Хотя разговор, который в конечном счете привел Мэри Шелли к решению
написать "Франкенштейна", происходил на берегу Женевского озера, за много миль от британской земли, его все же следует признать одним из безумнейших английских чаепитий всех времен. И как ни забавно, но это собрание несет ответственность не только за появление "Франкенштейна", опубликованного в том же году, но и за "Дракулу" - роман, написанный человеком, который родится только через тридцать один год.
Был июнь 1816 года, и группа путешественников - Мэри и Перси Шелли,
лорд Байрон и доктор Джон Полидори - вынуждена была провести взаперти две недели из-за сильного ливня. Путники начали вслух читать немецкие готические рассказы о призраках из книги "Фантасмагория", и вынужденное заточение постепенно стало принимать определенно странный характер. Кульминация произошла, когда с Шелли случилось что-то вроде приступа. Доктор Полидори записал в своем дневнике: "За чаем в 12 часов разговоры о привидениях. Лорд Байрон прочел несколько строк из "Кристабель" Кольриджа; когда наступила тишина, Шелли неожиданно закричал, сжал руками голову и со свечой в руке выбежал из комнаты. Я побрызгал ему в лицо водой и дал эфир. Оказалось, он смотрел на миссис Шелли и неожиданно подумал о женщине, у которой вместо сосков глаза; это привело его в ужас".
Пусть с этим разбираются англичане.
Итак, члены общества договорились, что каждый попытается написать новую историю о сверхъестественном. Именно у Мэри Шелли, чье произведение будет единственным, которое выдержит испытание временем, были наибольшие трудности с его созданием. У нее вообще не было никаких замыслов, и прошло несколько ночей, прежде чем воображение не снабдило ее кошмаром, в котором "бледный подмастерье святотатственных искусств создал ужасный призрак человека". Эта сцена сотворения представлена в четвертой и пятой главах ее романа.
Перси Биши Шелли написал фрагмент, озаглавленный "Убийцы". Джордж
Гордон Байрон - любопытную страшную историю "Погребение". Но именно Джона Полидори, доброго доктора, иногда упоминают как возможный мостик к Брему Стокеру и "Дракуле". Его рассказ впоследствии был расширен до романа и пользовался большим успехом. А назывался он "Вампир". На самом деле роман Полидори достаточно плох.., и отличается подозрительным сходством с "Погребением", рассказом о призраках, написанным его несравненно более талантливым пациентом лордом Байроном. Возможно, здесь пахнет и плагиатом. Известно, что вскоре после короткой интерлюдии на берегах Женевского озера Байрон и Полидори жестоко повздорили и дружба их закончилась.
Можно предположить, что причиной разрыва послужило сходство между двумя произведениями. Полидори, которому в то время был двадцать один год, кончил плохо. Успех романа, в который он превратил свой рассказ, заставил его бросить врачебную практику и стать профессиональным писателем. Но его произведения успехом больше не пользовались; зато он преуспел в создании карточных долгов. Поняв, что его репутация безвозвратно загублена, он, как истый английский джентльмен того времени, пустил себе пулю в лоб.
Появившийся на стыке столетий роман Стокера "Дракула" лишь отдаленно напоминает "Вампира" Полидори: тема узкая, и даже если исключить преднамеренные аллюзии, семейное сходство всегда будет присутствовать - но можно не сомневаться, что Стокер знал о романе Полидори. Прочитав "Дракулу", невольно думаешь, что Стокер не оставил в этой области ни один камень неперевернутым. Таким ли уж сомнительным покажется предположение, что он прочел книгу Полидори, тема его заинтересовала и он решил написать лучше?
Мне кажется, что так оно и произошло, точно так же, как мне нравится думать, что Полидори заимствовал основную идею у Байрона. В таком случае Байрон стал бы литературным дедом легендарного графа, который как-то похвастал Джонатану Харкеру, что прогнал турок из Трансильвании.., а ведь сам Байрон умер, сражаясь вместе с греками в восстании против турок, восемь лет спустя после встречи с Шелли и Полидори на берегу Женевского озера. Сам граф аплодировал бы такой смерти.