Metal
Released by AFM Records •
25 March 2022 • 11 Tracks • 35m 09s
Reckless Love — Turborider: глэм-метал пересаживается на неоновый мотоцикл
Turborider («Турбогонщик») — самый радикальный альбом Reckless Love. Если Reckless Love 2010 года был финской ретро-открыткой из мира Def Leppard, Poison, Mötley Crüe и Bon Jovi, Animal Attraction («Животное притяжение») — их лучшей ранней формулой, Spirit («Дух») — солнечным стадионным карнавалом, а InVader («Захватчик») — спорным вторжением в поп-глянец и синтетику, то Turborider («Турбогонщик») уже не просто эксперимент. Это полноценная смена декораций.
Здесь Reckless Love окончательно пересаживаются из кабриолета Sunset Strip в неоновый спорткар из VHS-фантазии о будущем. Вокруг — синтезаторы, электронные барабаны, ретрофутуризм, аркадные автоматы, кибер-глэм, synthwave, pop metal, гитарные соло и эстетика восьмидесятых, но уже не тех восьмидесятых, где правили лак для волос и стадионный хард-рок, а тех, где рядом стоят Judas Priest времён Turbo («Турбо»), Def Leppard эпохи Hysteria («Истерия»), саундтреки к боевикам, игровые автоматы и ночные шоссе под розово-синим светом.
Открывающая Turborider («Турбогонщик») сразу формулирует новый мир группы. Это не традиционный глэм-хардовый старт с живым барабанным ударом и гитарным риффом в центре. Песня входит через синтезаторный импульс, электронный блеск и почти видеоигровую скорость. Гитары Pepe Reckless всё ещё есть, но они уже не единственные хозяева пространства. Теперь они делят сцену с клавишными, программированными ритмами и цифровой эстетикой. И, что важно, песня работает: припев большой, энергия мгновенная, а Olli Herman звучит так, будто всю жизнь ждал возможности стать фронтменом глэм-металлического кибер-боевика.
Eyes Of A Maniac («Глаза маньяка») продолжает движение в сторону тёмного, но всё равно попового synth-metal. В ней есть больше напряжения, чем в привычных солнечных песнях Reckless Love. Это не мрачный металл, конечно, но по сравнению с Hot («Горячо») или So Happy I Could Die («Так счастлив, что мог бы умереть») трек звучит холоднее и опаснее. Синтезаторы здесь не просто украшение, а часть драматургии: они создают ощущение ночной погони, тревожного взгляда в зеркало заднего вида, неоновой паранойи.
Outrun («Аутран») — один из ключевых номеров альбома и почти программная вещь для всей концепции. Уже само название отсылает к ретро-автомобильной, аркадной и синтвейв-культуре. Это песня не о дороге как рок-н-ролльной свободе в старом смысле, а о дороге как видеоигровом туннеле: скорость, свет, пиксели, синтезаторный горизонт. Reckless Love здесь очень удачно соединяют свой старый припевный инстинкт с новой электронной оболочкой. Outrun («Аутран») звучит свежо именно потому, что группа не просто наклеивает синтезаторы на старую песню, а действительно пишет трек внутри новой эстетики.
Kids Of The Arcade («Дети игровых автоматов») — самый ностальгический момент альбома. Здесь Reckless Love напрямую обращаются к поколенческой памяти: аркадные залы, детство, игры, дешёвые огни, электронные звуки, фантазия о восьмидесятых как о бесконечном летнем вечере. Песня могла бы легко стать слишком сахарной, но её спасает хороший припев и общая искренность. Reckless Love всегда были сильны там, где не притворялись глубокими. Здесь они не анализируют ностальгию — они просто включают автомат, бросают монету и бегут внутрь картинки.
Кавер Bark At The Moon («Лай на луну») — самый спорный ход альбома. Оригинал Ozzy Osbourne держится на металлической театральности, гитарной ярости и почти хоррорной драме. В версии Reckless Love песня получает синтетический блеск и вписывается в общую неоновую палитру Turborider («Турбогонщик»). С одной стороны, кавер звучит бодро и узнаваемо. С другой — он не становится настоящим переосмыслением. Группа скорее переодевает Bark At The Moon («Лай на луну») в свой новый костюм, чем открывает в ней неожиданный смысл. Это эффектный номер, но не главный аргумент альбома.
Prelude (Flight Of The Cobra) («Прелюдия: Полёт кобры») — короткая связка, но она важна для атмосферы. Turborider («Турбогонщик») вообще лучше воспринимается не как обычный набор песен, а как саундтрек к воображаемому ретро-футуристическому фильму или игре. Такие интерлюдии помогают альбому быть миром, а не просто плейлистом. Да, это небольшой эпизод, но он усиливает ощущение, что Reckless Love в этот раз действительно строят декорацию.
Like A Cobra («Как кобра») — один из самых удачных треков второй половины. Здесь появляется больше хард-роковой мускулатуры, и альбом выигрывает. Синтетика остаётся, но песня не теряет гитарный хребет. Pepe Reckless получает больше пространства, Olli Herman звучит наглее, а припев держит баланс между старым глэмом и новым кибер-блеском. Именно в таких вещах Turborider («Турбогонщик») наиболее убедителен: не когда группа полностью уходит в поп-синтетику, а когда сталкивает её с настоящим рок-драйвом.
For The Love Of Good Times («Ради любви к хорошим временам») возвращает классический дух Reckless Love: вечеринка, радость, молодость, жизнь без лишнего драматизма. Но теперь этот дух проходит через электронный фильтр. Песня не такая сильная, как Outrun («Аутран») или Turborider («Турбогонщик»), но она важна как мост к прошлому группы. Это те же Reckless Love, которые всегда пели о хороших временах, только теперь вместо кожаной куртки и кабриолета у них неоновый шлем и цифровая приборная панель.
’89 Sparkle («Блеск 1989-го») — самый откровенно игривый трек альбома. Здесь группа почти доходит до границы поп-карикатуры: сладкий припев, синтетический блеск, нарочитая ретро-радость, ощущение игрушечного восьмидесятнического мира. Для одних это будет очаровательно, для других — слишком приторно. Но в контексте Turborider («Турбогонщик») песня логична. Альбом не скрывает, что работает с фантазией, а не с реальной историей рока. ’89 Sparkle («Блеск 1989-го») — не реконструкция 1989 года, а блестящая наклейка с надписью «1989» на корпусе игрового автомата.
Future Lover Boy («Парень-любовник из будущего») продолжает эту линию синтетического глэм-попа. Это, пожалуй, один из самых поповых номеров альбома, где старый рок-н-ролльный секс Reckless Love превращается почти в кибер-романтическую комедию. Песня лёгкая, липкая, немного нелепая, но не без обаяния. Здесь снова встаёт главный вопрос Turborider («Турбогонщик»): насколько далеко можно увести глэм-хард в сторону поп-синтетики, прежде чем он перестанет быть роком? Future Lover Boy («Парень-любовник из будущего») стоит почти на самой границе.
Финальная Prodigal Sons («Блудные сыновья») — очень важная точка, потому что именно здесь Reckless Love возвращают больше тяжести, гитар и драматизма. После всего неонового веселья альбом вдруг напоминает: под синтезаторами всё ещё есть группа, которая умеет играть хард-рок. Prodigal Sons («Блудные сыновья») звучит мрачнее, плотнее и серьёзнее многих предыдущих треков. Это не полный возврат к Animal Attraction («Животное притяжение»), но хороший финальный баланс. Если бы на альбоме было больше таких моментов, он мог бы сильнее убедить старых поклонников.
Главная сила Turborider («Турбогонщик») — цельность концепции. InVader («Захватчик») был переходным и местами разорванным: группа то пыталась быть современным поп-роком, то возвращалась к глэм-харду, то экспериментировала с танцевальными ходами. Turborider («Турбогонщик») звучит намного собраннее. Здесь ясно, какой мир строится: ретрофутуристический, синтетический, неоновый, аркадный, скоростной. Даже слабые песни вписываются в эту картинку. Альбом может не всем понравиться, но он знает, кем хочет быть.
Главная слабость — дефицит живого рок-н-ролльного тепла. Ранние Reckless Love выигрывали за счёт ощущения праздника, сцены, гитарной улыбки и человеческой энергии. На Turborider («Турбогонщик») часть этой энергии заменена программным блеском. Продакшн плотный, громкий, современный, но временами слишком пластиковый. Там, где синтетика помогает песне — Turborider («Турбогонщик»), Outrun («Аутран»), Eyes Of A Maniac («Глаза маньяка») — альбом звучит свежо. Там, где она становится самоцелью, музыка чуть теряет телесность.
По сравнению с Animal Attraction («Животное притяжение») это менее хард-роковый альбом. Там были гитары, припевы, яркий глэм и почти идеальная формула ранней группы. Turborider («Турбогонщик») более смелый, но менее естественный. По сравнению с Spirit («Дух») он менее солнечный и более концептуальный. По сравнению с InVader («Захватчик») — намного цельнее и убедительнее как эксперимент. Если InVader («Захватчик») только пробовал новую одежду, то Turborider («Турбогонщик») уже вышел в ней на сцену.
Особенно интересно, что Turborider («Турбогонщик») не просто добавляет синтвейв к старому глэм-металу, а меняет саму фантазию о восьмидесятых. Ранние Reckless Love мечтали о Sunset Strip, стадионах, волосах, кожаных штанах и радио-хитах. На Turborider («Турбогонщик») они мечтают об аркадах, неоне, футуристических мотоциклах, видеоиграх и кассетной фантастике. Это всё те же восьмидесятые, но другая их сторона. И это умный ход: вместо того чтобы бесконечно повторять Def Leppard и Poison, группа нашла соседнюю комнату в том же ретро-доме.
Olli Herman остаётся главным центром. Его голос идеально подходит этому синтетическому глэму: он достаточно театрален, чтобы не потеряться среди клавишных, и достаточно яркий, чтобы даже самые пластиковые треки звучали живо. Pepe Reckless временами снова отодвинут на второй план, но в ключевых местах — Like A Cobra («Как кобра»), Prodigal Sons («Блудные сыновья»), Bark At The Moon («Лай на луну») — напоминает, что гитарная сторона группы ещё не умерла.
Лучшие вещи — Turborider («Турбогонщик»), Eyes Of A Maniac («Глаза маньяка»), Outrun («Аутран»), Kids Of The Arcade («Дети игровых автоматов»), Like A Cobra («Как кобра») и Prodigal Sons («Блудные сыновья»). Bark At The Moon («Лай на луну») интересна как кавер, но не обязательная вершина. ’89 Sparkle («Блеск 1989-го») и Future Lover Boy («Парень-любовник из будущего») лучше работают как часть концепции, чем как самостоятельные сильные песни.
Turborider («Турбогонщик») — альбом, который может разделить поклонников Reckless Love. Тем, кто любит ранний глэм-хардовый драйв Animal Attraction («Животное притяжение»), здесь может не хватить живых гитар, грязи и рок-н-ролльной прямоты. Тем, кто принял поп-синтетические шаги InVader («Захватчик»), этот альбом покажется гораздо более убедительным развитием. А тем, кто любит synthwave, ретро-футуризм и неоновую эстетику, Turborider («Турбогонщик») может оказаться самым интересным релизом группы.
Это не лучший альбом Reckless Love в классическом смысле. Самой сильной глэм-хардовой работой всё равно остаётся Animal Attraction («Животное притяжение»). Но Turborider («Турбогонщик») — возможно, их самый концептуально смелый и визуально цельный альбом. Он доказывает, что группа не хотела быть просто вечным ревайвалом восьмидесятых. Они попытались пересобрать собственную ностальгию и найти в ней другой двигатель.
Оценка: 8/10.
Если Animal Attraction («Животное притяжение») — это Reckless Love на глэм-хардовой вершине, Spirit («Дух») — их солнечный стадионный карнавал, а InVader («Захватчик») — спорный поп-переход, то Turborider («Турбогонщик») — неоновый мотоцикл, на котором группа уезжает в синтвейв-будущее. Не все старые фанаты поедут вместе с ними, но сама поездка получилась яркой, быстрой и куда более цельной, чем можно было ожидать.