Г
Если кто-то до сих пор думает, что бензиновый дефицит это неудобство для автомобилистов, он сильно недооценивает масштаб происходящего. Очереди на заправках это лишь верхушка. Настоящие последствия начнутся, когда кризис выйдет за пределы АЗС и затронет каждую сферу экономики.
Платить больше придётся всем.
Цифры, которые трудно оправдать оптимизмом
Заинтригованы? И не зря.
С 1 по 19 июня продажи бензина на бирже упали на 22,3% в годовом выражении, до 404,25 тысячи тонн. Производство сократилось примерно на 25%. Дефицит бензина в России сейчас достигает 20% внутреннего потребления.
К 26 июня ограничения на продажу топлива ввели уже в 61 регионе. С учётом неофициальных мер кризис затронул больше 80 регионов, практически всю страну. В 22 регионах официально признали дефицит, в 11 ограничения ввели сами сети заправок, а не власти.
Тут важно понять одну вещь.
Когда дорожает топливо, дорожает всё. Сначала растут расходы перевозчиков. Затем затраты производителей. После этого новые ценники появляются в магазинах. Практически невозможно найти товар, на себестоимость которого не влияли бы транспортные расходы.
Цены, которые не лезут в голову
Не спешите с выводами.
Оптовые цены на нефтебазах превышают биржевые котировки на 80-90%. В мелком опте на 22 июня цены достигли 95-105 рублей за литр бензина и 115 рублей за дизель, что в 1,5 раза выше средних розничных цен на АЗС.
В Москве АИ-95 достиг 95 рублей на некоторых заправках, почти 99 на независимых. В Саратовской области АИ-92 стоит 108-120 рублей, АИ-98 130 рублей. В Иркутске на локальной сети АИ-92 взлетел до 135 рублей, АИ-95 до 140. В Дагестане бензин на отдельных АЗС достиг 120 рублей при очередях и лимитах.
Годовая инфляция на неделе с 16 по 22 июня ускорилась до 5,82%. При том, что подавляющее большинство россиян живёт на 40-60 тысяч рублей в месяц, любой резкий скачок цен отбрасывает миллионы за черту бедности.
Дефицит федерального бюджета за первые пять месяцев 2026 года достиг примерно 7,3 триллиона рублей. Минфин закладывал на весь год 3,786 триллиона. По прогнозам экспертов, к концу года дефицит может перевалить 15 триллионов.
Поля без топлива: угроза урожаю
И вот тут начинается самое опасное.
С 30 апреля стоимость дизеля выросла на 42%, с февраля вдвое. 15 июня на бирже обновлён исторический максимум: тонна дизтоплива достигла 77 177 рублей.
Дефицит дизеля зафиксирован почти во всех регионах. В Забайкалье отпуск топлива населению ограничили 15 литрами за заправку. В Калининградской области лимит: не больше 30 литров бензина и 60 дизеля.
Показательная деталь: депутат Иркутской области Степан Франтенко рассказал, что сельхозпредприятия получают от поставщиков одинаковый ответ. «Два ответа: либо у них просто нет топлива, либо у них задача поставки на запад России. Если мы сейчас лимиты не выберем, то не будет кормовых, не будет зерна, можно просто готовиться к полному закрытию всего сельского хозяйства Иркутской области».
Опытно-производственное хозяйство «Буретское» уже прекратило работы из-за дефицита горючего. По оценкам экономистов, стоимость производства зерновых может увеличиться на 15-30%. Дополнительные расходы рано или поздно перенесутся на конечного покупателя через цены на продукты.
Самолёты на автомобильном бензине: это не шутка
Не менее тревожная ситуация в авиации.
Авиакомпания «Азимут» обратилась в Ассоциацию эксплуатантов с просьбой инициировать вмешательство Минэнерго. Основной топливный поставщик урезал объёмы отгрузки примерно на треть. Альтернативные источники снабжения тоже оказались не в состоянии восполнить дефицит.
С начала июня средняя стоимость авиакеросина выросла более чем на 17%. В Махачкале цена подскочила на 64%, до 157 тысяч рублей за тонну. При этом мировые котировки на авиатопливо снижаются третий месяц подряд.
«Азимут» подчёркивает: по отдельным направлениям расходы на топливо уже превысили доходы от билетов.
Показательная деталь, от которой становится тревожно: владельцы части легкомоторной авиации начали экспериментировать с автомобильным бензином вместо специализированного авиатоплива. Когда авиация ищет замену горючему, рассчитанному на безопасность пассажиров, ситуация перестаёт быть контролируемой.
Три голоса об одном дефиците
Голос нарратора: убытки нефтяных компаний от ударов по НПЗ превысили триллион рублей ещё в феврале. Атакованы как минимум 24 из 33 крупных заводов. По состоянию на май почти 40% мощностей первичной переработки выведены из строя.
Голос экономического обозревателя Forbes Кирилла Родионова: резкий рост цен на бензин и дизель объясняется шоком предложения на нефтеперерабатывающие заводы.
Голос фермера из Саратовской области: техника стоит. Топливо ищу в соседних регионах. По текущим ценам уборка становится убыточной операцией, но альтернативы нет, урожай нужно собрать.
Три инструмента власти, и все с побочными эффектами
Тут важно понять одну вещь.
У правительства осталось три рычага, и у каждого своя цена. Импорт бензина: Госдума приняла поправки в Налоговый кодекс с 1 июня, стимулирующие производство и импорт. Это позволит нарастить предложение на 5%, но эффект проявится не раньше чем через месяц.
Импорт из Белоруссии не закрывает дыру: поступающие объёмы составляют 3-5 тысяч тонн в сутки при дефиците в 25 тысяч тонн ежедневно.
Снижение требований к качеству: НПЗ разрешили выпускать топливо класса Евро-3 вместо Евро-5. Расплачиваться за это придётся владельцам автомобилей через ускоренный износ топливной системы и каталитических нейтрализаторов.
Административные лимиты: Дагестан, Калининградская область, Забайкалье, семь регионов Центрального округа, все шесть регионов Уральского. Список растёт еженедельно.
Мнимая объективность чиновников
Антон Силуанов заявляет: никакого скачка цен не наблюдается, рост заметен только на частных АЗС. Видео с этим заявлением набрало сотни тысяч просмотров с ироничными комментариями из Дагестана.
Александр Новак говорит о топливе в достатке и искусственном ажиотаже на 20-30%. Сергей Миронов утверждает: бензин в стране есть, дефицит искусственный, хотя сам признаёт проблемы в Крыму. Игорь Сечин просит президента приостановить нормативы обязательных биржевых продаж.
Формально каждое заявление можно объяснить желанием избежать паники. Но хронология говорит сама за себя: 61 регион с ограничениями, 22 региона с официально признанным дефицитом, цены в 1,5-2 раза выше розничных на нефтебазах. Когда министр финансов говорит об отсутствии скачка цен на фоне таких цифр, разрыв между словами и реальностью становится самостоятельной новостью.
Июль и август: пик, которого никто не хочет
Если текущие тенденции сохранятся, самый напряжённый период придётся именно на июль и август. Летом спрос на топливо традиционно превышает среднегодовой уровень на 10%. Предложение сейчас оценивается на 20% ниже необходимого. Общий дефицит способен приблизиться к отметке в 30%.
Для экономики это уже не локальная проблема. Это системный сбой, затрагивающий сельское хозяйство, авиацию, химическую промышленность, розничные цены и социальную стабильность одновременно.
Три строки без украшений
Бензин дороже в полтора раза на нефтебазах. Урожай под угрозой без дизеля. Самолёты ищут замену керосину в автомобильном бензине.
Каждая новая проблема порождает следующую. Рост топлива разгоняет инфляцию. Перебои с дизелем угрожают урожаю. Дефицит керосина бьёт по авиации. Сокращение нефтепродуктов отражается на химической промышленности.
Июль и август традиционно пик потребления. В этом году они станут пиком чего-то другого.
А теперь ко всему прочему добавилась ещё и эта волна Роскомнадзора блокировок — ошибка 451, массовая чистка статей, когда за что угодно могут выключить свет.
Мы не знаем, доживёт ли этот пост до вечера, но мы всё равно пишем. Потому что иначе нельзя.
Если вам отзывается то, что мы делаем, нажмите «Поддержать». Или напрямую: Сбербанк 2202 2032 9195 9676. Только учтите: через кнопку площадка забирает 10% это, к сожалению, их налог на вашу поддержку.
Отдельное спасибо тем, кто переводит напрямую на карту, вы экономите нам эти 10%, и для нас это очень много значит. Благослови вас Господь за вашу доброту и чуткость.