Недавно Министерство здравоохранения России анонсировало ряд существенных изменений, которые, по мнению многих, могут окончательно подорвать отечественную систему здравоохранения. Все это происходит под одобрительные речи высшего руководства страны и аплодисменты представителей заинтересованных кругов.
Каждый раз, когда российские чиновники говорят о "модернизации" медицины, пациенты вынуждены готовиться не к улучшениям, а к новым финансовым тратам. За красивыми формулировками о "современных подходах" и "совершенствовании системы" зачастую кроется удручающая реальность: сокращение числа врачей, увеличение очередей, экспоненциальный рост бюрократической отчетности и снижение доступности медицинской помощи.
Нынешняя реформа Минздрава не стала исключением. На бумаге все выглядит презентабельно: новые специальности, руководящие позиции, обновленные регламенты. Однако при более внимательном рассмотрении создается впечатление, что госслужащие оперируют в некоем параллельном измерении, где ключевой проблемой медицины является недостаток "врачей здорового долголетия", а не острая нехватка терапевтов, эндокринологов, кардиологов, стоматологов и среднего медицинского персонала.
Пока граждане месяцами ожидают приема и обследования, а поликлиники страдают от дефицита кадров, наверху продолжаются переименования, кадровые перестановки и создание новых бюрократических структур.
Упразднение специалистов под видом оптимизации
Наиболее тревожным аспектом новой инициативы является поэтапное исключение ряда медицинских направлений. Минздрав утвердил обновленный перечень должностей, вступающий в силу с 1 сентября, куда не вошли диетологи, подростковые психиатры и терапевты, врачи-стоматологи, бактериологи, вирусологи, паразитологи и другие. Иными словами, представители этих профессий в ближайшем будущем могут исчезнуть из государственных медицинских учреждений.
Возникает закономерный вопрос: кто будет выполнять их работу?
Официальная позиция ведомства заключается в "перераспределении функций". Однако россияне уже хорошо понимают, что это означает. Закрытие больницы — это "оптимизация". Сокращение штата — "повышение эффективности". Исчезновение узкого специалиста — его обязанности ложатся на плечи других врачей, которые и так работают на пределе.
Особую обеспокоенность вызывает ситуация с диабетологами. Сахарный диабет остается одной из серьезнейших проблем здравоохранения, требующей постоянного наблюдения и специализированной помощи для миллионов пациентов. Однако вместо наращивания этого направления, государство, по сути, сигнализирует об упразднении необходимости в узких специалистах.
Еще более тревожную картину вызывает ликвидация должностей подростковых психиатров. В мире растет осведомленность о важности психического здоровья детей и подростков, и многие страны активно развивают это направление. В России же, судя по всему, решили, что выделенные специалисты для этой группы населения — непозволительная роскошь.
Однако настоящим символом происходящих изменений можно считать упразднение должности врача-стоматолога.
Страна, где стоматологическая помощь уже давно стала дорогостоящей услугой для большинства населения, сталкивается с очередным ударом по доступности зубного лечения. Для пенсионеров и жителей малых городов даже существующая система работает с колоссальными трудностями. Вместо развития стоматологической помощи, чиновники от медицины фактически подталкивают россиян в объятия коммерческих клиник.
Врачи стали менее востребованы, зато появились новые управленцы.
Примечательно, что вводится всё больше руководящих позиций. Несмотря на острый дефицит медицинского персонала в России, было принято неожиданное решение: увеличить число директоров клиник и их заместителей. Как сообщает Минздрав, структура управления медицинскими организациями претерпит изменения: помимо главврача и его помощника, появятся директор медучреждения и его заместитель.
Сотрудники сферы здравоохранения поражены цинизмом ситуации. В стране не хватает врачей, медсестёр и фельдшеров, а попасть к специалисту можно лишь через недели или месяцы. Тем не менее, власти видят проблему не в этом, а в недостатке управленческого звена.
Создаётся ощущение, что российская медицина превращается в пирамиду, где число тех, кто составляют отчёты и контролируют процессы, растёт быстрее числа тех, кто непосредственно оказывает помощь пациентам. Похоже, чиновники забыли, что дефицит в здравоохранении — это не руководители, а специалисты у постели больного. Именно их, по сути, становится меньше в результате новой реформы.
Нутрициологи вместо эндокринологов.
Отдельного внимания заслуживает расцвет нутрициологии. На фоне острого недостатка практикующих врачей государство решает развивать консультирование по вопросам питания. Минздрав уже подготовил обновлённый перечень медицинских специальностей, который теперь включает медицинскую психологию, логопедию, физику, биологию, эмбриологию, физическую и эргореабилитацию, а также нутрициологию.
Идея, казалось бы, неплоха. Правильное питание действительно важно. Однако возникает вопрос: в каком мире живут авторы этой реформы? Для многих россиян проблема не в отсутствии советов о здоровом рационе, а в невозможности позволить себе качественные продукты. Когда доходы ограничены, предложения по персонализированному питанию выглядят как издевательство, особенно на фоне сложности попасть к эндокринологу или гастроэнтерологу.
Бюрократия стала главной проблемой системы.
По мнению медицинских работников, основной болезнью российской медицины давно стала бюрократия. Ежегодно растёт документооборот: журналы, инструкции, отчёты, согласования и проверки. Особенно показательна ситуация с медицинскими отходами: вместо упрощения работы медиков вводятся новые требования к учёту, хранению и контролю.
Новость Минздрава о изменении с 1 сентября порядка обращения с медицинскими отходами класса Г означает лишь одно: медики будут тратить ещё больше времени на бумажную работу. Врач должен лечить, но вынужден заполнять бесконечные документы, чтобы избежать штрафов и проблем при проверках. Система работает не на пациента и не на врача, а на саму себя.
Бесплатная медицина: иллюзия или реальность?
Особое внимание в проводимой реформе уделяется платным услугам, что вызывает определенные вопросы. Нам обещают, что система бесплатной медицинской помощи останется неизменной. Однако, как показывают многочисленные свидетельства, реальность иная: талонов нет, очереди растут, а на необходимые обследования приходится ждать месяцами. В то же время, возможность получить платную услугу появляется практически мгновенно.
Обращает на себя внимание цинизм, с которым преподносится эта ситуация:
"Теперь официально разрешено заключать договоры через интернет-сайты медицинских учреждений или мобильные приложения. Факт оплаты такой услуги будет означать согласие пациента с предложенными условиями. Это упростит запись на приемы и процедуры. Одновременно с этим, больницы будут обязаны детально информировать пациентов о стоимости, возможных рисках и наличии бесплатных альтернатив."
Суть этого нововведения сводится к активному продвижению коммерциализации медицины под видом улучшения сервиса. Пока чиновники говорят об удобстве онлайн-оформления платных услуг, люди задаются справедливым вопросом: почему бесплатная помощь не может быть оказана с такой же оперативностью?
Когда платный визит к врачу доступен немедленно, а бесплатный — только через месяц, разговоры о равенстве доступа к медицинской помощи звучат неубедительно. Формально полис ОМС действует, но на практике многие россияне вынуждены выбирать между долгим ожиданием и немедленной оплатой.
Имитация деятельности вместо реальных решений
Самое тревожное в сложившейся ситуации то, что ни одно из заявленных нововведений не решает корневых проблем российского здравоохранения.
Где найти больше врачей? Как остановить их отток? Как сократить время ожидания? Как сделать диагностику более доступной? Как вернуть престиж медицинской профессии? Как снизить нагрузку на медицинский персонал?
Ответов на эти вопросы нет.
Зато появляются новые должности, инструкции, отчеты, руководители и правила.
Возникает ощущение, что руководство отрасли окончательно перепутало цели и средства. Вместо настоящей реформы системы здравоохранения происходят лишь косметические изменения, сравнимые с перевешиванием табличек на дверях кабинетов.
Неутешительный итог
Сегодня российская медицина напоминает пациента с серьезной болезнью, которому вместо операции предлагают изменить прическу. Власти предпочитают заниматься поверхностными перестановками, игнорируя фундаментальные проблемы. Вместо увеличения числа врачей происходит сокращение специалистов, вместо борьбы с кадровым кризисом — создание новых управленческих структур. Вместо повышения доступности бесплатной медицинской помощи — делается максимально удобным получение платных услуг.
Именно поэтому многие граждане воспринимают очередные реформы не как шаг вперед, а как подтверждение того, что чиновники оторваны от реальности. Когда стране остро нужны больницы, квалифицированные специалисты и доступное лечение, им предлагают новые названия должностей, обновленные инструкции и новых руководителей.
И неудивительно, что уровень доверия к системе здравоохранения продолжает снижаться.
На фоне текущей ситуации, поздравление, прозвучавшее по случаю Дня медицинского работника, выглядит как откровенная насмешка.
«Каждый из вас предан благородной миссии — заботе о людях, поддержанию здоровья нации, и вы исполняете свои обязанности с большой ответственностью и самоотдачей. Ваши успехи — результат неустанного повседневного труда, а также поддержки семьи и друзей, которые с пониманием относятся к вашей загруженности, ночным сменам и беспокойству о пациентах», — обратился глава государства 21 июня ко всем, кто работает в сфере медицины.
Да, конечно, напряженный каторжный труд теперь станет еще более изнурительным, ночных дежурств прибавится, а количество врачей, испытывающих искреннее беспокойство за больных, сойдет на нет. Зато у Голиковой и ее коллег появятся дополнительные миллионы на банковских счетах. В долларах, разумеется. В остальном, у нас всё просто прекрасно. Не так ли?