Вы медленно идёте по залам Главного музейного комплекса Эрмитажа. Вокруг — роскошный, избыточный, оглушительный фламандский натюрморт XVII века. Зал Франса Снейдерса. Горы битой дичи, лобстеры, диковинные фрукты, перья фазанов, триумф плоти и барочного пира. Воздух здесь кажется почти физически плотным от запаха земных удовольствий...
И вдруг на периферии зрения возникает нечто, чего вы никак не ожидали встретить в царстве старых мастеров. В самом центре зала 245 стоит человеческий скелет в полный рост. Он нежно держит на руках мёртвого белого лебедя. И весь он — с головы до ног — одет в переливающийся, изумрудно-золотой рыцарский панцирь, который при ближайшем рассмотрении оказывается мозаикой из миллионов надкрылий жуков-златок🤯.
Это "Глупость, стоящая на смерти" — скульптура знаменитого бельгийского художника Яна Фабра, созданная в 2016 году. И она стоит здесь не как временный "гость из отдела современного искусства", а как полноправный, вечный житель эрмитажного зазеркалья.
Почему Эрмитаж пошёл на этот дерзкий шаг, какой сакральный шифр скрывает броня из жуков и почему эта скульптура — лучшее, что могло случиться с залом Снейдерса?
——————————
Провокация или абсолютное созвучие?
Когда в 2016 году в Эрмитаже открылась масштабная выставка Яна Фабра "Рыцарь отчаяния — воин красоты", российское общество раскололось на два непримиримых лагеря. Соцсети взрывались от гнева под хэштегами против выставки, обыватели требовали немедленно убрать "чучела и дохлых животных" из залов Зимнего дворца, обвиняя музей в кощунстве.
Но руководство Эрмитажа во главе с Михаилом Пиотровским проявило стальную волю. Они не просто не закрыли выставку — они приняли "Глупость, стоящую на смерти" в дар от художника. Скульптура навсегда вошла в постоянную экспозицию Эрмитажа.
Почему? Да потому что Фабр не осквернил Снейдерса. Он его раскодировал.
——————————
Квантовый скачок Vanitas: диалог сквозь 400 лет
Фламандское барокко только притворяется весёлым праздником живота. На самом деле под каждым роскошным натюрмортом Снейдерса лежит глубокий экзистенциальный страх. Это жанр vanitas (суета сует) и вечное напоминание memento mori (помни о смерти).
Снейдерс писал горы битой дичи и спелых фруктов не для того, чтобы вызвать аппетит. Он показывал: посмотри, как прекрасна, жирна и сочна жизнь в этот миг, но помни — уже завтра всё это сгниёт, увянет и превратится в прах. Смерть всегда прячется на дне барочной корзины с персиками.
Фабр поставил свою скульптуру прямо напротив снейдерсовского "Птичьего концерта". И круг замкнулся:
• Скелет — это обнажённая правда смерти, лишённая плоти, которой так дорожили фламандцы.
• Белый лебедь на его руках — символ чистоты, уходящей красоты и той самой "лебединой песни", последнего вздоха перед вечным молчанием.
• Надкрылья жуков-златок — любимый, программный материал Фабра. Эти жуки обладают удивительным оптическим свойством: их панцири переливаются от ядовито-зелёного до глубокого золотого и фиолетового цветов. Но главное — этот фантастический блеск не тускнеет даже после смерти насекомого.
Здесь скрыта потрясающая этическая и философская деталь, о которой противники выставки предпочитали молчать: Фабр не убивал жуков ради искусства. Он годами собирал уже погибших в естественной среде обитания особей в Юго-Восточной Азии. Его скульптура — это гигантское кладбище существ, чья неземная красота проявилась и застыла в вечности именно благодаря смерти...
——————————
"Глупость, стоящая на смерти"
Почему Глупость? В средневековой и барочной традиции Шут (Глупец) был единственным, кому дозволялось говорить королям правду в лицо. Шут не боится смерти, потому что он не цепляется за земные статусы и богатства.
Скелет Фабра, облачённый в шутовской, переливающийся доспех, держит лебедя как высший дар. Он словно смеётся над всеми этими лобстерами, фазанами и битыми оленями на картинах Снейдерса. Он говорит: "Вы можете копить золото, набивать столы яствами и вешать на стены огромные полотна. Но в конце концов мы все окажемся здесь. И единственное, что у нас останется — это хрупкая красота нашей души, похожая на этого белого лебедя".
——————————
Молчаливый консенсус
Сегодня присутствие Фабра в зале Снейдерса уже не вызывает скандалов. Протесты утихли, хэштеги стёрлись из памяти, а скелет остался.
Он стал идеальной метафорой отношений между классическим и современным искусством. Они больше не воюют. Они стоят в одном зале, смотрят друг на друга сквозь века и молчат. Старое искусство барокко кричит о тленности жизни, а современное искусство Фабра молча подтверждает эту правоту, сияя вечным изумрудным светом миллионов крошечных крыльев.
——————————
А вы видели эту работу вживую в зале 245? Что вы почувствовали в первую секунду, когда среди тёплых, тяжёлых фламандских красок вдруг наткнулись взглядом на этот светящийся зелёный силуэт? Считаете ли вы такое соседство гениальным кураторским ходом или вам всё же хочется вернуть залу Снейдерса его классическую строгость?
#Эрмитаж #ЯнФабр #ФрансСнейдерс #ГлупостьСтоящаяНаСмерти #Vanitas #Барокко #СовременноеИскусство #ЖукиЗлатки #MementoMori #МузеиМира #ШедеврыЭрмитажа #Искусствоведение