Та же черта, которая помогает людям добиваться успеха, может делать их глубоко несчастными
Я слушал интервью с Артуром Бруксом, профессором Гарварда, который часто говорит о связи между счастьем и человеческим поведением. В середине разговора ведущий задал вопрос, который меня зацепил.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
«Высокий интеллект делает людей счастливее?»
Ответ оказался совсем не таким, как я ожидал.
Вместо того чтобы говорить о достижениях, доходе или карьерном успехе, Артур заговорил о другом. А именно о чрезмерном анализе, неопределенности и склонности продолжать искать ответы даже тогда, когда полезный ответ уже найден.
Если провести достаточно времени в интернете, обычно слышишь совсем другую историю. Там полно статей об одаренных людях, выдающихся мыслителях и высокоэффективных профессионалах, у которых якобы есть преимущество почти во всех сферах жизни.
Хотите в Китай? Все самое главное за 7 дней: горы Аватара, Великая Китайская стена, Терракотовая армия, небоскрёбы Шанхая и древние храмы. Маркетплейс авторских туров Clubok.Travel предлагает эксклюзивные авторские туры с русскоязычным гидом, продуманной программой от проверенных организаторов. Расширенная медицинская страховка в подарок. После тура вы бесплатно получите фотокнигу и видеоролик о вашем путешествии.
Тур в Китай: https://clubok.travel/china?utm_source=dzen&utm_medium=smm
Но после слов Брукса я начал внимательнее присматриваться к умным людям, которых знал лично, и к тем, за чьей работой следил много лет.
И с удивлением заметил: многие из них постоянно боролись с проблемами, которые еще даже не существовали.
Они заранее ждали неудач. Анализировали разговоры. Пересматривали решения. Искали уверенность там, где ее в принципе не могло быть.
Жаль, что я не заметил эту закономерность раньше. Особенно до того, как решил, будто интеллект автоматически делает жизнь проще.
Потому что люди, о которых я думал, вовсе не проваливались в жизни. Внешне у большинства всё было вполне хорошо. Но чем больше таких примеров я видел, тем труднее было игнорировать противоречие: некоторые из самых умных людей, которых я знал, одновременно были и самыми несчастными.
За эти годы я сам потратил неприлично много времени на обдумывание проблем, которые на самом деле не мог решить.
Одни касались семьи. Другие - работы, здоровья или решений, последствия которых могли растянуться на годы вперед. В какой-то момент я начал сомневаться: действительно ли весь этот анализ помогает так сильно, как мне казалось?
Ответ был однозначным.
Нет.
По определению Cleveland Clinic, «аналитический паралич - это состояние, когда человек настолько долго обдумывает потенциальное решение, что ему становится трудно сделать выбор. Мышление начинает приносить больше вреда, чем пользы, потому что вы застреваете в бесконечной петле “а что, если”. Это может вызывать страдание, пока вы снова и снова изучаете плюсы и минусы ситуации. Речь может идти как о больших решениях, например сменить ли работу, так и о маленьких, например какой сэндвич заказать».
Сначала у меня было довольно простое оправдание.
«Может, я просто ответственный, - думал я. - Может, я готовлюсь к вариантам, которые другие упускают. Может, я предотвращаю ошибки еще до того, как они случились. В конце концов, есть немало ситуаций, где плохое решение может преследовать тебя годами».
Потом я начал вспоминать ситуации, которые занимали больше всего места в моей голове.
Одна была связана с попыткой предсказать, сколько времени мне понадобится, чтобы восстановиться после коллапса легкого, и случится ли это снова спонтанно. Другая касалась карьерного решения, которое могло изменить следующие несколько лет моей жизни.
В обоих случаях я потратил куда больше времени на размышления, чем на реальные действия, способные хоть как-то повлиять на результат.
Когда я начал смотреть внимательнее, закономерность стала очевидной.
Большая часть мыслей появлялась уже после того, как решать было нечего. Решение уже было принято. Или ситуация уже двигалась в направлении, которому было совершенно всё равно, что я об этом думаю.
И тогда меня осенило еще кое-что.
Ситуации, которые пожирали больше всего моей ментальной энергии, почти никогда не становились лучше из-за анализа. Я не находил новой информации. Не менял результат. Чаще всего я просто снова и снова прокручивал одни и те же факты, задавал одни и те же вопросы и, черт возьми, постоянно терял сон.
А потом в какой-то момент само размышление начинало создавать больше проблем, чем ситуация, которая его запустила.
Иногда я ловлю себя на том, что снова проваливаюсь в кроличью нору сверханализа по поводу того, что не могу контролировать. В такие моменты я обычно вспоминаю фразу римского императора Марка Аврелия:
«Ты имеешь власть над своим умом, а не над внешними событиями. Осознай это - и найдешь силу».
Много лет мне казалось, что должен существовать какой-то более сложный ответ.
Может, мне нужно больше информации.
Может, я еще недостаточно хорошо всё обдумал.
Может, есть какой-то угол, который я упустил, и именно он наконец уберет неопределенность.
Сейчас я возвращаюсь к гораздо менее впечатляющему вопросу.
«Я вообще могу что-то с этим сделать?»
Вот и всё.
Если ответ да, обычно по ту сторону этого вопроса уже ждет что-то конкретное: решение, разговор или действие, которого я избегал.
Если ответ нет, опыт научил меня другому.
Следующие несколько часов, скорее всего, не будут продуктивными. Я буду ходить по дому, прокручивать одни и те же факты и притворяться, что двигаюсь вперед, просто потому что всё еще думаю о проблеме.
Когда я начал спрашивать себя, действительно ли ситуация находится в зоне моего контроля, многие старые мыслительные привычки стало гораздо легче замечать.
Ответ не изменился.
Ситуация тоже не изменилась.
Я просто создавал себе ощущение, будто что-то делаю, пока ждал исхода, которому было абсолютно безразлично, что я о нем думаю.
Чем старше я становлюсь, тем труднее игнорировать одну странную закономерность.
Некоторые из наименее информированных людей, которых я встречал, удивительно уверены в том, что знают. А некоторые из самых умных людей, с которыми я общался, могут часами обсуждать тему и закончить разговор словами: «Я не уверен и готов изменить мнение».
Это казалось мне странным.
Некоторое время я думал, что понимаю, в чем дело.
Люди, которые знают очень мало, часто не осознают, насколько мало они знают. У этой идеи даже есть название - эффект Даннинга-Крюгера. И когда я узнал о нем, начал видеть примеры буквально повсюду.
Друг провел выходные, читая о питании, и внезапно обзавелся твердым мнением о метаболизме.
Потом были соцсети.
Каждый день появлялся очередной человек, который с абсолютной уверенностью объяснял иммиграцию, изменение климата, внешнюю политику или экономику, обычно после того, как потребил информации по теме меньше, чем первокурсник университета изучает за неделю.
Казалось, вот он, ответ.
Минут на пять.
Потому что я продолжал думать не об этих людях.
Я думал о других. О тех, кто читал книги, слушал экспертов, несколько раз менял мнение и всё равно почти к каждому утверждению добавлял: «Я могу ошибаться».
Один человек особенно приходит мне на ум. Я мог задать простой вопрос, а через двадцать минут мы уже обсуждали исключение, о котором никто из нас не думал в начале разговора.
И я продолжил копать.
В конце концов я наткнулся на понятие «иллюзия глубины объяснения». Как пишет Артур Брукс в The Atlantic, она может побуждать самоучек в соцсетях с энтузиазмом объяснять сложные научные явления, хотя им только кажется, что они понимают их гораздо глубже, чем на самом деле.
Исследователи также обнаружили отрицательную связь между уровнем счастья и размером словарного запаса. Их объяснение заключалось в том, что люди с более богатым словарем, вероятно, чаще оказываются в сложных, требовательных средах и проводят дни, сталкиваясь с большей степенью сложности.
Я думал об этом несколько часов.
Потом начал вспоминать разговоры, которые вел за эти годы.
Самые умные люди, которых я знал, редко отвечали сразу. Чаще они делали паузу. Задавали встречный вопрос. Упоминали то, в чем не уверены. Иногда начинали отвечать, обрывали себя на середине и уходили в совершенно другую сторону, потому что вдруг вспоминали исключение.
И вот тут я застрял.
Люди, которые лучше всего осознавали, чего они не знают, часто были теми же людьми, которые реже всего давали ответы, способные окончательно закрыть разговор.
Может быть, интеллект не решает проблему неопределенности.
Может быть, он знакомит вас с еще большим ее количеством.
Вы начинаете читать о какой-то теме и обнаруживаете, что всё гораздо сложнее, чем казалось сначала. Потом кто-то указывает на исключение. Через неделю вы натыкаетесь на данные, которые снова всё усложняют.
И если повторять этот процесс достаточно долго, годами и десятилетиями, нетрудно понять, как человек может стать несчастнее от состояния мира и от вещей, которые раньше его вообще не тревожили.