруганную честь лангобардской династии, которая традиционно была связана кровными узами с баварским правящим домом, но Карл Великий предугадал мятеж и нанес удар первым - он ворвался в Баварию, обвинил Тассилона в измене и дезертирстве, и заточил его семью (вместе с Лиутбергой) по монастырям, где она вскоре умерла. Бавария была окончательно разгромлена и, как когда-то алеманния, разбита на графства, которые были напрямую подчинены королевству франков. В 794 году произойдет спектакль с Тассилоном, который в монашеских лохмотьях появится перед собранием магнатов и публично, за себя и за своих потомков, отречется от притязаний на баварский трон, передав высшую власть над этим народом Карлу.
Оставшиеся дочери Дезидерия, и среди их Дезидерата, которую когда-то выдавали за Карла, в надежде укрепить союз лангобардов и франков, были захвачены в Италии при взятии Павии, и распределены по монастырям, обреченные погибнуть в почетном заточении аббатисами.
Получается, единственным политически активным представителем семьи оставалась одна лишь Адельперга, которая была вынуждена писать письма Карлу, источнику бед для всех её близких родственников, писать и умолять вернуть ей сына, обещая верность и покорность Беневенто. Карл, надо отдать ему должное, вернул матери сына. Очевидно он имел возможность пообщаться с будущим Гримоальдом III и знал, что магнаты Беневенто было лояльны его семье, а сам молодой лангобард, очевидно, обещал ему вечную верность. Возможно четырнадцать лет власти над Италией уже укрепили уверенность, что власть франков не рухнет, а возможно за Адельпергу ходатайствовал Павел Диакон, один из образованнейших людей своего времени, писатель, вхожий во дворец Карла и даже обучавший его дочь греческому языку.
Павел Диакон уже прежде просил Карла освободить своего брата, который попал в плен во время неудачного лангобардского восстания против франков в герцогстве Фриуль, и король тогда милостиво освободил его родственника.
Гримоальд вернется на родину, примет из рук матери герцогский титул и докажет верность отпустившему его Карлу - в том же 788 году он разгромит отряд своего дяди, который попробует высадиться в Италии, чтобы поднять лангобардов на войну против франков. После разгрома последний наследник короля лангобардов сбежит обратно в Константинополь,где и умрет, а Гримоальд, освоившись в своей стране, станет проводить свою политику всё более свободно, отдаляясь от франков, но каждый раз франки найдут средства, чтобы остудить пыл южного вассала, и, таким образом, Беневенто будет находиться беспокойном, но подчиненном положении к северному соседу.
И вот теперь представьте, что в этот самый злополучный 788 год, когда где то в Баварии идет суд над одной дочкой Дезидерия, где-то в Италии разгромлен сын Дезидерия, герцогиня Адельперга просит Павла Диакона написать книгу - Историю Лангобардов. Фактически это была просьба женщины, которая хотела хоть как-то оставить память о свей семье и своем народе, на её глазах теряющего власть и память о своей государственности.
Павел Диакон, сам лангобард, причем из очень знатного рода, великолепно образованный для своего времени, знающий не только латынь, но и греческий язык, читавший всю античную классику, знающий и цитирующий всех крупных христианских и античных поэтов, по просьбе своей покровительницы уже ранее написал для неё своё собственное изложение римской истории (так как ему не нравилось слишком сухое и краткое изложение истории римской империи у Евтропия). Дело в том что свою деятельность Павел начинал ещё при дворе лангобардского короля, где служил нотарием и государственным секретарем, а заодно обучал юную Адельпергу наукам. В те годы Павия, а после переезда Адельперги на юг и Беневенто могли похвастаться образованностью и учеными людьми, которые затмевали соседний с ними Рим.
Послания Адриана, в которых он на ужасной исковерканной латыни отписывает Карлу Великому в основном свои территориальные претензии и бытовые неурядицы выглядят просто жалко. В ответ на стихи, которые Карл Великий пишет Папе Римскому с целью показать свою ученость, папа скромно отвечает своими, в основном акростихами. В то же время Павел Диакон, прибывший в Ахен по приглашению короля, пишет и оставляет на севере книгу "Деяния Мецских епископов", а позже пишет первое жизнеописание одного из важнейших деятелей тех веков - "Житие блаженного папы Григория".
Получив доброжелательный прием и обласканный франками, Павел Диакон все же возвращается на родину, в монастырь Санто-Кассино, где и проведет большую часть своего времени за своим главным трудом, которым он прославится в истории.
Читателям, желающим вкратце ознакомиться с этой книгой, надо знать, что скорее всего она была задумана Павлом Диаконом довольно давно, и ешё когда он писал для лангобардской принцессы историю римлян, он пообещал на последних страницах своего произведения продолжение. Таким образом Павел как бы продолжает свою историю, связывая Римскую империю и проводя от неё нить повествования к Лангобардскому королевству. Очевидно являясь большим патриотом и всем сердцем любящий свой народ и историю, Павлу Диакону приходилось тем не менее решать множество проблем - не задеть чувства франков, которые были в тот момент хозяева в Италии, объяснить для потомков поражение лангобардов, оставить от них героическую память. В его истории прослеживается желание объединить историю всех германцев как братские народы, объяснить передачу власти франкам как наиболее достойным в этот момент, ибо смысл государства Павел видел именно в максимальной эффективности при установлении порядка внутри страны. Таким образом франки, получается, навели в Италии порядок и принесли жителям спокойствие и процветание, которое они не видели со времен Лиутпранда.
Именно на правлении Лиутпранда Павел Диакон останавливает свою историю и заканчивает шестой том своей книги. Его мотивы понятны - он добрался до момента могущества лангобардов, до расцвета их силы, и он не собирался описывать разгром своей страны франками, чтобы не навести на себя гнев последних, когда он будет описывать их походы с точки зрения покоренного народа.
Увы, Адельперга не увидела обещанного ей труда - так как вскоре после просьбы и она сама покинула этот мир, а её могилу украшает эпитафия её старого учителя, в которой Павел Диакон восхваляет её ученость и покровительство наукам, выделявшие эту последнюю представительницу королевской лангобардский семьи.
Ну а Карл Великий вскоре организует королевства Италия и назначит туда своего сына, четырехлетнего Пиппина. Начинается новая эпоха истории Италии.