Перспективы российской экономики во втором квартале и по итогам года выглядят сдержанно: убедительных факторов для заметного ускорения роста практически нет, считает ведущий аналитик «Амаркетс» Игорь Расторгуев.
Настораживает динамика промышленности — одного из ключевых секторов. Выпуск в мае сократился на 0,8% к апрелю (с учётом сезонности), а годовой показатель ухудшился с +1,9% в апреле до −0,7% в мае. Особенно заметно просела добыча — на 1,7% к предыдущему месяцу: это давит на экспортную выручку и смежные отрасли. Слабеет и внутренний спрос. Данные «Сбериндекса» и мониторинг ЦБ показывают, что сектора, ориентированные на потребление домохозяйств, едва удерживают минимальный рост, а денежные потоки в них сжимаются. В отдельные периоды реальный рост потребительских расходов близок к нулю — поэтому рассчитывать на него как на драйвер роста не приходится. Ситуация во внешнем секторе тоже теряет позитив. Некоторое оживление во втором квартале было связано с геополитической премией в сырьевых ценах, но рынок её почти отыграл: сводный индекс цен российского сырьевого экспорта за месяц снизился на 16,9 пункта, а Brent вернулась к уровню около 73 долларов за баррель. Дальнейшее снижение цен усилит давление на рубль и инфляцию, сократив возможности для поддержки роста, предупреждает эксперт.
«Важная особенность — усиливающаяся сегментация экономики. Рост концентрируется в узком круге направлений (госуправление, обеспечение военной безопасности, отдельные сегменты обработки), а остальные отрасли фактически стагнируют. По оценке Райффайзенбанка, без этих сегментов динамика с начала года близка к нулевой. Это делает модель роста менее устойчивой. Расчёты экономистов подтверждают глубину проблемы: доля отраслей с падающим выпуском выросла с 24% в IV квартале 2025 года до 71% в I квартале 2026 года — по сути, значительная часть экономики уже в технической рецессии», — подчеркивает аналитик.
По его оценке, до конца года наиболее реалистичен сценарий умеренного роста ВВП в диапазоне 1–2%, причём существенная часть прироста будет обеспечена госзаказом и инфраструктурными проектами, а не рыночными драйверами. На динамику повлияют жёсткая ДКП ЦБ (она сдерживает кредитование и спрос), цены на экспортные товары, бюджетная политика, поведение потребителей и внешние условия (санкции, доступ к технологиям и логистике).
Основные риски — углубление сегментации, ослабление внешнего спроса и сырьевых цен, рост инфляции на фоне ослабления рубля. В такой ситуации регулятор может дольше сохранять высокую ключевую ставку, дополнительно охлаждая кредитование и инвестиции.
«Экономика сейчас проходит этап структурной перестройки: ближайшие кварталы будут про устойчивость и адаптацию, а не про ускорение. Заметное улучшение возможно лишь при появлении сильных стимулов — роста сырьевых цен либо ощутимого улучшения внутренних условий (снижение стоимости кредита, рост реальных доходов, предсказуемость среды для бизнеса). Пока ни один из этих факторов не выглядит доминирующим, поэтому базовый сценарий остаётся умеренно консервативным», — резюмирует Игорь Расторгуев.